За тридцать лет преподавания в университете я слышала самые разные отмазки от студентов. Забыл, проспал, компьютер сломался, бабушка заболела — классика жанра. Но в последний год появилось кое-что новенькое, и это уже совсем другой разговор.
Студенты начали писать письма преподавателям с помощью нейросетей. Мой коллега недавно получил сообщение с обращением «Уважаемый Профессор Фамилия». Так и хочется ответить: «Дорогой Студент Имя, благодарю за письмо».
Но это ещё полбеды. Настоящая проблема — когда искусственный интеллект помогает студентам сочинять длинные тексты о том, как депрессия помешала им сдать работу вовремя.
Я прекрасно понимаю, насколько важно ментальное здоровье. Вся моя карьера связана с исследованием этой темы, я работала консультантом, часами сидела со студентами в кризисе, помогала пережить травмы. Я не отношусь к таким вещам легкомысленно.
Но эти письма — совсем другая история.
Схема всегда одинаковая: сначала признание, что забыл про задание, не рассчитал время, вообще выпустил из виду онлайн-курс. А потом — переход к ментальному здоровью и просьба «от всего сердца» поменять оценку, добавить пару баллов, дать дополнительное задание за три дня до конца семестра. И обязательно приписка: «Я знаю, что спросить не помешает». Ещё как помешает, если честно.
Мне хочется крикнуть «Стоп! Снято!» — как режиссёру на съёмочной площадке. Эти сообщения выглядят до отчаяния манипулятивно.
Студенты уловили культурный тренд на разговоры о психическом здоровье и поняли: можно надавить на жалость преподавателя. А ещё они знают, что педагогу гораздо сложнее отказать, если речь идёт о депрессии или тревожности. Кто захочет выглядеть бессердечным? Просто сказать «я забыл» или «мне было лень» уже недостаточно — нужен диагноз.
Студенты больше не говорят, что им грустно. Они заявляют, что у них депрессия. Они не нервничают перед экзаменом — они страдают от тревожного расстройства. А если сильно нервничают — это уже паническая атака. Всё на максимуме, кроме интереса к учёбе.
Проблема ещё и в том, насколько эти письма предсказуемы и шаблонны. Где были эти студенты весь семестр? Раньше мне писали, чтобы разобраться в сложной концепции, рассказать про книгу или фильм, который напомнил о теме с лекции. Это было живое общение — человек с человеком. Теперь пишут только с просьбами добавить баллы, пожаловаться на технические проблемы или сообщить о непонимании текста, который, как потом выясняется, даже не открывали.
Два изменения в университетском образовании произошли практически одновременно, и оба оказались разрушительными: электронный журнал с мгновенным доступом к оценкам и электронная почта. Студент видит оценку — и тут же строчит письмо с претензиями.
Я могу честно сказать, что в своё время ходила за оценками пешком. Училась в Университете Висконсин-Мэдисон, и преподаватели вывешивали результаты на листке у двери кабинета. Почты не было, так что приходилось просто приходить, когда обещали. Часто листок ещё не появлялся. Мы не барабанили в дверь с вопросами, не бежали жаловаться декану. Просто шли обратно, брали кофе и приходили через день-два. А если были вопросы — смотрели расписание консультаций и записывались на приём.
Сегодняшние студенты не понимают, что такое настоящая срочность. Не видят разницы между реальной проблемой и желанием получить поблажку. Они правда думают, что я сделаю исключение только для них? А если рассчитывают, что их уговоры заставят меня предложить возможность всей группе — они не представляют, сколько работы стоит за добавлением лишнего задания в программу курса.
Я пытаюсь показать им мир шире их собственных интересов. Пока получается с переменным успехом.