Книга "Остров безмятежных"
Юлия Узун
Торнадо поднялся и спрыгнул на лестницу. Проводив взглядом эльфийку и человека, кот вальяжно спустился, косолапя прошёлся по тропинке, затем перешёл в лёгкий бег и в конце концов ускорился.
– Пока вы чешете языком, я займусь делом, – сказал он.
Ещё не добежав до конца улицы, Торнадо выбился из сил.
В это время Грэм и Увэ пролетали над эльфийской деревней. И вновь спорили.
– Я тебе говорю, – ворчал Грэм, работая крыльями, – тот мост шелестит СЛЕВА. Сле-ва!
– А я тебе говорю, – спокойно тянул Увэ, – он шелестит СПРАВА. Потому что ветер сегодня с северо-востока.
– Северо-востока? Кто это вообще выдумал? Это же направление для романтиков и картографов!
– Грэм, направление ветра не зависит от твоих чувств, – вздохнул Увэ.
– Да всё зависит, яйцеголовый! Ветер знает, что я ненавижу северо-восток. Поэтому и дует назло.
– Именно поэтому, – ровно сказал Увэ, – он и дует оттуда, а значит мост шелестит справа.
– Да НЕ СПРАВА, а СЛЕВА! Я в прошлом году уже слышал.
– В прошлом году ты слышал собственный желудок.
Грэм вопросительно посмотрел на своё пузо.
– Он тоже шелестит?
– Когда ты голодный – он рычит. Как вулкан.
– Спасибо! Очень мило!
– Это был комплимент.
– Это не комплимент, тупая ты неоновая мелочь!
– У меня новость – ты тоже мелочь.
– Ой, всё! Хватит! Я обиделся!
– На кого?
– На ветер.
Они облетели купол и теперь двигались в сторону скал.
– Я тебе говорю, мы летим НЕ туда! – рявкнул Грэм, хлопая крыльями так, что листья закружились.
– Мы летим как раз туда, куда надо, – невозмутимо ответил фиолетовый Таракона. – В отличие от некоторых, я вижу карту в голове.
– Карта у тебя в голове… перекошена! Как и вся твоя жизнь. Ты каждый раз ведёшь меня не тем маршрутом!
– Это оптимальный маршрут.
– Опти-что?
– Оп-ти-маль-ный, – медленно повторил Увэ.
– Не ругайся при мне!
Они ещё минуту пикировали друг за другом, пока взгляд Грэма не зацепился за что-то белое внизу.
– Стой! Тормози! Снижайся!
– Грэм, не ори, у меня барабанные перепонки не из титана…
– Снижайся, сказал!
Они нырнули вниз и зависли над тропой. По ней медленно… очень медленно плёлся Торнадо. Глаза полузакрыты, хвост волочится, язык свисает на бок, как флажок поражения.
– Ого, – сказал Увэ. – Он жив?
– Эй, жирный полосатый! – крикнул Грэм. – Ты куда расплавился?
Торнадо поднял голову с видом мученика.
– Иду… к Доре…
– К кому?! – в один голос крикнули Таракона.
– К Доре… Хранительнице… – сказал кот. – Ей нужен советник.
– Советник? Ты? – Грэм едва не подавился воздухом.
– Да, – важно ответил Торнадо. – Умный. Влиятельный. Опытный.
Увэ задумчиво кивнул:
– Ну… большой он точно опытный.
– В смысле «опытный»?! – возмутился Грэм. – Он же через десять шагов умирает!
– Не умираю, – тяжело вздохнул Торнадо. – Просто… отдыхаю чаще.
Грэм загоготал:
– Советник, который засыпает на лестнице! Ты пробовал по королевским лестницам подниматься?
– Грэм… – начал Увэ. – На лестнице засыпаешь ты, причём в полёте.
– Это было один раз!
– Семь раз.
– Дважды!
– Я считал.
Грэм надулся, как пастила в кипятке.
– Ладно, неважно! – выкрикнул он. – А где Руос? Он же с Дорой был?
Торнадо важно фыркнул:
– Руос дома страдает.
– Из-за чего? – поинтересовался фиолетовый Увэ.
Кот расправил усы, словно это могло придать ему значительности.
– Из-за любви.
– О-о-о, вот это смертельное проклятье! Беги, пока не поздно!
– Сам беги, – буркнул Увэ. – Любовь – это прекрасно.
– Угу. Когда не больно.
Торнадо выпрямился.
– А я – к Доре. Она ждёт мудрый совет.
Грэм хмыкнул:
– Ну да. Мудрый. Из-за которого потом придётся тебя тащить обратно на носилках. Тяжёлого.
– Я невесомый, как облачко, – обиделся кот.
– Как гроза, – поправил Увэ.
Трое посмотрели друг на друга. Воцарилась тишина.
А потом снова начали спорить, но уже ни о чём, просто по привычке. И медленно тронулись вперёд.