«Некоторые люди входят в нашу жизнь, чтобы показать нам, чего мы не должны были забывать.»
— Неизвестный автор
Десять лет. Десять лет прошло с момента ДТП. Десять лет боли, искупления, прощения и, в конце концов, спокойствия.
Анна больше не работала уборщицей в больнице. Три года назад организация Игоря Сергеевича предложила ей должность координатора волонтеров. Это была хорошая работа, работа, которая имела смысл. Она координировала людей, которые помогали невинным, осужденным судебной системой.
Ее жизнь была хорошей. Простой, но хорошей.
Максим был женат на Марине. У них было две дочки: Аня, которой было девять лет, и Маша, которой было пять. Максим работал директором школы, той самой школы, в которой когда-то преподавал литературу. Марина работала учительницей в начальной школе.
Жизнь была хорошей.
Но однажды в ноябре Анна получила звонок.
— Госпожа Волкова? — спросил незнакомый голос.
— Да, это я, — ответила Анна.
— Это больница. Мы звоним, потому что здесь находится Дмитрий Волков. Он попросил, чтобы мы позвонили вам. Он очень болен.
Анна почувствовала, как ее сердце упало.
Дмитрий. Ее бывший муж. Отец Максима. Человек, который исчез из ее жизни пятнадцать лет назад, который стал преступником, который помогал ее оппонентам, который был арестован на основе записи, которую она добыла.
Дмитрий был в больнице и просил о ней.
Анна пришла в больницу на следующий день. Она не знала, какая комната, но медсестра быстро ее нашла.
Дмитрий выглядел намного старше, чем она его помнила. Ему было около семидесяти лет, хотя ему было только шестьдесят. Болезнь искривила его, уменьшила его. Этот человек, который когда-то был грозным и сильным, теперь был слабым и хрупким.
— Анна, — сказал он, когда она вошла в комнату.
— Привет, Дмитрий, — ответила она.
Они молчали несколько минут.
— Я знаю, что я сделал плохо, — начал Дмитрий. — Я знаю, что я помогал фальсифицировать доказательства. Я знаю, что я использовал нашего сына. И я знаю, что ты пострадала из-за меня.
Анна слушала.
— После того, как я был арестован, я провел пять лет в тюрьме. Пять лет, в течение которых я думал о том, что я сделал. О том, какого человека я воспитал своей несостоятельностью. О том, какого сына я подвел.
Дмитрий сделал глубокий вдох.
— Когда я вышел из тюрьмы, я не имел никого. Я был один. И я понимал, что я потратил свою жизнь впустую. На деньги, на власть, на вещи, которые не имели значения.
Он посмотрел на Анну.
— Я хотел увидеть Максима. Я хотел рассказать ему, как мне жаль. Но я не знал, как это сделать. Я боялся, что он не захочет меня видеть.
— Максим много раз просил о тебе, когда был маленьким, — сказала Анна. — Но я всегда говорила ему, что ты занят. Я не хотела ему больно.
— Ты защищала его, — сказал Дмитрий. — Ты защищала его от меня. И ты была права.
Анна сидела молча.
— Я написал письмо Максиму несколько лет назад, — продолжил Дмитрий. — Письмо, в котором я просил у него прощения. Я не знаю, получил ли он его. Я не знаю, прочитал ли он его.
— Да, получил, — ответила Анна. — И прочитал.
— Что он сказал?
— Он сказал, что ему нужно время. Время, чтобы процессировать все, что произошло. Время, чтобы простить.
Дмитрий кивнул.
— Я скоро умру, Анна. Врачи сказали, что у меня осталось несколько месяцев. И я хочу, прежде чем я умру, увидеть Максима. Хотя бы один раз.
Анна посмотрела на этого человека, на ее бывшего мужа, на отца ее сына. На этого человека, который когда-то был врагом, но теперь был просто обломком жизни, который хотел немного спасения перед концом.
— Я поговорю с Максимом, — сказала Анна.
Максим пришел в квартиру матери в пятницу вечером. Он слушал, пока Анна рассказывала о болезни Дмитрия, о его желании встретиться.
— Я не знаю, готов ли я, — сказал Максим.
— Я знаю, — ответила Анна. — Но он не готов ждать. Ему осталось несколько месяцев.
Максим молчал долго.
— Хорошо, — сказал он наконец. — Я встречусь с ним. Но я не прощаю его. Я просто... я хочу услышать его слова. Лично.
Встреча произошла в больнице неделю спустя. Анна пошла с Максимом.
Когда Максим вошел в комнату, Дмитрий плакал. Просто плакал, глядя на своего сына.
Максиму было тридцать пять лет. Это был взрослый мужчина, учитель, директор школы, отец двух дочек. Это был человек, которого воспитала мать, потому что его отец был слишком занят, чтобы заботиться о нем.
— Привет, пап, — сказал Максим.
Слово "пап" было как удар электрического тока для Дмитрия. Это было первый раз за долгие годы, когда Максим называл его так.
Дмитрий встал с кровати. Это было тяжело, но он встал.
— Максим, — сказал он. — Я знаю, что я ничего не заслуживаю. Я знаю, что я потратил твое детство. Я знаю, что я был плохим отцом.
Максим не ответил.
— Но я хочу, чтобы ты знал, — продолжил Дмитрий, — что я горжусь тобой. Я горжусь тем, кем ты стал. Я горжусь тем, что ты помогаешь другим. Я горжусь тем, что ты хороший отец для своих дочек.
