В одном из своих недавних выступлений (https://youtu.be/XyajB9DWI84 ) известный историк Андрей Ильич Фурсов высказал такую мысль, что сталинская система, будучи по сути «антикапитализмом», исчерпала свой ресурс к середине 1960‑х, и дальнейшее развитие требовало перехода к «посткапитализму». Что по мнению Фурсова можно было сделать на базе трёх условий:
-новой системы управления (ОГАС Глушкова);
- новой энергетики (ТЭГЭУ Филимоненко как источник дешёвой энергии);
- военных технологий (разработки Челомея).
На этом примере, помня о том, что большинство разногласий между людьми связано с разным пониманием даже вроде хорошо известных терминов, попробуем уточнить, что же такое посткапитализм и антикапитализм.
Начнем по порядку.
Что такое капитализм
Если постараться выделить его основные сущностные характеристики, имевшие место как в его ранних версиях, так и присутствующие в настоящее время, то, пожалуй, будет так.
Капитализм — это социально-экономическая система организации общества, основанная на:
1. Преобладании частной собственности на средства производства.
2. Наличии координации хозяйственной жизни через товарно-денежные (рыночные) отношения, где цены должны формироваться под влиянием спроса и предложения.
3. Одновременном наличии разнообразных способов неэквивалентного обмена, при которых доход субъекта (фирмы, человека), как правило, не связан прямо с их индивидуальным вкладом в общественный механизм, а определяется их положением в системе отношений собственности и власти и принадлежностью субъекта к определенному государству (доминирующему или вассальному, суверенному или несуверенному).
4.Наличием системной цели хозяйствующих субъектов (фирм) в максимизации прибыли и накоплении капитала, а отдельных членов общества в максимизации личного дохода, как и условия выживания, так и символа общественного успеха.
5. Особой роли финансовой подсистемы экономики, в которой кредит и ссудный процент определяют основные возможности успешного развития субъекта.
Или коротко: частная собственность, рынок, неэквивалентный обмен, кредит и ссудный процент.
При этом не являются системообразующими факторами ни роль государства (она при капитализме варьируется от «ночного сторожа» до всеобщего регулятора), ни наличие самого по себе наемного труда, ни наличие или отсутствие демократии. Объективное стремление при капитализме общественного устройства к индивидуализму и «атомизации» общества также не системообразующий фактор, а только прямое следствие указанных выше пяти базовых условий.
Тогда некапиталистический путь развития (было ранее в ходу такое понятие) можно связать с отсутствием двух или более указанных выше сущностных признака капитализма. И в зависимости от того какие именно факторы будут отсутствовать – мы увидим, как бы разные варианты некапиталистического развития. И таких вариантов некапитализма может быть несколько десятков.
А если будут отсутствовать все пять этих факторов? Вот тогда такую общественно-экономическую систему естественно назвать антикапитализмом.
Что же было в СССР?
Первый, второй, четвертый и пятый факторы в нем точно отсутствовали. В отношении третьего фактора (неэквивалентный обмен) вопрос сложнее. Но если сравнить реальное расслоение общества и разницу в доходах (которые не всегда были прямо связаны с трудовым вкладом) в СССР и в любой классической капиталистической стране, то понятно, что и третий фактор в СССР был реально слабо выражен (в сравнении).
Таким образом, можно согласиться с А.И.Фурсовым в том, что СССР представлял собой (во всяком случае в 50-е – 60-е годы, практически идеальный антикапитализм, а уже потом он был (или не был), для дальнейшего анализа это пока несущественно – социализмом.
Тогда что же такое посткапитализм?
Сначала спросим себя, а может быть антикапитализм СССР и был посткапитализмом? Ответ – нет.
И вот почему.
Классическим посткапитализмом, одним из его вариантов, теоретически являлся коммунизм. Ну а чем еще его представить, если коммунизм это логическое следствие (по Марксу) развития капитализма. Ине просто его отрицание, общественно экономическая система, базирующаяся (по теории марксизма) на следующем после капитализме этапе развития производительных сил общества.
