На днях я наткнулась на немыслимо мерзкую цитату. Нет, не обратила бы внимания, мерзости нынче через край, но с ужасом обнаружила, что по крайней мере один человек её воспринял всерьёз. (Не сомневаюсь, что помимо этого её восприняло ещё очень большое количество недочеловекообразных, но позже объясню, почему нас с вами должен интересовать здесь лишь один. Тот, кому это адресовано, поймёт, но явление шире спора двоих).
Итак, неизъяснимые строки:
"Инстинкт самосохранения подавлен у низкоранговых особей, чтобы им было легче жертвовать собой ради сохранения репродуктивного ядра".
Споткнувшись о чудовищный новояз этой "низкоранговости", я не сразу поняла, сколь баснословна эта гадость.
Сейчас мы с нею вместе разберемся. Автор же гадости - некто Новосёлов (имена таким вообще не нужны, довольно с них будет и фамилии). Что за Новосёлов - тоже сейчас будем разбираться вместе, я поброжу по сети по ходу написания этой статьи.
Для начала - сухие выкладки. Общество не может долго существовать без элиты, это первое. Второе - всё существование нашей цивилизации базируется на подавлении инстинкта самосохранения у элиты.
Что такое подавление инстинкта самосохранения? Наличие ценностей, пребывающих в приоритете над ценностью жизни: вера, честь, верность и прочее многое. Это идет в разрез с биологическим самоощущением, поэтому в ребенке культивировалось с младых ногтей, эдакими ножницами тапиария: обрезать лишнее, чтобы цвело красиво.
Я уже писала: каково первое отличие в сословном обществе дворянина от крестьянина? От дворянина можно потребовать отдать жизнь. От крестьянина, хоть десять раз крепостного, нет! (Не надо тут про Салтычиху, за убийство крестьянок её судили и осудили по полной). Жизнь крестьянина была защищена. И про рекрутов тоже не надо. Да, крестьянина могли забрить. Да только солдат уже мог выслужиться, и выслуживался, чему множество примеров, до статуса благородия.
И не надо про непосильный труд тоже убивает. Смерть - это очень конкретно. Это сию минуту и сейчас, сознательно, с открытыми глазами.
Даже в невероятно подлом ХХ веке этот инстинкт, не биологический, но мощнейший социальный, довольно долго держался. Но что там Кеннеди, католикам иначе вообще неприлично. Но уж на что монстр Иосиф Джугашвили - а и тот через первое элитарное правило не переступил. Почему? Да очень просто: ему, выросшему в Российской Империи, вообще не пришло в голову, что так можно.
Но и наш век ещё не избыл золотых вкраплений истинной элитарности. Недавно ресурсы обошла трагическая новость: на передовой погиб командир разведывательного взвода парашютно-десантного
полка десантно-штурмовой дивизии Василий Марзоев, сын
воюющего генерал-лейтенанта.
Так было раньше, сейчас всё иначе, было с горечью сказано мне.
Да нет же, просто иное - оно виднее. Когда наиглавнейший милитарист пропаганды каждый день орёт с экранов о необходимости полной мобилизации, между тем, как его, милитариста, собственный сын выглядит вот так:
... в то время как о Василии Марзоеве мы узнали только после его гибели, то да, кажется, что элиты больше нет, есть антиэлита.
И да, в головах таких вот новосёловых складывается картинка: я не какой-то там трус, я просто умный, следовательно эти, с подавленным самосохранением, они глупые. Вот пусть они и гибнут, а я буду, значит, репродуктивным ядром.
Да только из дерьма не слепить ядра.
От таких высокоранговых (сейчас копнем в интернете, мне самой интересно, оправдаются ли некоторые мои предположения) родятся только ублюдки, способные лишь разложиться за одно поколение до состояния обезьян.
Элита, не желающая дорого, кровью, платить, способна лишь сдохнуть от излишеств. Но с ней бы и пёс, да только без настоящей элиты не жилец и нация.
Но кто же (для начала) многие, которым подобное мышление подходит, как фланелевое бельё арестанту?
Мне как раз о них рассказал в Донецке один пехотинец: "Евразийцы мне так и изрекли, на голубом глазу: мол, "тебе судьба воевать, а нам надо обдумывать будущее страны, а в красивом камуфляже с берцами мы можем побегать и по лесам Подмосковья, нам надо быть в хорошей физической форме"".
