Продолжаем серию публикаций-интервью с выпускниками ФЦИ!⛵️
Марина Викторовна Санюк (дев. Емельянова), выпускница Регентского отделения 2010 года
Всё началось в августе 2006 г. Мне было семнадцать лет и я по благословению митрополита Симона (тогда еще архиеп. Мурманского и Мончегорского), с одним чемоданом села в поезд и уехала из Мурманска в Санкт-Петербург поступать на Регентское отделение Духовной Академии. Совсем одна, без родителей. Было и страшно, и очень волнительно.
Помню, как вышла с вокзала в огромном летнем городе, который гудел от жизни и суеты. Но я не осталась совсем одна: меня встретила мама нашего духовника, о. Диодора - и не просто встретила, а приютила у себя на время вступительных испытаний. Спасибо ей огромное. На следующий день мы поехали в Академию, чтобы отвезти оригиналы документов.
Эту поездку помню в деталях. Ехали на автобусе через мост Александра Невского. Когда выехали на мост и стали двигаться над Невой, передо мной развернулась панорама. Слева, за сверкающей на солнце водой, в лучах августа сияла золотом Александро-Невская Лавра. Я с восторгом смотрела то в одну, то в другую сторону, не в силах оторвать взгляд. Эта красота наполнила моё сердце тихим миром и уверенностью, будто сам город и эти стены принимали меня. Страх отступил, растворившись в солнечных бликах на воде и золоте куполов.
Я вошла в величественное здание, в канцелярию. Там нас встречала жизнерадостная и улыбчивая Ольга Ивановна. Она проверила-приняла документы и, как-бы между делом, сообщила: «Конкурс в этом году большой». У меня сердце ёкнуло: страшно было особенно от того, что я поступала без музыкальной школы, без специальной подготовки. Только немного занималась с регентом и выучила довольно простой Минуэт И. С. Баха.
Начались вступительные испытания. Первый день - общий молебен для всех абитуриентов: такая торжественная, молитвенная атмосфера, когда время будто замедляет ход. После мы разошлись по аудиториям писать изложение с элементами сочинения. Пишу и молюсь, вглядываясь в строки, пытаясь унять волнение.
Потом была медкомиссия. Мы стояли в очереди на лестнице, акустика там была замечательная. Я подумала: зачем время терять, надо готовиться к музыкальному испытанию. И достаточно громко начала петь Предначинательный псалом о. Димитрия Аллеманова, который выучила для экзамена. И вдруг! Моё пение подхватил другой, чистый и уверенный голос - рядом со мной стояла девочка, Сашенька Бочарова. Она просто присоединилась, и мы запели дуэтом, глядя друг другу в глаза: это было так пронзительно и красиво, миг настоящего чуда и родства душ.
Далее начались музыкальные испытания, но когда подошла моя очередь, вышла Ирина Юрьевна Хмелевская и сказала: «Емельянова Марина (тогда у меня была девичья фамилия), на сегодня музыкальные экзамены заканчиваются. Завтра начнём сразу с вас». Помню, как потом шла по митрополичьему саду и плакала от накопившейся усталости, от этого эмоционального вихря. Было около восьми вечера.
Второй день был ещё насыщеннее: музыкальные испытания, чтение Псалтири, знание молитв наизусть, вопросы по Библии, по Церковному уставу. Голова шла кругом, но было такое воодушевление, такая жажда пройти всё до конца!
На третий день был психологический тест, трудно вспомнить вопросы, помню только длинные анкеты. А на четвертый — долгожданное объявление результатов. В тот момент в Петербург как раз вернулись мой брат с женой - о. Евгений закончил тогда 4-й курс семинарии, а Юля только-только закончила Регентское отделение - они пришли меня поддержать в этот решающий час.
Начали зачитывать список: сердце колотилось, будто хотело вырваться из груди. Я ловила каждую фамилию и вдруг услышала свою: «Емельянова». Я даже руки скрестила на груди от счастья, не могла поверить! Поступила! Всё сложилось, мечта сбылась.
Мы все потом разъехались по домам ненадолго, чтобы провести последние дни лета с семьями, собраться с мыслями. А к 30 августа нужно было вернуться.
Учеба началась.
Меня определили в специальную группу для девочек без начального музыкального образования. Нам всем повезло с педагогами. Благодарю Бога, что мы застали тот старый состав преподавателей, который стоял у истоков открытия Регентского отделения.
С особым чувством благодарности, любви и молитвенной памяти вспоминаю наших ушедших наставников. Вечная им память и Царствие Небесное!
Михаил Иванович Ващенко, наш заведующий, был человеком строгих правил и высокой требовательности. Он вёл у нас Церковный устав на первом курсе. Сегодня, сквозь прожитые годы, я могу по достоинству оценить его большой, кропотливый труд на благо всего отделения, ту поистине огромную ответственность, которую он нёс за нас, своих учеников.
Дорогая Нина Ивановна Петухова хоть и не преподавала у меня, но искренне переживала за каждого студента. За ее строгим видом скрывалось огромное и доброе сердце и любовь ко всем студентам.
Екатерина Георгиевна Бобковская — очень мягкий, душевный человек, преподавала у меня чтение хоровых партитур. Наталья Владимировна Соколова — спокойная, терпеливая, настоящая петербурженка, излучавшая достоинство и глубину. Она вела у нас сольфеджио, гармонию и на четвёртом курсе преподавала анализ музыкальных форм. Её уроки были школой не только музыки, но и вкуса. Галина Сергеевна Петрова — удивительно сердечный и ясный человек, преподаватель вокала. Её уроки были незабываемыми, она умела раскрыть голос, найти его природную красоту.
