Глава 29
В дверь долго и нудно стучали. Вера вышла из душа, поплотнее запахивая полы халата, и на цыпочках подошла к порогу. Секунду постояла около входа, не решаясь посмотреть в глазок, а потом неуверенным голосом спросила:
– Кто там?
– Девушка, откройте. Это почтальон, – ответил раздраженный женский голос. – Вам уведомление с почты. Я тут уже минут пять стою перед вашим порогом.
Вера осторожно приоткрыла дверь и выглянула на улицу.
– Что вы так долго? – вздохнула почтальон. – И почтовый ящик желательно вам поставить. Если я перед каждым домом буду по пять-десять минут стоять, то так никакого рабочего дня не хватит.
– Извините, – пролепетала Вера и протянула руку.
– Да вы дверь-то пошире откройте. Тут расписаться еще нужно в получении, – хмыкнула женщина.
Вера расписалась в журнале и с удивлением стала рассматривать уведомление. Кому пришло в голову отправлять ей посылку?
Венгрия? Иштван?? О боже, что ему еще пришло в голову. Она уже два месяца не получала от него писем и надеялась, что он уже успокоился.
Наверное, в почте есть письмо от него. Она давно не открывала свой электронный ящик.
Так, в основном привычный спам! От Иштвана ничего нет! Письмо от Маришки??
Вера с изумлением открыла письмо и прочитала несколько коротеньких предложений.
«Вера, я не хотела тебе писать, но Иштван меня очень попросил. Он нашел твой медальон и отправил тебе посылку. Очень подло, что ты не отвечаешь на его письма. Ты плохая!»
Вера сидела перед монитором, испытывая смешанные чувства. Медальон казался ей частью далекого, уже почти забытого прошлого. Он утратил для нее свою сакральную важность. Все зашло слишком далеко! Медальон уже ничем не мог ей помочь. Но ведь оставить на почте его тоже нельзя.
Сегодня суббота. Почта работает до обеда. Если она поторопиться, то еще успеет забрать посылку и вернуться.
–Тишка, я на почту! – предупредила она кота – Ты за главного! Я скоро приду.
Круглые желто-зеленые глаза ленивым взглядом проводили ее с уютного поста на подоконнике.
– Вижу, что ты не возражаешь? – пробормотала себе под нос Вера и открыла дверь навстречу яркому апрельскому солнцу.
Шагать по улице было весело и как-то особенно по-весеннему беспечно. Ноздри, взволнованно раздуваясь, вдыхали тонкий аромат крошечных стебельков нежной весенней зелени, застенчиво прикрывающей черные проплешины недавно оттаявшей земли. Ей хотелось бежать вприпрыжку, но она сдерживала себя, боясь показаться смешной.
Все уже совсем просохло, – внимательно оглядывая окрестности, думала Вера. Наконец-то можно доехать до Сережи. Она ведь не была у него с прошлой осени. Жаль, что нельзя попросить никого отвезти ее до места. Но это ерунда, она поедет на автобусе. А что, если взять с собой Тишку? Сережа, наверное, будет рад увидеть, как подрос его котенок.
Однако, раз она решила ехать за город, ей нужно серьезно поторопиться, —забеспокоилась Вера и осмотрела дорогу в поисках свободного такси. Ничего, она рискнет и поймает попутку до центра.
Решительно перепрыгнув через узкую вытянутую лужу, перекрывающую путь к дороге, она встала на обочине и подняла руку, надеясь, что ей не придется ждать слишком долго.
Рядом, скрипнув тормозами, остановился смутно знакомый Опель темно-бордового цвета.
– Садись, Вера, – приветливо сказал густой хрипловатый голос.
Вера заглянула в салон, с настороженной недоверчивостью осматривая лицо водителя. Аккуратно подстриженная седеющая бородка, темно серые задумчивые глаза, что с улыбкой смотрели на нее из-под лохматых бровей. Кто это? Откуда он знает ее имя, – с тревогой думала она.
– Не узнаешь? Это я, дядя Гриша, сосед Якова Васильевича. Вместе несколько раз рыбачили, помнишь? Ты еще совсем девчушкой была, – терпеливо объяснил ей водитель.
– Дядя Гриша? Сосед? – копалась в своей памяти Вера. – Ну да, конечно. Вот откуда она помнит этот Опель. Дядя Гриша даже отвозил их домой однажды.
– Здравствуйте, дядя Гриша! Извините, сразу не узнала, – смутилась она.
– Да ну что ты, – махнул он рукой. – Когда мы последний раз виделись? Лет шесть-семь назад. Куда тебе? Садись, подброшу по старой памяти.
– Мне до центра. Посылку с почты забрать, – ответила она, забираясь вглубь салона.
– Ну, так нам по пути! – усмехнулся дядя Гриша и переключил коробку передач.
На почте было непривычно тихо и пусто. Скучающая девушка даже обрадовалась появлению Веры и с энтузиазмом отправилась на поиски посылки.
