Ранее:
В предыдущей серии:
Глава 6. Желания и последствия
— Это уже пятьсот шестьдесят вторая итерация. Семь тысяч триста третий день. Через три дня придёт новая волна... Я больше не могу, Хас. Ты должен спасти меня. Но не от скраперов. Не от манекенов. Не от этого леса. Ты должен спасти меня от времени. От этого бесконечного повтора... Каждая петля оставляет осадок. Я прожила здесь не двадцать лет. Я прожила пятьсот шестьдесят одну жизнь. Каждая — от нашей встречи до Купола. И каждая заканчивается для меня здесь.
Я начинаю забывать, что из того, что я помню, было на самом деле, а что — эхо из очередной петли. Даже чувства стали просто... привычным паттерном. Скриптом. Записью на закольцованной плёнке.
Она подошла к окну, прислонилась лбом к холодному стеклу.
— Я пыталась, хотела разорвать круг. Думала: если я как-то повлияю на себя, не позволю себе войти в Купол... если я не сяду в тот автобус... петля разомкнётся. Но Отражение не отпускало меня физически, я не могла пересечь границу, которая отделяет этот слой от слоя с Куполом. В некоторых местах Отражение как бы смешивается с уровнем Купола, там я могла подойти к нему максимально близко, но... Я потом поняла. Ничего бы не сработало... даже если бы я могла оказаться там не в виде проекции, я не смогла бы предотвратить самый первый раз. Тот, из-за которого я здесь. Дурацкая временная механика.
Она обернулась. Мне показалось, что радужка её глаз стала ещё больше, вероятно, от освещения. Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами, и я увидел в них отблеск безумия.
— Но есть один вариант. Лазейка в логике системы.
— Какой? — мой голос прозвучал хрипло.
— Дорога в Купол для меня закрыта. Но... не для тебя!
Я замер. Это было ожидаемо, всё к этому шло, но меня обдало холодом, словно где-то за спиной орудовал один из манекенов.
— Если ты войдёшь внутрь... система столкнётся с парадоксом. Это ключевая точка для нас обоих. И возможность. Но я свою уже использовала, закинув себя в ловушку. А ты нет... Понимаешь, что будет? Два входа в один и тот же момент. Два выбора, взаимоисключающих. Она не выдержит. Или сломается... или перезагрузится. Но круг разорвётся.
Я поднялся, подошёл к ней, взял за плечи и заглянул в её глаза.
— Но я ведь не смог в первый раз. Почему ты думаешь, что смогу сейчас?
Сами улыбнулась улыбкой Джокера.
— Теперь будет не так. Это не просто портал. Он создан силой огромного желания и предназначен для исполнения этого желания. Моего. Он дал мне то, что я хотела: шанс всё изменить. Но потом... Каждый раз, когда я вхожу в него и использую этот шанс... Я исправляю одни ошибки, но тут же совершаю другие, а потом... Снова начинаю сожалеть, хочу всё изменить... И всё начинается снова... Но есть ещё один человек... У которого тоже есть желание... И обещание...
Ставки сделаны, ставок больше нет. Я отпустил её, отошёл на шаг.
— Я понимаю, чего ты хочешь от меня. Но если получится, что произойдёт ? Это же ключевая точка. По определению она неизменна. И что будет... с той тобой? С нами обоими? Из 2003 года?
Самира улыбнулась. На этот раз печально.
— Энергия твоего желания, если оно будет правильно сформулировано... перекроет и обнулит моё. А что насчёт меня... Насчёт нас... Всё исчезнет. Как и я. Как и всё это. Но она... будет жить. Своей жизнью, какая бы она ни была, и может быть всё сложится по другому... Не так, как сейчас...
Я отошёл ещё на шаг.
— Ты просишь меня... стереть нас из истории.
— Я прошу тебя освободить нас от истории. — Она подошла, совсем близко, и я вдруг почувствовал холод, исходящий от её кожи. — Ты единственный, кто может это сделать. Потому что ты... не совсем часть петли. Ты всегда приходишь извне. Ты — переменная. Аномалия. Я устала, Хас. — Она положила ладонь мне на грудь, над сердцем. — Я устала от вечного повторения. От того, что любовь стала тюрьмой. От того, что наши лучшие моменты превратились в пытку бесконечным воспроизведением. Дай мне отдохнуть. Пожалуйста.
В её глазах стояли слёзы.
И в этот момент мир содрогнулся...
__________________________________________________________________________________________
Буквально.
Это было похоже на то, как человека резко встряхивает от холода или на внезапный электрический разряд. Короткий, почти мгновенный, но мощный толчок. Глаза Самиры широко распахнулись, в них отразились недоумение, страх и удивление. Она стремительно бросилась к столу.
— Нет! — закричала она, отбрасывая предметы. — Ещё рано! Рано, рано!
— Сами, что это было?
Она схватила маленькую чёрную коробку размером с сигаретную пачку и повернулась ко мне. Это был какой-то прибор: датчик или счётчик. На экране светилось мерцающее число, под ним — три кнопки.
— Эта штука считает дни до следующей волны, — объяснила она. — Каждые тринадцать дней оно обновляется.
