Исследователи из Соединённых Штатов решили внимательно изучить, какие перемены происходят с детьми, получающими смартфон слишком рано, следует из газеты New York Times.
И какие результаты?
Одно из самых обсуждаемых исследований последних месяцев было опубликовано в журнале Pediatrics. Ученые проанализировали данные более чем 10 тысяч детей, участвовавших в масштабной долгосрочной программе изучения развития мозга подростков. И выводы оказались тревожными. Дети, которые получили смартфон к 12 годам, чаще сталкивались с ухудшением сна, депрессией и повышенным риском ожирения. Особенно заметна эта связь оказалась среди тех подростков, которым устройства вручали в самом младшем возрасте.
«Когда вы даёте своему ребёнку телефон, вы должны думать об этом как о чём то важном для его здоровья и вести себя соответственно», — сказал доктор ведущий автор исследования и детский и подростковый психиатр из Детской больницы Филадельфии Ран Барзилай.
Позднее он объяснил, что смысл работы отнюдь не в том, чтобы обвинить всех родителей, которые уже сделали такой подарок. Он подчёркивает, что смартфон давно стал привычной частью жизни подростков и полностью игнорировать этот факт невозможно.
Это опасно?
Исследования прошлых лет помогают понять картину глубже. Дети, получающие смартфон слишком рано, нередко сокращают время общения с друзьями вживую, меньше двигаются и позже ложатся спать. Эти элементы формируют базу эмоционального и физического здоровья, и в подростковом возрасте даже небольшие сдвиги могут вырасти в долгосрочные проблемы.
Параллельно с этим летом были опубликованы ещё одни результаты, вызвавшие широкий отклик. На этот раз их представили исследователи из Sapien Labs в журнале Journal of the Human Development and Capabilities. Об этом сообщает CNN. Их работа опиралась на данные почти двух миллионов человек из более чем 160 стран, что сделало анализ особенно масштабным. Учёные обнаружили схожие результаты, что использование смартфонов до 13 лет связано с ухудшением эмоциональной регуляции, снижением самооценки, появлением суицидальных мыслей и сильным чувством отстранённости от реальности, особенно уязвимыми в этом отношении оказались девочки.
«Это требует принятия срочных мер, ограничивающих доступ детей младше тринадцати лет к смартфонам, а также более детального регулирования цифровой среды, с которой сталкиваются молодые люди», — объяснила ведущий автор исследования, основатель и главный научный сотрудник Sapien LabsТара Тиагараджан.
Она уточнила, что работа не рассчитана на точное определение всех сценариев использования смартфонов, влияющих на детей, поскольку технологии меняются слишком быстро. Однако общие тенденции ясно показывают, что ранний доступ к устройствам нередко идёт рука об руку с киберзапугиванием, нарушением сна и напряжением в семье.
Эксперты по цифровой культуре обращают внимание на то, что подростковый возраст всегда был периодом эмоциональной хрупкости. Теперь же он совпал с эпохой постоянного сравнения, давления и непрерывного потока информации. В такой среде подростки учатся реагировать на чужие реакции раньше, чем успевают понять собственные чувства.
Согласно исследованиям, проведённым в Великобритании, использование социальных сетей в период полового созревания связано с падением удовлетворенности жизнью уже через год. Поэтому некоторые эксперты предлагают ориентироваться на 16 лет как на возраст, когда ребёнок уже способен лучше осознавать себя и свои границы.
Как быть родителям?
Специалисты по работе с детьми подчеркивают, что не нужно впадать в панику. Многие семьи уже позволили своим детям пользоваться смартфонами в относительно раннем возрасте. И теперь главное — понимать, какие шаги могут снизить риски.
«Если вы обеспокоены, но не замечаете у своего ребёнка ни одного из этих симптомов, вы всё равно можете поговорить с ним, чтобы он знал, что некоторые люди борются с тревогой, низкой самооценкой и сильными эмоциями. Вы можете сообщить им, что у вас есть доступ к помощи, если она им когда нибудь понадобится, и вы можете пригласить их прийти к вам, если они когда нибудь столкнутся с трудностями или будут нуждаться в поддержке», — отметила клинический психолог Мелисса Гринберг из Принстонского психотерапевтического центра.
Психологи советуют не бояться изменять правила, если родители понимают, что нынешние условия не идут ребёнку на пользу. Гринберг обращает внимание на типичную мысль взрослых о том, что вернуть всё назад практически невозможно.
«Когда вы читаете подобные статьи, у вас может возникнуть ощущение, что вы застряли, потому что вам кажется, что вы не можете вернуться назад», — добавила Мелисса Гринберг.
Но, по её словам, это заблуждение. Родители могут пересмотреть подход, даже если ребёнок уже давно использует смартфон. Они могут установить родительский контроль, удалить определённые приложения или временно ограничить функциональность устройства.
«Когда мы впервые дали вам ваш смартфон, мы не знали о том, как это может повлиять на вас. Многие учёные и врачи проводят исследования о влиянии смартфонов на детей, и мы узнаём гораздо больше, чем знали раньше. Мы должны внести некоторые изменения, потому что хотим быть уверены, что делаем всё возможное для вашего здоровья». При этом важно признать, что дети могут реагировать на перемены резко и эмоционально. «Взрослые не всегда реагируют самым зрелым образом, когда вы что то у них отнимаете или просите изменить привычку, и мы не можем ожидать, что наши дети тоже так поступят», — сказала Гринберг.
Одной из главных проблем, по словам многих родителей, является страх, что их ребёнок окажется в социальной изоляции, если будет единственным без смартфона. Эксперты предлагают решение, которое уже доказало свою эффективность. Речь идёт о коллективных договорённостях между семьями. Семья не может полностью решить проблему самостоятельно. Даже если родители договорятся между собой, у детей всё равно будет доступ к смартфонам в других местах. Тара Тиагараджан подчёркивает необходимость более активного участия родителей в разговоре о цифровом регулировании. Она убеждена, что влияние цифровой среды на детей стало темой, требующей внимания не только семей, но и государств.