Найти в Дзене
Пунькины истории

*ТОНЯ*

Иногда женщина хочет перестать быть... Нет, конечно, речь не о полном исчезновении. Она устаёт от бесконечных ролей - дочери, жены, матери, бабушки, сестры, тёти, свекрови, племянницы, соседки, подруги, приятельницы коллеги... Как много их,этих ролей, а она одна. Тоня сидела в парке на лавочке. Шёл дождь. Капли стекали по её смуглому лицу к губам и она глотала их вместе со слезами. Устала... Дома дочь подросток и грудная Сашенька, вечно орущий муж, младший брат и часто болеющая мама. Больше всех Тоня жалела не себя, а маму, всю свою жизнь потратившую на лечение чужих детей. Ксения Сергеевна была хорошим врачом. Жила профессией. В итоге не хватило жизни ни на семью, ни на собственных детей и, главное, на себя времени не хватило. Стала сильно и часто болеть и вынуждена была уйти из профессии раньше положенного. Тоня устала. Она чётко понимала свои желания. Уйти, исчезнуть, уехать куда-то в глухой лес и там, прооравшись в истерике, спать неделями, а потом ещё неделями слушать тишину. Ей н

Иногда женщина хочет перестать быть... Нет, конечно, речь не о полном исчезновении. Она устаёт от бесконечных ролей - дочери, жены, матери, бабушки, сестры, тёти, свекрови, племянницы, соседки, подруги, приятельницы коллеги... Как много их,этих ролей, а она одна.

Тоня сидела в парке на лавочке. Шёл дождь. Капли стекали по её смуглому лицу к губам и она глотала их вместе со слезами. Устала...

Дома дочь подросток и грудная Сашенька, вечно орущий муж, младший брат и часто болеющая мама. Больше всех Тоня жалела не себя, а маму, всю свою жизнь потратившую на лечение чужих детей. Ксения Сергеевна была хорошим врачом. Жила профессией. В итоге не хватило жизни ни на семью, ни на собственных детей и, главное, на себя времени не хватило. Стала сильно и часто болеть и вынуждена была уйти из профессии раньше положенного.

Тоня устала. Она чётко понимала свои желания. Уйти, исчезнуть, уехать куда-то в глухой лес и там, прооравшись в истерике, спать неделями, а потом ещё неделями слушать тишину. Ей не было стыдно за свои желания, ведь она их озвучивала только себе и не вслух.

Дождь усиливался. Старая ива будто укрывала Тоню от ливня. Вода стекала с веток и плавно падала на голову, плечи, колени уставшей, но отдыхающей сейчас  Тони.

В суете, в постоянной бытовой беготне, в разрыве между детьми, мамой, братом, мужем, она часто искала понимания зачем вообще всё это нужно. Семьи, дети, постоянные споры, бесконечная погоня за чем-то лучшим, ссоры и непонимание.

Ведь одиночество - это прекрасно. Тут же Тоня думала о часто болеющей маме. Кто бы ей помог, если бы не было её и брата. Чем бы была наполнена жизнь пожилой одинокой женщины, если бы не внуки, пусть и орущий, но очень заботливый зять и часто навещающая её мама зятя, которая стала её доброй подругой...

Потом Тонины мысли снова переключились на собственную усталость и упущенные возможности. Какой-то бесконечный анализ закрутил её голову в парке под старой ивой под дождём.

Рядом подсела тёмная фигура. Тоня съежилась. Потом узнала Витку. Она тоже плакала. Тоже от усталости, от бесконечного плача детей, от навалившегося всего.

Обнялись... Просидели так час.

Дождь стихал. На дворе была ночь. Воздух наполнился свежестью.

Завтра будет новый день. Забот и суеты.

А сегодня нужно просто пережить эту усталость, проплакать, прокричать в лесу хотя бы мысленно.

Тоня и Вита медленно брели к дому. Из окна раздавался громкий детский плач.