Она протянула прибор мне.
— Что ты видишь?
Я взглянул на экран и ответил:
— Десять. Написано — десять.
Самира тоже посмотрела на экран, а затем резко бросила прибор в стену. Он разлетелся искрами и осколками. Она запустила руки в волосы и закрыла лицо предплечьями.
— Десять! — воскликнула она. — Ещё три дня! — подняла на меня глаза, и в них читалась паника. — Система дала сбой. Волна должна была прийти через три дня, а теперь… Теперь всё сдвинулось. Этот толчок... Предвестник... Предупреждающий сигнал... Больше нет времени... Петля замкнётся... скоро... сегодня...
—Но почему?
—Потому что ты здесь! Потому что мы заговорили об этом. Потому что ты задумался о входе в Купол, о том, что ты сделаешь. Это уже вмешательство. Отражение защищает себя... От тебя...
— И что теперь делать?
Она резко опустила руки вниз. Её глаза были уже почти полностью чёрными, белков почти не осталось. Она оскалилась, зловеще, почти пугающе.
— То, чем мы всегда здесь занимаемся...
__________________________________________________________________________________________
Мы бежали через лес.
Туман окутывал ноги, деревья словно пытались преградить нам путь.
— Ты говорила, что до Купола три дня, — выдохнул я, перепрыгивая через корягу.
— Да! — ответила Самира, остановившись на мгновение и оглядываясь по сторонам. — Если идти безопасной дорогой. Но времени нет... Поэтому мы пойдём другим путём!
Она резко свернула налево, и я последовал за ней. Впереди сквозь деревья и туман виднелось открытое пространство.
_________________________________________________________________________________________
— Вон там, между складами, видишь? — Она показала в сторону полуразвалившихся пакгаузов, подозрительно похожих на те, что мы нашли тогда на грузовой станции под Уфой. Даже поле перед ними, начинавшееся от опушки леса, где мы прятались за двумя толстыми сросшимися деревьями, было похожим, только высокая трава на нём была серой, безжизненной, словно покрытой пылью. И рельсы тоже были. Справа они заканчивались прямоугольной насыпью, напоминавшей могилу, слева терялись в тумане.
— Забор вижу, — ответил я.
— Чуть правее, за складом есть проход... Там просека... Она выведет нас к мосту, не тому, что в первый раз, к другому... А за ним... Граница слоёв... Туда нам и нужно...
Она отвернулась от живописного пейзажа, прислонилась к стволу дерева, опустила голову... Я почти физически ощущал её напряжение. И ещё усталость. И перекрывающую их решимость... покончить со всем этим. Или хотя бы сделать всё возможное для этого...
— Не выглядит опасным, — произнёс я и повернулся к ней.
Она посмотрела на меня и усмехнулась. Её глаза были уже полностью чёрными.
— Здесь вообще всё не то, чем кажется... Тени... Тут их полно... Сейчас день и они как бы спят, что-то вроде стазиса, зависли между слоями. Я ходила этим путём пару раз. И они никак почти не реагировали. Но теперь, когда Отражение понимает наши намерения... оно может разбудить их... И тогда...
Она замолчала. Я вдруг почувствовал движение воздуха на лице. Ветер? Ветер, которого тут быть не должно? Снова повернулся в сторону поля. Да, так и есть. Трава уже не выглядела, как рисунок или пластиковая имитация в павильоне киностудии. Она колыхалась, поле шло волнами, и, похоже, они становились сильнее...
— И что тогда, Сами?
Мне совсем не нравилось её состояние. Она словно тускнела, блекла. И глаза...
— Когда какая-нибудь версия меня попадается скраперам там, возле Купола, то в воспоминаниях, которые приходят с волной, этого нет, — тихо ответила она. — Потому что их не было у меня в 2003-м. И выбросить в физическую оболочку, как случилось со мной, Отражение их тоже не может... Но ничто не превращается в ничто...
— Ты думаешь, что тени... это твои воспоминания, которые не обрели физическую форму?
Она дёрнулась и вцепилась в рукав моей куртки.
— Не только воспоминания. Эмоции...страх, боль, разочарование, ненависть, ужас... всё, что они испытывали... всё это выбрасывает сюда, они...как призраки...
— Они?
— Да... Призраки тех двоих, кто раз за разом оказывается в петле... Если они... достанут нас, то мы будем чувствовать всё, что они испытали. Бесконечно...
Она снова замолчала, отпустила мою руку и тяжело опустилась на землю. каждая минута словно вытягивала из неё силы.... Я присел рядом, обнял её, она обхватила меня руками и вдруг разрыдалась, громко, истерично, всхлипывая и задыхаясь. Я прижал её к себе сильнее, чувствуя, как её тело сотрясают судороги.
— Это мы... Мы и есть эти "они", — зачем - то прошептал я в её волосы.
_________________________________________________________________________________________
Вдалеке, где не видно ничего,
Уже сложились пути твоей судьбы.
Со всех сторон — противники,
Питающиеся душой твоей,
Пытающиеся поглотить целиком.
И демоны вокруг ждут...
.