В летнее межсезонье действующий чемпион России по волейболу «Зенит-Казань» плотно поработал на трансферном рынке. Казанцы подписали нескольких топовых новичков, и один из них – Сантьяго Данани. Аргентинский либеро два последних сезона выступал за «Факел» из Нового Уренгоя и дважды подряд становился лучшим принимающим Суперлиги.
Старт этого сезона Данани пропустил из-за участия в ЧМ-2025 в составе сборной Аргентины, но уже успел вернуться в Россию, вкатиться в игру и адаптироваться в новом клубе. Мы поговорили с Сантьяго после его возвращения в Казань.
В интервью Metaratings.ru первый аргентинец в истории клуба рассказал:
- как отреагировал на предложение «Зенит-Казань»;
- в чем похожи аргентинцы и русские;
- как оценивает работу с Алексеем Вербовым;
- почему футбол в Аргентине – религия;
- какие впечатления от первых матчей за «Зенит-Казань».
«Чуть с ума не сошел, когда позвали в «Зенит»
– Сантьяго, слышал, что вы еще с детства хотели играть в России. Откуда такое желание?
– Да, это правда. Я с самого детства мечтал играть в России. Помню, как смотрел матчи Мировой лиги, следил за сборной России. Все игроки были очень рослыми и физически мощными. Это привлекало мое внимание. А потом, когда я стал старше, то начал смотреть матчи Лиги чемпионов. Разумеется, видел казанский «Зенит» в то время, когда он выигрывал все Лиги чемпионов.
Помню, как за «Зенит» выступали Вильфредо Леон, Максим Михайлов, Мэттью Андерсон, Алексей Вербов, который сейчас стал моим главным тренером. Я хорошо знаю ту команду. И, конечно, сыграть в России было одной из моих самых больших мечт.
– И вот вы заходите в раздевалку «Зенита» в первый раз, а там Максим Михайлов, за которым вы следили в детстве. Какие ощущения?
– Прежде всего, чувство гордости, потому что для меня «Зенит» – это лучшая команда в мире. Поэтому я стараюсь получать от нахождения в Казани здесь максимум удовольствия. Когда заходишь в волейбольный центр, начинаешь чувствовать эту ауру. Идешь по коридорам, смотришь на фотографии, а потом, как вы сказали, заходишь в раздевалку и там такие партнеры, как Максим Михайлов, Дима Волков, Артем Вольвич…
Это невероятно. Это действительно большие люди в мире волейбола, рядом с которыми ты чувствуешь себя очень комфортно. Я наслаждаюсь каждым днем в этой команде.
– Не все игроки соглашаются на предложения из Казани, потому что боятся не справиться с давлением и высокими ожиданиями. Что подумали вы, когда узнали об интересе «Зенита»?
– Я, честно, чуть с ума не сошел, когда мне позвонили и впервые сказали, что существует вероятность перехода. Адреналина было море. Я старался не забивать себе голову, потому что продолжал играть за свой прежний клуб и должен был оставаться максимально ответственным. Но когда появляется шанс такого уровня, пусть даже еще без официального предложения, и только возможность, то выбросить это из головы почти невозможно.
В общем, так все и происходило. Дни тянулись бесконечно, пока, наконец, я не поговорил с главным тренером. Он позвонил, объяснил, что верит, что я смогу, и эта уверенность для меня многое значила.
– В «Зените» уже играли американцы, французы, поляк, был кубинец Леон, а вы – первый аргентинец. Ощущаете дополнительную ответственность?
– Для меня это огромная честь, но совсем не обязательно превращать это в давление. Как я сказал, это очень большой повод для гордости. Прежде всего потому, что я первый аргентинец здесь, и я представляю свою страну. Когда говорят, что я из Аргентины, когда звучит название моей страны, то для меня и для всех у нас дома это очень приятно.
Этот факт не должен быть чем-то тяжелым, чем-то, что мне помешает успешно выступать. Я, наоборот, считаю, что это должно быть поводом наслаждаться моментом. Нужно ответственно делать свою работу, но при этом понимать, что я здесь не случайно. Когда люди видят меня здесь, они немного видят и Аргентину.
Я бы хотел оставить очень хорошее впечатление и как игрок, и прежде всего как человек. Хочется, чтобы здесь видели, что в Аргентине есть хорошие люди.