Максим плакал.
— Почему ты не был таким раньше? — спросил он. — Почему ты не был со мной?
— Потому что я был дурак, — ответил Дмитрий. — Потому что я был слеп. Потому что я не видел, что передо мной.
Максим обнял своего отца. Они обнялись, и оба плакали.
Анна стояла в дверях и плакала вместе с ними.
Дмитрий жил еще три месяца. В течение этих трех месяцев Максим приходил к нему часто. Он приходил со своими дочками, и Дмитрий видел своих внучек.
Маленькая Аня спросила у деда:
— Дедушка, почему ты в больнице?
— Потому что я болен, малышка, — ответил Дмитрий.
— Ты скоро выздоровеешь?
Дмитрий посмотрел на Максима, потом на Аню.
— Нет, малышка. Я не выздоровею. Но я очень рад, что я встретил тебя. Ты очень красивая девочка.
Маша, младшая дочка, приложила голову к плечу деда и слушала его истории.
Это было то, о чем Дмитрий мечтал много лет. Возможность быть с семьей. Возможность быть отцом. Возможность быть дедом.
Это пришло слишком поздно, но все равно пришло.
Дмитрий умер в феврале. Он умер в ночь, когда Максим и его семья посещали его в последний раз. Максим держал руку своего отца, когда тот умирал.
— Спасибо, — шептал Дмитрий. — Спасибо за прощение.
После смерти Дмитрия Максим был разбит. Но он был благодарен за то, что они помирились. За то, что у них была вторая попытка.
На похоронах было мало людей. Несколько знакомых, Игорь Сергеевич, Лариса, Антон. И Анна, стоящая рядом с Максимом.
После похорон Максим приехал к матери.
— Спасибо, — сказал он.
— За что? — спросила Анна.
— За то, что ты заставила меня встретиться с ним. За то, что ты не позволила мне взять с собой этот гнев на всю жизнь.
Анна обняла сына.
— Это была правильная вещь, — сказала она.
После смерти Дмитрия Анна получила письмо от его адвоката. Дмитрий оставил завещание. Он оставил все свое имущество Максиму.
Это было много денег. Собственность. Инвестиции. Все, что он собирал в течение своей жизни, теперь переходило к Максиму.
Максим был в шоке.
— Я не хочу его денег, — сказал он.
— Это не деньги отца, который тебя бросил, — сказала Анна. — Это деньги отца, который раскаялся. Это его способ сказать "я люблю тебя", когда уже слишком поздно это говорить.
Максим задумался.
— Что мне делать с этим?
— Все, что ты хочешь, — ответила Анна. — Это твое.
Максим решил отдать половину денег организации Игоря Сергеевича. На защиту невинных, осужденных судебной системой. На спасение людей, как когда-то был спасен он.
Остаток денег он использовал, чтобы купить дом для своей семьи. Большой красивый дом, где было достаточно места для жизни.
Анна часто приходила в этот дом. Она была бабушкой для Ани и Маши. Она была мамой для Максима. Она была частью семьи.
И жизнь была хорошей.
Год спустя после смерти Дмитрия, в один холодный день, Анна получила посещение.
Это была Елена Корсакова.
Она была старше, чем в последний раз, когда Анна ее видела. Она ездила на инвалидной коляске, но она была красивой, сильной, независимой.
— Здравствуйте, Анна, — сказала Елена.
— Елена! Как дела? — спросила Анна, обнимая ее.
— Хорошо, — ответила Елена. — Я приехала, чтобы сказать тебе спасибо.
— За что?
— За то, что ты спасла мне жизнь. После того, как папа был освобожден, я не знала, как жить. Я ненавидела его. Я ненавидела себя. Я хотела умереть.
Анна слушала.
— Но потом я прочитала рассказ твоего сына. "Плохая мать". И я поняла, что матери делают все ради своих детей, даже если это разрушает их. И я поняла, что папа был неплохим человеком, он был потерянным человеком.
Елена помолчала.
— Я встретилась с папой. Мы разговаривали. И я простила его. Или, может быть, я просто научилась жить с тем, что произошло.
— Я рада, — сказала Анна.
— Папа тоже рад, — сказала Елена. — Он работает волонтером в организации Игоря Сергеевича. Он помогает людям, которые были ранены, как я. Он рассказывает им о том, как он был плохим отцом, и как он научился быть хорошим человеком.
Анна улыбнулась.
— Все это началось с ДТП, — сказала Елена. — С той аварии на Первомайской улице. И все это привело к спасению множества людей. Ты спасла Максима. Но ты спасала и других. Ты спасла мою жизнь. Ты спасла жизнь папы.
Анна плакала.
— Я была плохой матерью, — сказала она.
— Нет, — ответила Елена. — Ты была матерью, которая любила своего сына. И это - лучшее определение быть хорошей матерью.
После того, как Елена уехала, Анна сидела на балконе и смотрела на Рязань.
Десять лет. Десять лет с момента ДТП.
Она была плохой матерью, которая нарушила закон. Она была хорошей матерью, которая спасла своего сына. Она была преступницей. Она была спасительницей.
Но теперь она понимала, что все это было связано вместе. Ее преступление было актом любви. Ее нарушение закона было актом справедливости. Ее боль была смыслом.
И в конце концов, это было достаточно.
Это было все.