Тихая, хрупкая студентка театрального института — и яркий, острый на язык актёр, производящий на всех сильнейшее впечатление. Симонова и Кайдановский казались идеальной творческой парой, но реальность их отношений оказалась куда тяжелее красивой картинки.
Фильм, с которого всё началось
Они встретились на съёмочной площадке «Пропавшей экспедиции». Евгения тогда только училась, делала первые шаги в профессии. 28-летний Кайдановский был уже «своим» в кино, и не просто своим — его знали как человека сложного, умного, категоричного. «Пропавшая экспедиция» стала для него уже двадцать первым фильмом.
Симонова была впечатлена — он был резким, бескомпромиссным, умным до болезненности. Для неё, впечатлительной и романтичной, Кайдановский выглядел гигантом, фигурой почти легендарной. Она к тому моменту уже успела засветиться в «Афоне» и «В бой идут одни “старики”», но рядом с ним всё равно чувствовала себя ученицей.
Выбор, который стал судьбоносным
Евгении было всего девятнадцать, она пользовалась большой симпатией однокурсников. Рядом был и любимый человек — Юрий Васильев. Их пара казалась крепкой, все знали о предстоящей свадьбе.
Но появление Кайдановского всё перевернуло. Он был другим — странным, магнетичным, непохожим ни на кого, кого она знала. Женя честно призналась Васильеву, что полюбила другого, и разорвала отношения, не желая обманывать.
Семья, которая трещала по швам
У самого Кайдановского в Москве росла пятилетняя дочь Даша. Он был женат на Ирине уже девять лет — отношения давно стали болезненными, они расходились и вновь мирились, но было ясно: этот брак держится на тончайшей нити.
Евгения же буквально боготворила его — и это прекрасно чувствовалось. Его тянуло к ней, он раскрылся, стал внимательным, остроумным, остепенённым в её присутствии. Он ухаживал красиво, шумно, с фантазией.
Очень скоро он развёлся — и так же быстро женился на Симоновой. Через год в их доме появилась дочь Зоя.
Начало семейной жизни
Внешне всё выглядело хорошо. Они говорили о работе часами, спорили, делились идеями. Их объединяли творческие амбиции и безусловная любовь к кино. Рождение Зои только усилило ощущение, что их семья — настоящая крепость.
Но постепенно характер Кайдановского начал проявляться во всей своей сложности. Он уходил, задерживался, забывал о данных обещаниях. Работы становилось меньше, и это больно било по самолюбию. Он становился жёстче, раздражительнее, резко повышал голос, мог уйти ночью и вернуться под утро, не всегда трезвым.
«Он не мог пережить, что у неё всё получается»
Дочь Зоя позже вспоминала в программе «Судьба человека»:
«Мама в какой-то момент много работала, а у папы — пустота. Его разрывало от злости, он буквально не выдерживал, что у неё всё ладится».
Родители то расставались, то снова сходились. Но свобода — его образ жизни. Это был человек, которому было трудно жить в семейных границах.Ссоры становились нормой. Скандалы — всё громче. Дом — местом постоянной тревоги.
Разрыв, от которого не спрятаться
Симонова очень тяжело переживала происходящее. Она не хотела отпускать, верила, что он всё ещё может быть нежным и внимательным, как прежде. Но очередной скандал закончился тем, что Кайдановский ушёл и уже не вернулся. Ей пришлось остаться одной с маленькой Зоей.
В дальнейшем он почти не участвовал в жизни дочери. Казалось, что вся его энергия, вся страсть могла принадлежать только кино. Быть спокойным мужем и надёжным отцом было не в его природе.
Жизнь после бурь
После расставания Евгения долго не могла смотреть в сторону других мужчин — слишком сильной была боль, слишком свежими оказались воспоминания. Второй её брак с Дмитрием Полонским тоже не продлился.
Зато третий союз, с режиссёром Андреем Эшпаем, стал настоящим подарком. Их связывает длительная, спокойная, глубокая любовь. У пары родилась дочь Мария, сегодня уже взрослая, талантливая пианистка.
Зоя Кайдановская пошла по стопам родителей и стала актрисой.
Симонова часто повторяет, что дочь выросла доброй, мягкой, светлой — несмотря на весь драматизм, который сопровождал её детство.
Автор Ольга Моисеева