Приведу здесь для конкретности одно из возможных определений коммунизма:
Коммунизм – это общественно экономическая организация, в котором общество осознает себя и цели своего существования, которая устроена рационально (нет излишнего производства и потребления), потребление достаточно для реализации и личных и общественных целей. Это общество с эффективно самоуправляемым социальным устройством, объединяющим развитых и настроенных дружелюбно друг к другу людей, понимающих, что достижение общих целей возможно только коллективными усилиями.
Экономической основой классического коммунизма является целенаправленное (плановое) функционирование основных средств производства при доминировании коллективных (общественных) форм собственности на них и общенародной собственности на природные ресурсы.
Из этого определения, в частности, следует, что коммунизм это прежде всего не про экономику, это про людей, какими они должны стать, чтобы их объединение было коммунизмом (подробнее тут: «Возможен ли коммунизм» https://dzen.ru/a/ZOMShVdjFwRNM5Lm?share_to=link ).
И все же, почему антикапитализм это еще не посткапитализм?
Причина в том, что антикапитализм это только отрицание сущностных черт капитализма, происходящее на той же технологической и организационной базе, что и капитализм. Кстати, и поэтому тоже так легко в 90-х годах мы перешли от антикапитализма снова к капитализму.
А вот посткапитализм это, пожалуй, прежде всего другая технологическая и информационно-организационная основа общества. Такая, что уже сам капитализм не может далее на ней беспроблемно существовать. Вот тогда и становится возможным посткапитализм.
Ну а чтобы понять каким он может быть, тезисно рассмотрим одну из моделей посткапитализма – это техно-информационный посткапитализм (Пол Мейсон и др.).
Пол Мейсон видел посткапитализм как результат цифровой революции (хотя фактически надо смотреть шире и учитывать переход в новые технологические уклады), которая обнуляет предельные издержки копирования известных образцов продукции и тем самым подрывает товарную форму обмена. То есть это не просто отмена рынка, это невозможность его существования.
Ключевые элементы:
- платформы производства по индивидуальным заказам, в которых акт заказа практически совпадает с актом производства и потребления, а издержки производства стремятся к минимуму (вариант реализации: автоматизация производственных процессов, построенных по принципу быстро перестраиваемых гибких производств с опережающим планированием производства, достаточных с некоторым избытком для покрытия базовых потребностей, плюс служба автоматической доставки).
- отсутствие монополии на знание и данные, ограничения авторского права, превращение знаний в производительную силу;
- возможность планирования, координации и управления на основе сетей и самоуправляемых сообществ, а не централизованного иерархического государства. На этом пути возможно также преодоления традиционного разделения на народ и власть. В этом техно-информационном посткапитализме в пределе политические решения будет принимать (точнее предлагать) каждый человек, ИИ (искусственный интеллект, настоящий, а не как сейчас) будет немедленно просчитывать их последствия, а всем заинтересованным достаточно будет оценить не само предлагаемое решение, а его возможные последствия.
Обоснованность заключений Фурсова
Вывод Фурсова о возможности перехода СССР из "антикапитализма" в посткапитализм к середине 1960-х частично обоснован: он отражает наличие амбициозных проектов (ОГАС Глушкова – для новых схем организации производства, ТЭГЭУ Филимоненко (прообраз «холодного термояда» - источник дешевой энергии, разработки Челомея – защита от мира капитала вокруг). Однако же готовность этих проектов к практической реализации и достаточность их системного эффекта все же отражают более надежды, чем твердо установленные обстоятельства.
Возможно время ОГАС тогда еще не наступило по чисто техническим причинам, что нам хорошо видно сегодня. А ТЭГЭУ (холодный синтез) хотя была тогда закрыта, пожалуй, по чисто бюрократическим причинам, но с тех пор прошло уже 40 лет, а повторяемых, воспроизводимых результатов холодного синтеза так и не было достигнуто нигде в мире. Челомей это вовсе не про посткапитализм, а про его защиту.