Вероятно, для успешного отбросорепродуцирования, извините мой французский, но тут удержаться непросто.
Что самое смешное, интеллект моего молодого низкорангового собеседника с этим самым подавленным инстинктом вопиюще превосходит всё евразийство вместе взятое. (Я-то знаю, наблюдала евразийскую молодь и вживе в естественной среде, и пишущую буквами).
Но прежде, чем объяснить, почему один процитировавший этого, как его, важнее разом всех прочих, давайте всё же посмотрим фактуру. (Если я ошиблась в предположениях, так и скажу честно).
Держите меня Семеро, сказали в Вестеросе!!
Такого даже я не ожидала. В детстве был смышлёным таким мальчиком, увлекался зоологией, "но решил, что не сможет получать за это хорошие деньги". В самом деле - смышлёный. "В особенности его интересовала этология – раздел зоологии, изучающий генетически обусловленное поведение животных, в том числе людей". Ну да, если воспринимать человека как животное... Логично. Закончил физфак, но завёл пасеку, приторговывал приборами, затем, по причине личных неудач, влился в "мужское (??? - самцовое, если мы о животных - ЕЧ) движение" и стал писать книги о том, как его пытаются соблазнить двухлетние девочки.
Мне можно возразить: почему я свалила сейчас в одну кучу и квазиэлитария, мощно взлетевшего к богатстству и известности на крыльях мотылька-однодневки, и закомплексованного мужичка-неудачника, рулящего другими такими же неудачниками, и еще евразийцев сверху подбросила?
А я вам ещё либералов добавлю. Помнится, не выросший до седин из коротких штанишек советского Дениски, Драгунский как-то рек, что де обычный русский человек не дорос до ... аморальности, ибо аморальность - это тоже этическое учение, а он, обычный человек, просто имморален, то есть лишен соображения, а что на подвиги способен, так это по массовому психозу, заслуги мало.
Но мы заметили, что объединяет явно доросшего до этического учения аморальности Драгунского, неудачника пчеловода с половым задвигом, немытых дугинцев и сверхудачливого пропагандиста? Да главное: убежденность в том, что они лучше и достойнее жить, чем те... да назовем вещи своими именами - чем герои.
От слова "герой" их завязывает в узлы, из них начинают лезть бесы, шипящие: героев не бывает! Бывают лишь глупенькие простаки, имморальные, с подавленным самосохранением, лузеры, лохи! Те, кто пусть погибнет, а мы будем размножаться! (Производить выродков, - ЕЧ).
И на этом фоне не так уж важно, кто из них в самом деле сию минуту преуспевает, а кто только горячо мечтает преуспеть за чужой счет.
А теперь самое горькое.
Эту цитату я прочла - у аристократа.
Из новых, пусть. Но как раз из тех, у кого самосохранение мощно подавлено.
Я ставлю знак равенства между подавленным самосохранением и аристократизмом? Почти. Геройства не всегда достаточно для аристократизма, необходим интеллект. Но интеллект без геройства - пустоцвет. Во всяком случае - в контексте аристократизма.
Когда выгодополучатели кричат: мы умные, мы себя сохраним, мы "ядро", это вообще не страшно. Но когда нам подумается: а вдруг правда настало их время? Ведь кажется, что их так много, что они везде...
Нет, я ничего и никого не идеализирую. Но я вижу, что очень понемногу и трудно на Дону формируется новая молодая страта. И сейчас всё обстоит так:
Как некогда в разросшихся хвощах
Ревела от сознания бессилья
Тварь скользкая, почуя на плечах
Еще не появившиеся крылья
Быть лучшим (ά̓ριστος) всегда неимоверно трудно. Труднее быть разве что святым, но об этом я моего сегодняшнего оппонента никак и не прошу.
(Хотя вспомнилось из прекрасного романа: католический священник, идущий на смерть, в ужасе думает: а вдруг все решат, что я мученик?! Вот кошмар получится, я же выпивал, я же грешил, я ни в одном глазу не похож на настоящего-то, а что меня сейчас расстреляют за мою веру - ну это пустяк, просто потому, что я не отрекся...)
Каждый ά̓ριστος сейчас - белая ворона. Собрать всех вместе - получилась бы немалая стая. Но пока каждый ощущает себя ненужным, нелепым и лишним. Одиноким.
Но у этих, которые с неповрежденным самосохранением, будущего нет. Ядра, слепленные из грязи, не стреляют.
изображения из открытого доступа