А через десять минут Вера уже старательно выводила свою подпись на бланке и, прижимая к груди маленький сверток, спешила к двери. Автобусная остановка оживленно шумела толпой ожидающих. Вера скромно встала рядом и стала внимательно вглядываться вдаль, рассматривая номера подъезжающих маршрутов.
Длинная гармошка Икаруса, покачиваясь, подплыла к остановке и, вздохнув пневматическими тормозами, остановилась.
Табличка на боковом стекле показывала цифру 17, что вполне подходило Вере. Пробираясь между людьми, она начала продвигаться к задней двери. Еще раз подняв глаза, чтобы убедиться, что перед ней действительно маршрут номер 17, она невольно глянула в правую сторону от таблички. Где, прижавшись к оконному стеклу, на нее с непонятным тоскливым голодом смотрело бледное лицо невзрачного тонкогубого человека с блеклыми светло-карими глазами, в глубине которых начинало разгораться яркое янтарное пламя.
Веру захлестнула волна омерзения, и она испуганно отвела глаза, чтобы застыть на месте, уставившись на кляксы грязи, покрывающие желтые бока Икаруса. Сверток выскользнул из ее рук и шмякнулся на асфальт дороги. Но она никак не отреагировала на это, жарко молясь о том, чтобы автобус поскорее убрался с остановки.
Тихо позвякивая, Икарус тронулся с места и поехал прочь, медленно набирая скорость и увозя с собой видение из ее ночных кошмаров.
Толпа на остановке заметно поредела, оставляя ее стоять в одиночестве у самого края дороги. Вера все не решалась наклониться и подобрать свой сверток. Все тело ее словно окаменело от напряжения, не желая выполнять простейшие команды.
До ее ушей донесся знакомый скрип тормозов и, слегка не доезжая до остановки, неподалеку остановился бордовый Опель.
– Вера! – замахал ей водитель.
Вера автоматически наклонилась, подняла испачканный сверток и подошла к машине.
– Садись! Сегодня твой день! Мне снова в вашу сторону, – широким жестом предложил дядя Гриша.
Вера молча кивнула и села в автомобиль.
– А ты чего такая бледная? – пригляделся к ней дядя Гриша. – Заболела? Или напугал кто?
– Что-то не очень хорошо чувствую себя. Не позавтракала. Наверное, поэтому голова болит, – бесцветным голосом ответила Вера.
– Да знаю я про современную молодежь. Все время дома сидите. На свежем воздухе практически не бываете, – махнул рукой дядя Гриша. – Одна у вас радость – телефоны, да компьютеры.
Вера ничего не ответила.
– Вот когда я был молодым, мы все окрестности вокруг города изучили. В походы ходили, на рыбалку, – мечтательно задумавшись, продолжал он. – Я до сих пор каждые выходные на рыбалке. Сегодня, правда, припозднился немного. После обеда поеду только.
Вера встрепенулась:
– А куда вы поедете на рыбалку?
– Да, как обычно. На нашу старую стоянку, где еще с Яковом Васильевичем рыбачили, – пожал плечами он. – А почему спрашиваешь?
– Да, я как раз собиралась туда сегодня. Я часто там гуляю, когда погода позволяет, – застенчиво ответила Вера.
– Зря я на тебя подумал, что ты домоседка, – хмыкнул дядя Гриша. – И что одна там гуляешь? Не боишься? Места-то глухие.
– Да нет. Мне там не страшно, – тихо ответила Вера. – Там наши с Сережей места.
– Да, слышал про Серегу. Грустная история. Такой парень был! – вздохнул дядя Гриша и добавил. – Если задерживаться не будешь, тогда могу в одну сторону докинуть, но обратно сама. Я с ночевкой останусь.
– А можно я с котом? – спросила Вера.
– С каким еще котом? – не понял дядя Гриша.
– С моим котом – Тишкой, – объяснила Вера.
– А зачем тебе кот? – удивился он.
– Не знаю. Просто хочу взять за компанию, – пожала плечами Вера.
– Ну возьми кота, если так хочется, – не стал возражать дядя Гриша. – Я заеду за тобой в час, не опаздывай.
Когда она открыла дверь, кот, все также свернувшись калачиком, мирно спал на подоконнике.
– Тишка, я дома! – возвестила она о своем прибытии. – Скоро в лес пойдем. Хватит валяться.
Тишка мяукнул, спрыгнул на пол и побежал на кухню.
– Голодный, да? Сама без завтрака убежала и тебя не покормила? – виновато спросила она. – Извини, дело срочное было. Сейчас я тебе твой любимый пакетик открою. Какой тебе? Кролик в желе или паштет из утки?
Кот возбужденно выгибал спину и нетерпеливо пушил хвостом. Было очевидно, что на данный момент ему все равно, чем перекусить, главное, чтобы поскорее.