Интересно сравнить выводы Фурсова относительно посткапитализма с представлениями других российских авторов, где прежде всего обращают на себя внимание взгляды Андрея Школьникова и Владимира Лепехина. Иных зарубежных авторов помимо Мэйсона предложить не могу. Например, то, что подается за рубежом как пост трудовой или экологический посткапитализм – не более чем частичные улучшения (изменения) капитализма. Что же касается современных социалистических или коммунистических версий посткапитализма, то это или гибридные формы, или снова коммунизм, или как у Александра Бузгалина новый эволюционный путь в светлое будущее.
Бузгалин (совместно с В. Колгановым) подает посткапитализм как генезис новых общественных отношений внутри "позднего капитализма", где прогресс творческого труда (нематериальное производство, знания, сотворчество) подрывает изнутри товарно-рыночные формы, подавляя тем самым все еще сильные рыночные, посткапиталистические отношения.
Российский посткапитализм
Владимир Лепёхин представляет посткапитализм как солидарный социализм — социально-ориентированную модель, трансформирующую олигархический капитализм в систему с широким участием граждан в собственности и управлении и кооперацией вместо монополий. Но это не отказ от рынка (но тогда это же, наверное, не посткапитализм?), а его подчинение солидарным принципам.
Андрей Школьников определяет посткапитализм как способ реализации 6-го технологического уклада, где управление выходит за рамки экономики и переходит ко всей общественной сфере (мораль, духовность, баланс хаос/порядок). Переход от разделения труда к системе углубления труда, иерархическая система планирования, где директивы обязательны для крупных форм (корпорации, отрасли), рекомендации — для средних, а свобода инициативы — для малых.
Но речи об отмирании рынка здесь тоже еще нет. Получается своего рода государственный и все же неполный посткапитализм.
И без морального возрождения (СССР-2 как модель) посткапитализм по мнению Школьникова скатится в элитный техно феодализм (еще один новый термин).
Выводы
СССР был системным антикапитализмом.
Полноценно теоретически описаны только две схемы посткапитализма: классический коммунизм и техно-информационный посткапитализм.
Все остальные изыскания на тему посткапитализма – отписывают отдельные черты возможных переходных состояний общественно-экономических систем, более или менее приближающихся к тому, что можно назвать посткапитализмом.
И если коротко, то посткапитализм можно определить как антикапитализм, отрицающий и делающий невозможными все сущностные материальные характеристики капитализма на новой технологической и информационно-организационной базе. А поскольку материальные основы, свойственные капитализму, объективно сокращаются, наверх выходят нематериальные основания – социальные связи, коллективизм, солидарность, духовность, мораль и именно эти новые основания формируют (точнее будут формировать) посткапитализм, делая материальное вторичным, чем и отличая посткапитализм от капитализма.
Однако у посткапитализма, как и у его разновидности – коммунизма, будет одна общая проблема: потенциально враждебное окружение разного рода и неидеальность людей. Вследствие чего сохранится на долгое время, если не навсегда (!?) необходимость в определенных государственных институтах. Которые не являются неотъемлемой частью посткапитализма, но будут необходимы ему для стабильности и выживания.
И тогда можно предположить, что различные вариации посткапитализма будут отличаться друг от друга прежде всего ролью и местом государства и его институтов. От самоуправления коммунизма до … цифрового концлагеря государственного техно феодализма.
Примечание. Про техно феодализм. Его можно определить как общественно экономическую систему, в которой новая технологическая база сохраняет или усиливает неэквивалентный обмен и максимизацию прибыли, но заменяет классический капиталистический рынок и частную собственность на цифровые "феодальные" отношения: новую ренту за доступ к платформам и монопольный контроль государства и/или цифровых монополий над платформами и пользователями как новыми "крепостными". Можно сказать, это деградирующий посткапитализм.
Напоминаю, все написанное это не прогноз, а лишь уточнение терминов.