Загадка мыльной пены или ещё одна банная история.

В нашем детстве была одна странная и прекрасная магия: когда в нашем доме наглухо перекрывали воду, в бане на Западном, что напротив одиннадцатой больницы, она чудесным образом всегда была! И для нас с Мариной это был не знак беды, а целое событие. Попасть туда было большой удачей, не каждого ребенка туда таскали – для нас это был целый мир, полный приключений и тайн.

И вот бабушка Прасковья, наша баба Паша, вела нас в этот храм чистоты и запахов. В тот раз нам, уже почти самостоятельным, удалось выпроситься в отдельную кабинку. Бабушка, видимо, возложила все надежды на врожденную порядочность Марины (со мной, известной шкодой, все было очевидно с пеленок) и отпустила нас в свободное плавание.

А плавать, вернее, шоркаться, в одиночестве было скучно. И тут началось самое интересное. Вся пена из соседних кабинок, переливаясь через пороги, стекала в общий коридорчик и устремлялась к единому стоку, словно мутная мыльная река. А запахи… Запахи стояли невообразимые! Это был настоящий парфюмерный базар советской эпохи.

Царило «Земляничное» мыло – розовое, сладковатое, пахнущее не настоящей земляникой, а детской мечтой о ней. Рядом с ним скромно стояло «Семейное» – нейтральное, никого не обижающее. Ещё было хвойное которое пахло как ёлочки новым годом. И Московское наверное только для москвичей. А для истинных ценителей и аскетов было жутковатое дегтярное мыло. Оно было черное, как ночь, и воняло дёгтем так, будто им только что вымыли паровоз. Я его терпеть не могла и боготворила розовенькое «Земляничное», которое мама, как великую ценность, доставала по блату, работая в хозмаге на улице Мира. Шампуни тоже не баловали разнообразием. Помню был какой-то «Яичный», считавшийся чуть ли не импортным чудом.

И вот, среди этого знакомого букета, мой нос, нос ищейки, уловил нечто совершенно иное, волшебное! Мой взор упал на струйку пены, которая явно была не нашей. Ее пузыри были другими – крупными, искрящимися под светом тусклой лампочки, они надувались и лопались с каким-то особым шиком. А запах… Запах был новый, пьянящий, взрослый и безумно вкусный. Источник надо было найти любой ценой!

Логика подсказывала: пахнет тот, кто моется за соседней стенкой. Всё в этой бане было предусмотрительно сделано, чтобы люди не подглядывали друг за другом – щели между кабинками были лишь внизу и под самым потолком. Но для детской изобретательности нет преград!

Скамейка, прикованная цепью к полу, стояла недалеко, но попытка оторвать её оказалось тщетной. И тогда я созрела для гениального, с моей точки зрения, плана. Я поведала его Марине: она, как порядочный и надежный человек, должна встать у стены, а я как верхолаз, по ней залезу, загляну наверх и доложу о результатах!

Честная Марина сопротивлялась, ворча: «Светка, да что ты выдумала!». Но уговорить – это мой конёк. Как я умудрилась взгромоздиться на скользкую, намыленную спину сестры – тайна, покрытая мраком. Мы были мокрые и верткие, как голые угри, и моя попытка закончилась громким «шмяком» на кафельный пол.

И тут меня осенило! Можно же посмотреть в щель внизу! В пылу расследования я забыла про всё. Я нагнулась, вытянула шею, пытаясь разглядеть хоть краешек обладателя благоухания, и… с размаху рухнула на мокрый пол, успев заметить лишь пару чужих пяток. Это было полное и оглушительное фиаско!

Мы наспех кое как домылись в надежде подкараулить незнакомца у выхода. Но бабушка Паша, непреклонный часовой нашего детства, уже стояла с полотенцами и отмытой до блеска Аленкой уволокла нас домой, не дав осуществить последнюю часть плана.

Я до сих пор помню то щемящее чувство неразгаданной тайны. А тот волшебный, неизвестный запах так и остался со мной навсегда – символ детского любопытства и того времени, когда поход в баню был целым приключением.

Уверена, что бани и впредь будут всплывать в наших воспоминаниях. Ведь каждая из них – это отдельная, пахнущая то дёгтем, то земляникой, то неизвестной магией, история. И теперешнее поколение, к сожалению, лишено такого яркого, мыльного и авантюрного нюанса жизни.

В нашем детстве была одна странная и прекрасная магия: когда в нашем доме наглухо перекрывали воду, в бане на Западном, что напротив одиннадцатой больницы, она чудесным образом всегда была! И для нас с Мариной это был не знак беды, а целое событие. Попасть туда было большой удачей, не каждого ребенка туда таскали – для нас это был целый мир, полный приключений и тайн.