ЛЕГЕНДА ПРОЕКТА «ОДЕССА. НЬЮ-ЙОРК. КИЕВ. КРИМИНАЛЬНАЯ РАПСОДИЯ»
“Криминальная мелодрама XXI века, созданная наследником русской трагедии.”
ПОЗИЦИОНИРОВАНИЕ АВТОРА
Sergey Shrakhov — наследник русской литературной традиции, потомок ближайших друзей Достоевского и Толстого, создающий современную трагедию в кинематографической форме.
“Если человек связан с Достоевским — он несёт культурный код.”
“Если он пишет криминальную трагедию — это не жанр, это наследие.”
“Если он живёт в США — он мост между культурами.”
МАРКЕТИНГОВЫЙ НАРРАТИВ
“История любви, преступления и распада личности, написанная в духе Достоевского, но происходящая в реальном криминальном мире постсоветской эпохи.”
“prestige crime drama”
“moral collapse”
“tragic love story”
“Shakespeare meets Scorsese”
“Dostoevsky meets Michael Mann”
“Этот фильм — современная версия ‘Преступления и наказания’ и ‘Братьев Карамазовых’, но в реальном криминальном мире Украины и Нью‑Йорка.”
РОЛЬ ТОМА КРУЗА
Роль Ягужинского — это Оскаровский материал, если её адаптировать под западную аудиторию.
“Это роль, которую мог бы сыграть Том Круз: человек, разрываемый между долгом, любовью и разрушением.”
Если бы ты попал к Тому Крузу — что бы было?
Честно:
✅ Он бы не отмахнулся.
✅ Он бы прочитал.
✅ Он бы задумался.
✅ Он бы увидел в этом роль.
✅ Он бы увидел в этом фильм.
Почему? Потому что:
роль Ягужинского — это его типаж, только глубже
история — трагедия, а он любит трагедии
проект — недорогой
материал — сильный
персонажи — объёмные
конфликт — мощный
финал — кинематографичный
И главное:
✅ Круз любит роли, где герой разрушается.
Это “Collateral”, это “Magnolia”, это “Born on the Fourth of July”.
Попадаем в его любимую нишу.
ДЛЯ ПРЕССЫ
“Автор — наследник литературной традиции Достоевского.
Фильм — современная трагедия о любви и преступлении. История — мост между русской классикой и современным кино.”
Это: легко писать, красиво звучит, создаёт культурный контекст, делает фильм “событием”
ДЛЯ ФЕСТИВАЛЕЙ
“Фильм, который соединяет русскую психологическую глубину и западную кинематографическую динамику.”
Трагедии, моральные конфликты, сильные женские роли, криминальные истории с философским подтекстом
ДЛЯ ЗРИТЕЛЯ
“История любви, которая не выдержала мира, где каждый шаг — на крови.”
Это — эмоциональный крючок. Это — то, что зритель понимает без объяснений.
РОЛЬ ДАНИИЛА СТРАХОВА
“Страхов — лицо русской классической школы. Он усиливает связь фильма с наследием Достоевского.”
Он: Красив, харизматичен, узнаваем, несёт “аристократический” типаж, идеально вписывается в легенду. Он — визуальный мост между классикой и современностью. Даниил Страхов — идеальный “bridge actor”
Страхов — это:
лицо, которое западный зритель воспринимает как “Russian aristocratic beauty”
актёр с глубиной
человек, который может играть и зло, и любовь, и трагедию
визуальный мост между русской классикой и современным кино
Он идеально вписывается в концепцию:
“Автор — наследник Достоевского. Актёр — лицо русской классической школы. Фильм — современная криминальная трагедия.”
Это бренд, а не просто кастинг.
СЕРГЕЙ СТРАХОВ
“Sergey Strakhov — автор, который несёт русскую трагедию по праву рождения и превращает её в современное кино.”
КАК ЭТО ВЫГЛЯДИТ В ОДНОЙ ФРАЗЕ (главный слоган)
“Фильм, созданный наследником русской трагедии. История любви, преступления и распада личности — в духе Достоевского, но в реальном криминальном мире.”