Открытие века, которое, возможно, лучше было бы оставить закрытым
Когда Говард Картер в 1922 году обнаружил гробницу Тутанхамона, мир ахнул.
Учёные — от восторга.
Журналисты — от предчувствия сенсаций.
А вот некоторые участники экспедиции — в прямом смысле слова.
Пафосные заголовки о «проклятии» появились почти сразу. И как обычно бывает, миф оказался гораздо живучее тех, кто в нём участвовал.
Откуда взялось «проклятие» и кого оно первым настигло
Древние египтяне действительно любили символические угрозы на стенах гробниц. Что-то вроде:
«Того, кто нарушит мой покой, настигнут тысяча скорпионов и вечный зуд».
Ну, может, не буквально так, но смысл близок.
Однако таблички — одно, а вот цепочка странных событий вокруг экспедиции — совсем другое.
Первым «выпал из списка присутствующих» лорд Карнарвон, финансировавший раскопки. Укус комара, заражение, лихорадка — медицина того времени справлялась с таким не идеально, мягко говоря. Но газеты, конечно, не писали: «комар постарался».
Они писали: «Проклятие настигло своего первого жертву!»
Именно тогда миф начал жить своей жизнью.
Каир погружается во тьму (причём буквально)
Самое эпичное совпадение случилось в ночь смерти Карнарвона:
весь Каир внезапно остался без электричества.
Для мистиков — ясный знак древнего гнева.
Для инженеров — поломка линии.
Для журналистов — подарок судьбы, о котором они молились каждую пятницу.
А ещё где-то в Англии внезапно умерла собака Карнарвона. Тоже совпадение. Но попробуй скажи это человеку, который уже купил газетку с заголовком «Фараон наносит удар».
Реальные опасности: если это и проклятие, то исключительно биологическое
Древние гробницы — идеальное место, чтобы встретить:
- споры плесени, которые терпеть не могут вентиляцию и любовь к свежему воздуху;
- бактерии, для которых 3000 лет в саркофаге — не повод расслабляться;
- токсины, которые спокойно пережили бы даже заседание археологического комитета.
Современные исследователи считают, что многие участники экспедиции могли столкнуться именно с биоопасностями. И если древние боги тут и при чём, то только в роли очень суровых санитаров.
Почему миф оказался живучее всех его жертв
Дело в том, что история о проклятии обладает идеальным набором элементов:
- таинственная смерть богатого аристократа,
- странные совпадения,
- древний саркофаг,
- символические угрозы на стенах,
- журналисты, которые обожают слова «таинственный» и «роковой».
И главное — никто не хочет читать статью под названием:
«Укус комара привёл к инфекции».
Зато «Проклятие фараона возвращается!» — это уже контент.
А если учесть, что гробница полна золота, то фараона можно понять — не каждый терпит, когда кто-то роется в его шкафу через 3000 лет.
Итог: мистики меньше, но не точно.
Всё, что связано с «проклятием Тутанхамона», сегодня объясняется логически: инфекциями, стрессом, тяжёлыми условиями работы, пылью и плесенью.
Но миф живёт, потому что людям нравится думать, что древние цивилизации оставили нам не только искусство и архитектуру, но и немного зловещего юмора.
И если бы Тутанхамон мог прокомментировать происходящее, он, вероятно, сказал бы:
«Я просто хотел спокойно лежать. Но если вы уже пришли, то хотя бы снимите обувь».