Тропарь, глас 4
Днесь благоволе́ния Бо́жия предображе́ние,/ и челове́ков спасе́ния пропове́дание,/ в хра́ме Бо́жии я́сно Де́ва явля́ется,/ и Христа́ всем предвозвеща́ет./ Той и мы велегла́сно возопии́м:\ ра́дуйся, смотре́ния Зижди́телева исполне́ние.
Среди тихих и величавых праздников, что, подобно ступеням, ведут нас к вершине Рождества Христова, особое место занимает Введение во храм Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии. Этот день, озарённый светом детской веры и предвещающий грядущее спасение мира, есть праздник исполненного обета и начала новой священной истории. Не просто воспоминание исторического события, но созерцание великой тайны: явления «одушевленного Божия Кивота», в котором незримо уже пребывает Царь Славы.
История этого праздника уходит в глубь веков. Хотя в церковном календаре он утвердился сравнительно поздно, лишь к VIII столетию, само событие бережно хранилось в памяти Церкви, будучи изложено в древнем апокрифическом тексте — Протоевангелии Иакова. Праведные Иоаким и Анна, долгое время пребывавшие в скорби о неплодстве, дали обет: если Бог дарует им дитя, они посвятят Его служению Господу. Рождение Марии стало чудом и милостью, а её введение во храм в трёхлетнем возрасте — исполнением священного обещания. Это был не просто благочестивый обычай, но знак глубочайшего доверия Богу, вручение Ему самого дорогого сокровища. Как пишет святитель Григорий Палама, «Она всецело в Боге и для Бога, и Бог в Ней и для Неё».
Символика события простирается далеко за пределы семейной истории. Торжественное шествие отроковицы Марии к вратам Иерусалимского храма, встреча её первосвященником Захарией, и, по преданию, её введение во Святая Святых — место, куда лишь раз в год входил первосвященник и где хранился Ковчег Завета, — всё это исполнено пророческого смысла. Мария становится живым Ковчегом Нового Завета, предназначенным вместить Самого Бога Слова. Храм ветхозаветный, величественный и сложный в своих обрядах, встречает Ту, Которая Сама станет совершенным Храмом Божества. «Что вводится ныне в церковь, и вводится ради Бога, — размышляет преподобный Феодор Студит, — если не Святая Святых?» В этом действии — прообраз грядущего Боговоплощения и исполнение чаяний всего человечества.
Богословское значение праздника коренится в самой сути домостроительства спасения. Введение Богородицы во храм есть важнейшая веха на пути приготовления мира к пришествию Мессии. Отроковица, посвящённая Богу, проводит годы в молитве, рукоделии и чтении Священного Писания, взращивая в Себе ту совершенную чистоту, смиренномудрие и послушание, которые сделают возможным ответ на архангельское благовестие: «Се, Раба Господня; да будет Мне по слову твоему». Она становится Мостом между небом и землёй, между обетованиями Ветхого Завета и благодатью Нового. Её жизнь в храме — это образ внутреннего духовного делания, к которому призвана всякая христианская душа. Святитель Иоанн Златоуст говорит: «Как море, хотя бы кто отнял у него сколько-нибудь воды, не терпит ущерба, так и целомудрие, хотя бы кто и много тратил его на дела добродетели, не только не уменьшается, но ещё более умножается».
Богослужение праздника пронизано светлой радостью и торжественностью. Церковь облекается в сияющие одежды, чаще всего голубые или белые — цвета небесной чистоты и девства. В песнопениях звучат ветхозаветные прообразы: лестница Иакова, Невместимый Бог, вмещающийся в утробу Девы, расцветший жезл Аарона. На утрени звучит евангельское чтение о встрече Пресвятой Богородице и матерью Пророка Иоанн Предтечи Елизаветы с гимном Девы Марии: «величит душа Моя Господа и возрадовался дух Мой о Боге, Спасителе Моем, что призрел Он на смирение Рабы Своей, ибо отныне будут ублажать Меня все роды; что сотворил Мне величие Сильный, и свято имя Его». На Литургии евангельское чтение о Марфе и Марии, где Мария, «избравшая благую часть», является прообразом Богородицы, всей душой предстоящей Богу. Икона праздника изображает само шествие: маленькая Мария в царственных одеждах, устремлённая к священнику, а позади — родители и девы со светильниками. Эта икона — не только история, но и призыв: всякому верующему надлежит ввести свой ум и сердце во храм молитвы и предстояния Богу.
В современном мире, с его суетой и рассеянием, праздник Введения звучит как тихий, но настойчивый зов к внутреннему сосредоточению. Он напоминает о том, что подлинное посвящение Богу начинается с малого шага веры, с доверчивого вручения Ему своей жизни, как трёхлетняя Отроковица была вручена любящими родителями. Этот день актуален как никогда, ибо говорит о святости детства, о силе обета, о благодати, которая готовит человека к великому служению. Он являет нам пример Марии, Которая Своим свободным согласием, взращенным в храме, открыла двери спасения для всего рода человеческого.
Таким образом, праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы есть светлая предрассветная заря, возвещающая восход Солнца Правды — Христа. В нём сокрыта непостижимая тайна избрания и свободного человеческого ответа на призвание Божие. Он являет ту духовную лествицу, по которой Божество нисходит к человеку, а человек восходит к Богу. Через событие, случившееся более двух тысяч лет назад, и сегодня звучит вечное обетование: душа, всецело посвятившая себя Богу, становится Его жилищем, и в ней, как в некогда в ветхозаветном храме, совершается великое и страшное Таинство присутствия Божия.