Отношение к цвету машины в Советском Союзе было парадоксальным. С одной стороны, в условиях тотального дефицита ты хватал то, что дают, и благодарил судьбу. С другой – в народе существовала жесткая иерархия престижности расцветок. Если вы думаете, что все машины были серыми, вы глубоко ошибаетесь. Палитра советских дорог варьировалась от уныния до карнавала.
Сегодня я расскажу, почему от некоторых машин шарахались, а другие стоили на «вторичке» дороже, чем в магазине.
Химия решает всё: почему цвета были именно такими
Проблема скудной гаммы 50-х или 60-х крылась не в отсутствии фантазии у дизайнеров, а в химии. В СССР хронически не хватало качественных пигментов и стабильных эмалей.
Ранние Москвичи-400/401 или «Победы» часто красили в тусклые, грязно-серые или бежевые цвета простой нитроэмалью. Легенда гласит, что это была «корабельная краска», но на деле – просто самая доступная промышленная целлюлозная эмаль, которая мгновенно матовела. Чтобы машина блестела, владельцам приходилось полировать её воском вручную часами.
Ситуация изменилась только с появлением синтетических эмалей (знаменитая МЛ-12) и постройкой ВАЗа, когда в страну завезли технологии (а позже и саму краску) фирм вроде финской Sadolin.
Авто-аутсайдеры: над чем смеялись и что не любили
Даже имея деньги, советский человек боялся показаться смешным или слишком приметным. Вот главные антитренды того времени:
- «Цвет детской неожиданности» (Охра). В техпаспорте этот цвет гордо именовался «Золотая охра», но в народе к грязно-желтым «Копейкам» и «Москвичам» прилипло обидное прозвище. Проблема была еще и в том, что пигмент был нестойким: через пару лет «золото» выгорало на солнце, превращаясь в нечто буро-коричневое.
- «Канарейка». Ярко-желтый цвет четко ассоциировался с милицией или такси. Ездить на таком личном авто считалось моветоном — тебя либо путали со службами, либо принимали за человека, выкупившего списанный таксопарк.
- Рыжий «Апельсин». Часто встречался на «Москвичах-2140» и ранних Ижах. Слишком яркий, слишком несерьезный. Над владельцами подшучивали, называя их авто «пожаркой для лилипутов».
- Черный (как ни странно). Да, это цвет номенклатуры. Но именно поэтому купить новую черную «Волгу» частнику было почти нереально, а ездить на черном «Москвиче» или «Запорожце» считалось странным. «Косит под начальство» – говорили во дворах. Черный цвет требовал идеальной чистоты, чего без моек достичь было трудно.
Что было «в почете»: за чем гонялись
С появлением «Жигулей» цветовая карта СССР взорвалась. В моду вошли яркие, сочные цвета с романтичными названиями.
- Чисто белый и «Белая ночь». Классика. Белая машина не греется на солнце (мечта дачника-южанина), она заметнее на дороге. Считалась нарядной и практичной.
- «Коррида», «Рубин», «Магма». Все оттенки красного, оранжевого и вишневого ценились безумно. Особенно если это была реэкспортная «Лада», чудом не уехавшая в Европу. Считалось, что на экспортные машины краску клали жирнее, а сам цвет был сочнее. Владелец красной «Нивы» автоматически становился плейбоем района.
- Синяя гамма («Адриатика», «Пицунда»). Насыщенный синий и морская волна. Эти цвета не так сильно выгорали, как желтые, и выглядели по-европейски.
- «Зеленые» оттенки («Кипарис», «Липа»). Не защитный военный (хаки гражданским был запрещен), а яркие, кислотные цвета, появившиеся в 70-х.
Эпоха «Металликов» и перестроечный бум
Настоящий культурный шок случился в конце 80-х, когда в палитру ворвались «металлики».
Два цвета стали культовыми:
- «Снежная королева» (серебристый).
- «Мокрый асфальт» (темно-серый металлик).
Это были символы новой эпохи. За перекраску старой «Волги» или «Девятки» в «Мокрый асфальт» люди отдавали баснословные деньги. В эпоху перестройки машина правильного, «пацанского» цвета могла стоить на 20-30% дороже точно такой же, но унылой «бежевой». Металлик был признаком того, что жизнь удалась, а вы имеете доступ к импортным технологиям.
Итог
В СССР цвет машины был больше, чем просто цвет. Это был маркер: удачливости (достал экспортную!), практичности (не взял маркую!) и связей. И если сегодня «Охра» вызвала бы лишь улыбку любителей ретро, тогда она могла стать причиной для расстройства целой семьи, мечтавшей о «Белой ночи», а получившей «то, что было на складе».