– Вы играли в Италии, Германии и Польше. Чем российская лига отличается от тех чемпионатов?
– Каждая страна и каждая лига имеют свои особенности. Возможно, в некоторых чемпионатах игра более техничная, в других – более агрессивная, более физическая. Здесь в России на первый план выходит «физика», и в некоторых моментах нужно адаптироваться. К примеру, я стараюсь играть выше.
Это очень интересно менять лиги, особенно самые лучшие в мире, чтобы адаптироваться и при этом постоянно развиваться как игрок. Для меня это полезный опыт.
– Понятно, что нужно менять игру нападающим или связующим. А либеро тоже нужно перестраиваться?
– Да, есть вещи, которые нужно постепенно менять. Как я говорил, например, в сборной Аргентины мы привыкли не играть с мячом так высоко, как здесь, для того чтобы игра была быстрее. Почему? Потому что это нам выгодно. Мы не очень высокие и не самые физически сильные игроки, но зато быстрые и используем это, как свое преимущество. Нам это помогает, а сопернику, вероятно, наоборот, сложно.
А здесь все наоборот – нужно играть выше, чтобы помогать своим партнерам. Я стараюсь играть как я умею, но при этом адаптируюсь к определенным вещам, чтобы лучше вписаться в команду.
– В России вам нужно привыкнуть и к другому мячу.
– В этом году мне с ним проще, но неудобно играть в клубе с одним мячом, потом ехать в сборную и менять его. Прежде всегда играли с одним и тем же мячом. Поэтому поначалу, когда пытаешься перестраиваться, чувствуешь себя немного странно. Но потом, с тренировками, с каждым новым днем, все становится нормально.
«Аргентинцы и русские похожи друг на друга намного больше, чем мы думаем»
– Как вам Казань? Уже успели обжиться, завести знакомых и познакомиться с городом?
– Мне очень нравится город и сам клуб. Сильно впечатляет то, как тренеры, игроки, руководители, каждый, кто здесь работает, стараются создавать позитивную атмосферу. Все помогают друг другу, все спрашивают, как дела, и если тебе что-то нужно, то можно позвонить в любой момент. Представляете, в клубе мне подготовили форму цветов сборной Аргентины, в которой я буду играть в России! Это был очень приятный сюрприз, и такое отношение мало где встретишь.
Это показывает, что клуб настроен на победу, что все знают, как выигрывать. Среди соперников много команд очень высокого уровня, поэтому нельзя упускать ни одной мелочи. Вот эта позитивная энергия, эта, можно сказать, «семейная химия» очень важна, чтобы всем вместе достигать цели.
В Казань я приехал со своей девушкой. Она, кстати, русская. Что до новых знакомых, то дней десять назад я пошел в барбершоп, стригся, и в какой-то момент ко мне подошел другой парикмахер и начал со мной говорить по-испански. Это был парень с Кубы. Так что да, я рад, потому что теперь смогу приходить к нему и общаться. Это здорово. Всегда важно иметь возможность говорить на своем родном языке.
– Аргентина славится мясом. В Казани реально найти место, чтобы поесть так же вкусно?
– Аргентинское мясо действительно особенно вкусное, и когда меня долго не бывает дома, я по нему немного скучаю. В Казани я не так давно, у нас было много выездных матчей, но здесь есть отличные рестораны, где вкусно готовят мясо. Так что с этим проблем нет.
– Какое блюдо в России вам нравится больше всего?
– Я назову два – чебуреки и сырники.
– Нет ли проблем с поисками мате? Говорят, аргентинцы без него не могут.
– И его можно найти, чему я очень рад. Потому что для нас, аргентинцев, это действительно важно. В интернете можно заказать мате, и выбор такой большой, как в обычном аргентинском супермаркете. А так это правда – я пью мате каждый день. Утром, днем, вечером. Первое, что я делаю утром – ставлю чайник, чтобы подогреть воду для мате.
– Партнеры по «Зениту» уже оценили этот напиток?
– Несколько дней назад они увидели, как я пил мате, и смотрели на меня прямо так: «Что это? Что это?» Я им предложил, но они такие: «Спасибо, спасибо». И не захотели пробовать. Думаю, если они будут видеть, что я пью мате каждый день, мы вернемся к этому разговору.
