В Советском Союзе хоккей был больше, чем спортом. Это была религия. А Валерий Харламов был её главным божеством. Быстрый, дерзкий, с испанской кровью и неукротимым темпераментом, он танцевал на льду, унижая лучших защитников НХЛ.
Канадцы называли его «Малыш» за небольшой рост, но боялись его как огня. Они ломали ему лодыжки, били клюшками, но он всегда вставал.
Казалось, этот человек сделан из стали. Врачи запрещали ему играть из-за порока сердца - он стал чемпионом. Он попал в страшную аварию в 1976 году - и вернулся на лед.
Но у судьбы был свой, жестокий сценарий. Число 17, которое сияло на его спине, преследовало его всю жизнь, чтобы в итоге стать датой его гибели.
Испанский матадор на коньках
Валерий Харламов был аномалией. Сын советского слесаря и испанки Бегонии (которую эвакуировали в СССР во время Гражданской войны в Испании). Эта гремучая смесь кровей подарила ему уникальную пластику и взрывной характер.
В детстве врачи поставили ему диагноз, порок сердца и ревмокардит. Ему запретили даже бегать на физкультуре.
Но его отец пошел на риск. Он тайком записал сына в хоккейную секцию. И произошло чудо лед вылечил его. Харламов не просто выжил, он стал самым техничным игроком планеты.
В легендарной тройке «Михайлов - Петров - Харламов» он был художником. В Суперсерии-72 против канадцев он забил две шайбы в первом же матче, заставив монреальский «Форум» аплодировать русскому парню. Канадцы были в шоке: «Этот №17 не человек, он молния».
Первое предупреждение: 1976 год
Судьба впервые попыталась забрать его весной 1976 года.
Харламов возвращался домой ночью на своей «Волге». Он решил обогнать грузовик, вылетел на встречную полосу и врезался в столб.
Диагноз был страшным: двухлодыжечный оскольчатый перелом правой голени, перелом ребер, сотрясение мозга. Врачи говорили: «Слава богу, что жив. О хоккее забудьте. Он будет хромать».
Но Харламов не умел сдаваться. Он тренировался прямо в палате, с гипсом. А вернувшись на лед, он изменил стиль игры. Он стал меньше полагаться на скорость и больше - на пас и интуицию. Он снова стал чемпионом. Казалось, он обманул смерть.
Отвергнутый гений
Август 1981 года. Сборная СССР готовится лететь на Кубок Канады. Харламов в отличной форме. Он мечтает сыграть этот турнир, возможно, последний в карьере.
Но главный тренер Виктор Тихонов принимает неожиданное и жестокое решение. За день до вылета он объявляет: «Харламов остается в Москве». Причина - якобы недостаточная физическая форма.
Для Валерия это был удар под дых. Он чувствовал себя преданным. Он проводил команду, пожелал им удачи, а сам поехал на дачу, подавленный и опустошенный. Если бы Тихонов взял его в Канаду, трагедии бы не случилось.
Роковое шоссе и мистика чисел
Раннее утро 27 августа 1981 года. Ленинградское шоссе.
За рулем «Волги» (номер 00-17) сидит жена Валерия - Ирина. Сам Харламов и её двоюродный брат спят на пассажирских сиденьях. Ирина была неопытным водителем.
На мокром асфальте, в месте, где меняли покрытие (был небольшой выступ), машину занесло. «Волгу» выбросило на встречную полосу, прямо под колеса грузовика ЗИЛ.
Удар был чудовищной силы. Все погибли мгновенно.
Мистика чисел пугает:
- Он играл под номером 17.
- Авария произошла 27 августа (в 7 утра).
- Шайба, забитая им в дебютном матче за ЦСКА, была на 17-й минуте.
Легенда №17 ушел в вечность именно тогда, когда его отлучили от хоккея. Словно без игры его жизнь потеряла смысл и защиту.
Кубок для призрака
Когда новость о гибели Харламова дошла до Канады, советские хоккеисты хотели сняться с турнира и лететь на похороны. Но их уговорили остаться и выиграть ради Валерия.
Сборная СССР разгромила Канаду в финале со счетом 8:1. Это была самая великая победа в истории советского хоккея.
Кубок Канады они посвятили ему.
Валерий Харламов прожил всего 33 года. Возраст Христа. Он был слишком ярким для долгой жизни. Как комета, он сгорел, но след от его номера 17 до сих пор виден на льду каждого хоккейного катка страны.