Уже 46 лет на сцене, но сегодня, выйдя из-за кулис, я чувствую неловкость. Последнее выступление вызвало шквал критики. Меня обвинили в обмане и дилетантстве. Они кричали: «Тебе выступать на табурете в гостиной!» «Ты лжешь, когда играешь! Неискренне и пусто!» - обрушивала на меня свой гвалт достопочтенная Публика. А я не обманывала. Для меня нет ничего важнее сцены, ведь я на ней живу! Чувства Зрителя, его доверие — это главное! «Я всегда была с вами честна! Я играю как велит сердце и уважение!» Но Зритель настаивал на обвинении, защищая лишь свои интересы. Ему было важно оставаться в моей жизни значимым судьей. Значимым! Судьей! И я принимала это. Чувствовала, что меня ломают, навязывают свою правду, но ничего не могла сделать. Я была рабыней своего великого Господина — Зрителя. Верила, что изменить их приговор — моя главная задача! *** И вот я вновь на сцене. Смотрю в их скептические выражения лиц и чувствую холод. Они категоричны и не хотят признавать мое право играть так, как важно