– Спустя два года после жизни в России какие у вас впечатления о нашей стране в целом? И изменилось ли оно, если сравнивать с первыми днями?
– Смотрите, я человек, который с детства мечтал играть в разных странах. Мне очень хотелось одновременно узнавать новые культуры и играть в лучших лигах. Мне очень нравится знакомиться с людьми, наблюдать, как ведут себя в разных странах.
Я всегда слышал, что русские очень серьезные, холодные, но по мере знакомства с ними я понял, что аргентинцы и русские очень похожи. Мы очень открытые, а когда есть доверие к человеку, нам нравится шутить, быть рядом, помогать друг другу. Тебя могут пригласить домой на ужин. Каждый раз, когда я приезжаю в новую страну, стараюсь не иметь никаких предубеждений и просто учиться тому, что вижу. И я обнаружил, что аргентинцы и русские похожи друг на друга намного больше, чем мы думаем.
– Вы же играли с Сергеем Гранкиным в «Берлине». Он не учил вас каким-нибудь русским словам? Может быть, нехорошим словам.
– Мы провели в Германии один сезон, и это был мой первый опыт игры с русским. Кстати, тогда я заметил, что энергетика, особенный внутренний огонь есть и у аргентинцев, и у русских. Мы общались на английском, и плохим словам на русском он меня не учил. Хотя я говорил ему, что хотел бы поиграть в России. А уже здесь, в «Зените», меня многому научили.
– Как у вас с русским языком? Какие самые популярные слова на русском встречаются в жизни чаще всего?
– «Спасибо», «пожалуйста», «привет», «как дела?». И, конечно, волейбольный сленг. На площадке нужно реагировать очень быстро, и эти слова я выучил в первую очередь.
«Плакал, когда смотрел финал чемпионата мира-2022»
– Вы знали, что Казань – не очень счастливый город для аргентинцев? На ЧМ-2018 ваша футбольная сборная проиграла Франции в 1/4 финала (3:4).
– Да, помню ту игру. Я не пропускаю ни одного матча сборной по футболу, так что видел и ее. Ну… у нас тогда не очень получилось. В 2018 году мы проиграли, но зато через четыре года Аргентина стала чемпионом мира.
– Помните, где смотрели финальный матч?
– Это невозможно забыть. В тот момент я выступал в Польше и смотрел финал у себя в квартире. Просто потому что такие важные матчи нервируют, хочется быть одному. Кажется, это было, когда французы сравняли счет и началось дополнительное время. Я начал плакать. Сидел, смотрел матч и плакал, и плакал, пока он не закончился. Это было особое ощущение.
Когда долго находишься вдали от дома и своей страны, начинаешь скучать, а когда смотришь такие турниры, видишь людей на стадионе, ощущаешь, что снова соединяешься со своей страной. Это был очень особенный момент. И потому что мы победили, но еще и из-за этой связи, которую я почувствовал.
– Говорят, что в Аргентине мальчики рождаются с мячом в ногах. Все без ума от футбола, и это больше, чем спорт. Почему же вы выбрали волейбол?
– Я начал играть в волейбол с самого раннего возраста, потому что мой папа – тренер по физподготовке. Он занимался разными видами спорта, но долгое время тренировал именно команду по волейболу. Так что с детства я начал играть в волейбол, но в то же время про футбол не забывал. Уже не помню, было мне 7 или 8 лет, и один тренер пригласил меня в известную футбольную команду в Аргентине.
Но я тогда хотел и дальше играть с друзьями и понял, что на самом деле мне больше нравится волейбол. Хотя футбол я тоже люблю, мне нравится играть в него. Вы правы, что в Аргентине очень трудно найти кого-то, кому бы не нравился футбол, хотя бы смотреть его.
– В интернете можно найти видео, на котором вы ногой ударом через себя делаете сейв. Школа «Ривер–Плейт»?
– «Бока Хуниорс»! Я за «Боку»! У нас дерби.
– Читал высказывание одного из спортсменов, что Лео Месси по популярности превзойдет даже президента Аргентины. Вы согласны?
– Если мы говорим об остальном мире, то безусловно. Но, конечно, в моей стране все знают имя президента, и в то же время нет ни одного человека, который бы не знал Месси и не обожал его.