Оставив кота наедине с миской паштета, Вера ушла к плите сварить себе немного кофе. Она задумчиво смотрела в окно, где на ветру трепетали первые нежные листочки молодого клена. Вспоминать о происшествии на остановке ей не хотелось. Дома, рядом с Тишкой она всегда чувствовала себя спокойнее. Она уже давно поняла, что кот – это что-то вроде ее защиты. Именно поэтому Тишка должен поехать с ней, иначе она не осмелиться и шагу ступить из дому. Моральных сил держаться у нее уже практически не осталось. Вот когда она сходит к Сереже, тогда все будет хорошо. Она сразу почувствует себя гораздо лучше.
Закончив греметь своей миской, к ее ногам подошел Тишка и, негромко мурча, стал тереться об ее ноги, требуя внимания и ласки.
– Ну что? Покушал? – улыбнулась она. – Пора в дорогу собираться?
Кот, не обращая внимания на ее слова, продолжал свои попытки привлечь ее внимание. Он запрыгнул на стул и стал тыкаться влажным носом в ее руки.
– Тиш, ну что ты делаешь? Только руки помыла. Сейчас перекушу и пойдем собираться, – отмахнулась она от кота.
Тишка обиженно спрыгнул со стула и вернулся на свое любимое место на подоконнике.
– Вот и правильно. Нечего меня отвлекать. А то выходить через час, а у нас еще ничего не готово, – ворчливо сказала Вера.
Откусывая кусок от бутерброда, она другой рукой укладывала в рюкзак термос с чаем, печенье и упаковку чипсов. Вскоре все необходимое было упаковано, и Вера взяла в руки специальную сумку-переноску, чтобы посадить туда кота.
– Давай, Тишка, полезай в переноску, – приближаясь к окну, сказала Вера.
Кот спокойно сидел на подоконнике, но стоило Вере подойти ближе, как он спрыгнул и прижимаясь к полу, перебежал под стол.
– Тишка, ну что это за фокусы? Мы же договорились, – начала сердиться Вера. – Ну-ка вылезай оттуда.
В ответ послышалось низкое угрожающее урчание. Кот не собирался сдаваться без боя.
– Ну, объясни мне, почему ты не хочешь пойти со мной? – спросила она кота, и вопрос ожидаемо повис в воздухе.
– Боже, до чего я докатилась! Разговариваю с котом! – вслух сказала она самой себе, пряча лицо в ладонях.
– Ладно, Тишка, не хочешь, так и не нужно. Я положила переноску на место. Можешь выходить! – она снова обратилась к коту. – Давай я тебя лучше угощу колбаской и пойду одна. Меня уже дядя Гриша ждет.
Отрезав кусочек колбасы, она положила ее в миску и села на пол, надеясь, что приманка сработает.
Тишка слишком сильно любил колбасу, чтобы долго сопротивляться заманчивому запаху копченого искушения. Он недоверчиво выглянул из своего укрытия и осторожно подошел к миске, обнюхивая аппетитный кусочек.
– Ну вот ты и попался, маленький негодник! – схватила его проворная цепкая рука, и прежде, чем Тишка успел опомниться, он уже сидел в переноске.
Не мешкая более, Вера накинула на плечи ветровку и взяла в руки рюкзачок и истошно воющую переноску.
– Все, перестань. Ты все равно уже попался. Что о тебе подумает дядя Гриша? – терпеливо уговаривала она кота.
Оказавшись на весенней улице, Тишка ошеломленно затих, принюхиваясь к тысячам новых запахов. Уже совершенно покорный, всю дорогу до пункта назначения он молча сидел в переноске.
– Спасибо, дядя Гриша! – застенчиво улыбаясь, поблагодарила Вера. – Вы очень меня выручили.
– На здоровье, – ответил дядя Гриша. – Не задерживайся тут до темна. В ночном лесу и потеряться недолго.
Вера молча кивнула и отправилась к знакомой, одной ей известной тропе, что вилась меж покрытых кудрявой зеленью молодых осинок. Был необычно теплый для апреля день, но Вера знала, что к вечеру из леса потянет прохладой и сыростью, поэтому ветровка не будет лишней на этой прогулке.
Назад в город они добрались только к сумеркам, когда на улицах, нерешительно мигая, уже начинали загораться ночные фонари.
Подъезжая к своей остановке, Вера с тревожным предчувствием выглянула из окна. Что-то было не так! По улице с воем пронеслась пожарная машина.
В вечерний воздух из окна ее комнаты вырывались языки пламени и освещали все вокруг зловещим красноватым светом. Около дома собралась толпа соседей, возбужденно переговариваясь и высказывая свои версии произошедшего.
Пожарные уже подтягивали свои шланги и деловито бегали, оттесняя толпящихся людей подальше от здания.
«Как же это так, Тишка? – горестно прошептала Вера. – Это же наш дом! Они и до него добрались?»
Тишка бесстрастно смотрел на раскрытые ставни горящей комнаты и хранил молчание. Ничего уже нельзя было изменить.