– Слышали об Александре Овечкине? Их можно сравнить по популярности в своих странах?
– Я не так внимательно слежу за хоккеем. В Аргентине все смотрят футбол – все 24 часа показывают его по телевизору. Я также люблю баскетбол, регби. У нас популярен хоккей, но на траве или на роликовых коньках. Футбол в Аргентине – религия.
– А как в стране с волейболом? Как отреагировали на олимпийскую медаль в Токио?
– Та медаль стала лишь второй в волейболе за всю историю Аргентины на Олимпиадах. Когда мы вернулись в страну, то поняли, что огромное количество людей начало следить за нашим видом спорта именно из-за Олимпиады. Многие почувствовали связь с нами, начали происходить вещи, которых раньше не было. Например, идешь в ресторан, и тебя узнают чаще, чем раньше.
Со временем ажиотаж немного спал, но тогда, в 2021-м, это был очень важный успех, который помог многим мальчикам и девочкам начать играть в волейбол. Тренеры детских команд писали нам, благодарили за то, что мы передали людям, и говорили, что дети начали заниматься этим спортом.
– На футболистов сборной Аргентины в случае неудачи вываливается много критики. К волейболистам такое же отношение?
– Это есть в каждой стране: когда выигрываешь, не все, но некоторые люди, обращаются с тобой так, будто ты феномен. А когда проигрываешь – ты худший человек на свете. Здесь нужно проявлять мудрость: не зацикливаться на словах, не считать себя феноменом после победы и не считать себя худшим после поражения. Нужно оставаться в стороне от этого.
Я держусь подальше от соцсетей, потому что ни одно, ни другое – ни критика, ни похвала – не соответствуют действительности. Ты не Бог и не худший. Соцсети в этом плане немного опасны, нужно уметь их контролировать и заботиться о себе.
– Как оцените выступление сборной на ЧМ-2025? Три победы в группе, но поражение от Италии в 1/8 – наверняка рассчитывали пройти дальше.
– Наверное, нам чуть не повезло, потому что в этом году система проведения турнира была немного странной. Мы выиграли два первых матча группы, а обычно с таким результатом гарантированно проходишь дальше. Но получилось так, что нам пришлось решать судьбу путевки в плей-офф в матче с Францией, двукратным олимпийским чемпионом. Кто выигрывал – проходил бы дальше. То есть, если бы мы проиграли Франции, мы бы выбыли. Уже тогда было чувство довольно большой несправедливости.
Но в спорте такое может случиться. Мы победили Францию и встретились в 1/8 финала с Италией, действующим чемпионом мира. Проиграли. Но внутри остается немного чувство, что было несправедливо или могло быть иначе. В целом, это был немного необычный турнир.
«Мечтаю выиграть как можно больше с «Зенитом»
– Несколько лет назад вы говорили, что у вас была мечта завоевать медаль Олимпиады со сборной. А какая мечта сейчас, когда бронза Игр с Аргентиной уже есть?
– Мечта каждого спортсмена – олимпийская медаль. Я смог ее осуществить. Надеюсь, смогу выиграть еще одну. И постараюсь, чтобы это было золото.
А еще моей мечтой всегда было играть здесь, в Казани. Так что я очень горжусь, потому что уже смог осуществить обе мечты. Теперь хочется большего. Хочу попробовать выиграть как можно больше за время, которое я провожу, в клубе и в сборной. Всегда стараться больше, много работать, чтобы развиваться. Сейчас у нас довольно молодая команда с большим потенциалом. Будем работать, и посмотрим, чего можем достичь.
– Как бы выступила на чемпионате мира сборная России? Она бы претендовала на медали?
– Да, конечно. Когда сборная Россия вернется в международные турниры, она будет среди лучших. Потому что суперлига России остается одной из лучших лиг мира. Здесь много сильных игроков, звезд мирового волейбола, и много молодежи с огромным потенциалом. У меня нет сомнений, что когда они вернутся на международные соревнования, то будут среди лучших, как всегда и было.
– «Зенит-Казань» – самый титулованный клуб в России. Чувствуется ли напряжение или особый настрой со стороны соперников? Всем хочется победить «Зенит-Казань».
– Этот настрой заметен. Каждый раз, когда выходишь на площадку, видишь, как другая команда смотрит на тебя, насколько она заряжена на победу. И, возможно, они играют под меньшим давлением, потому что они не «Зенит» из Казани, от которого все ждут одного. Но когда ты здесь в самом клубе, то понимаешь: да, от нас многого ждут, но мы знаем, на что способны. Так что эту дополнительную нагрузку нужно выбросить из головы и работать в позитивной атмосфере, чтобы подходить к каждому матчу в лучшей готовности.
– Вы пропустили старт сезона в России из-за чемпионата мира. Уже успели вкатиться?
– Я чувствую себя очень хорошо. Не могу сказать, что на 100%, но, надеюсь, что к самому важному моменту сезона буду готов полностью. В клубе созданы комфортные условия, и мне помогают прогрессировать каждый день. Уровень игроков здесь очень высокий, и тренировки проходят с высокой интенсивностью. С каждым днем я чувствую себя лучше и все больше вживаюсь в команду.
– Как вам работается с Алексеем Вербовым? Насколько важно для вас, что он играл на позиции либеро и был одним из лучших в мире?
– Конечно, важно. Я очень рад этому, потому что он помогает мне улучшать множество вещей. Я много работаю над собой, а главный тренер видит то, чего я, возможно, не замечаю. Подходит, говорит что-то, и я остаюсь об этом думать, потом мы обсуждаем снова, и это помогает мне оттачивать детали.
Мне 29 лет, но игроки продолжают совершенствоваться до самого конца карьеры. И это нечто особенное когда тебя тренирует человек, который играл на моей позиции и на которого я с детства смотрел. Он всегда рядом и указывает на какие-то детали.
– Команды Вербова славятся своей атмосферой. Алексей Игоревич непросто так говорил о том, что «Зенит-Казань» – это семья. Как вам эта философия?
– Это одна из тех вещей, которая меня больше всего впечатлила: каждый в команде старается быть максимально позитивным. Если кто-то немного подавлен, чем-то опечален или зол, к нему подходит другой и говорит: «Так, нужно поменять настроение, быть позитивным». Мы – семья, как сказал тренер в мой первый день в Казани. И действительно, когда видишь, что кто-то из одноклубников не в порядке, его поддерживают. Это очень, очень хорошая команда с огромными амбициями. И это дает большую мотивацию всем игрокам.
– А кто в раздевалке главная зажигалка? Наверное, Дмитрий Волков.
– Да, это Волков. Кажется, он все время шутит. Дима – такой человек, которому всегда есть, что сказать. Но остальные ребята так же легко идут на контакт. Все здесь хорошие люди, хотя и с разными характерами. Кто-то умеет шутить мгновенно, как Дима Волков, кто-то нет, но при этом все способны поддержать своих партнеров.
– Что одноклубники чаще всего спрашивают про Аргентину?
– Меня спрашивали про мате, мясо и, конечно, футбол. Некоторые из них ездили в Аргентину и играли там с юношескими сборными. Вот мы вспоминаем эти истории, делимся наблюдениями и веселимся, общаясь друг с другом.
– В Аргентине вас называют Танито. Это же прозвище у вас в Казани?
– Здесь меня зовут Санти. От моего имени Сантьяго. А Танито я стал из-за моего отца. Как я рассказывал, мой папа – тренер по физподготовке, и в волейбольной среде его всегда называли Тано. И раз все в аргентинской волейбольной среде знают моего папу как Тано, меня стали называть Танито, как маленький Тано.
– Какие впечатления от первых домашних матчей за «Зенит-Казань»? Как тебе поддержка болельщиков?
– Я уже играл здесь последние два года, но испытываю другие чувства, когда надеваю футболку «Зенит-Казань». Арена чувствуется иначе, и это очень здорово – не только быть на площадке, но и уже при входе на стадион ощущать эту атмосферу, эту ауру клуба. Это очень приятно, и этим нужно наслаждаться, потому что это дает много энергии.
«Зенит-Казань» – легендарное место. Я играю за эту команду с гордостью»: интервью Дмитрия Волкова
«Хочется снова поиграть в Лиге чемпионов»: интервью с капитаном «Зенита-Казань» Артёмом Вольвичем