Игорь Цезаревич Миронович, преподававший Библейскую историю, был невероятно мягким, душевным человеком. Его лекции, которые он читал тихим, бархатным голосом, обладали особой, тихой и утешительной силой, будто он не рассказывал, а бережно качал нас в колыбели библейских повествований. А свои оценки за устные ответы он выставлял с мягкой улыбкой и как бы со вздохом, объявляя: «Пять… пять… и для смирения — три».
Отец Игорь Мазур, который вёл у нас Литургику, запомнился своей добротой, мудрой простотой и удивительным даром объяснять.
Матушка Анна Тельпис, помощник проректора по воспитательной работе - к ней всегда можно было прийти за советом и утешением. Её материнская, поистине сердечная забота ощущалась каждым. Ко мне она относилась с особой теплотой, почти как к родной внучке и эта поддержка была для меня огромным даром.
Наш дорогой Даниил Николаевич Чукарин, регент мужского хора. Его поддержка была неоценима. Именно он с таким терпением и профессиональной чуткостью помогал мне, совсем юной, при работе с мужским учебным хором на четвёртом курсе.
С теплотой и радостью думаю о наших педагогах, которые, слава Богу, здравствуют.
Наш куратор и преподаватель церковного пения, Ирина Ивановна Иванова, является человеком строгой дисциплины и бескомпромиссной чёткости в вопросах церковного пения. Именно её требовательность оттачивала наш слух и учила той безупречной ясности, без которой немыслимо настоящее клиросное послушание. И те её слова, что мы слышали так часто: «Дорогие мои, цените, что вы здесь. Здесь — тихий остров. А там, за стенами — бушующее море», — теперь наполняются для меня особым смыслом.
Светлана Васильевна Соболева, образец интеллигентности и профессионализма, заложила нам прочные основы работы с хором, научила понимать его как живой, дышащий организм. Анатолий Павлович Емелин, чьи уроки дирижирования были для меня самыми любимыми. Именно он научил меня особой, певучей пластике рук, умению чувствовать музыку каждой клеточкой, вести её и дышать с ней в унисон. Мой самый любимый преподаватель! Наталья Викторовна Курганова, наш преподаватель фортепиано, была педагогом исключительной требовательности. Её уроки держали в постоянном тонусе, и эта строгость, которую я не всегда понимала тогда, на самом деле закаляла характер и оттачивала профессиональные навыки.
Отец Софроний вёл у нас Церковнославянский язык. Его строгие и требовательные занятия, «парилки»-зачёты и неустанный контроль за чередными службами приучали нас к ответственности, скрашиваясь его неповторимым юмором.
Александр Васильевич Маркидонов, преподававший нам Общецерковную историю, запомнившийся спокойной, глубокой мудростью. Свящ. Феодосий Амбарцумов (тогда ещё Феодосий Николаевич) преподавал у нас Историю Русской Православной Церкви на третьем курсе. Его лекции были невероятно интересными и живыми, а в его характере чувствовалась особая, сердечная доброта.
Дмитрий Андреевич Карпук, умевший зажечь искру интереса к истории, его занятия проходили на одном дыхании.
Отец Александр Ранне, чьи лекции по Нравственному богословию превращали сложные темы в захватывающие беседы.
Хочется с особой теплотой вспомнить и наших регентов, которые были для нас живым примером служения.
Мон. Ксения (Каньшина), регент женского хора — человек необыкновенно нежный и добрый. Её уроки церковного пения на первом курсе были проникнуты такой искренней любовью к музыке и молитве, что страх перед сложными распевами просто растворялся.
Ирина Юрьевна Хмелевская, регент смешанного хора - её спевки, требовательные по сути, всегда проходили на невероятном позитиве, заряжая энергией и уверенностью.
А какой дружный, какой родной был наш курс! Мы пели везде: на занятиях, на послушаниях в храме, просто в комнатах по вечерам.
Поддерживали друг друга, радовались успехам, делились печалями. Мы были как одна большая, шумная, любящая семья.
Но эту атмосферу создавали не только мы, студенты.
Её бережно взращивали наши наставники, преподаватели и регенты, каждый из которых оставил в душе неизгладимый след своей мудростью, терпением и душевной щедростью.
В 2010 году я закончила регентское отделение, в дипломе были четвёрки и пятёрки.
Но дипломы тогда не выдавали, нужно было отработать два года по распределению, чтобы получить их на руки.
Лето после выпуска стало для меня временем ещё одной огромной радости, я вышла замуж.
Мой супруг, тоже выпускник Академии, в том же году принял сан диакона, а позже стал священником.
Так жизнь нашей молодой семьи оказалась связана с родной AlmaMater: он служит и трудится здесь и по сей день.
Осенью того же года мне предложили стать регентом в храме Милующей иконы Божией Матери на Приморской. Это было удивительное, хоть и непростое время. Храм тогда ещё принадлежал воинской части. На первом этаже раньше шли учения водолазов, а для служб был отдан второй этаж. Тогда начался процесс передачи храма Русской Православной Церкви, но при моём регентстве он ещё не завершился. Сейчас, глядя на то, как храм активно и красиво восстанавливается, чувствую тихую радость и сопричастность.
Потом я ушла в декрет с первым ребёнком, но когда дочке исполнилось десять месяцев, снова стала выезжать на приход, пела и иногда регентовала в храме Богоявления Господня в Разметелево. Позже был хор при Военно-медицинской академии. Но с появлением детей, а у нас их теперь четверо, моя жизнь постепенно и полностью посвятилась семье.
В 2017 году по благословению ректора, тогда Владыки Амвросия, после семи лет жизни в съемных квартирах мы стали жить здесь, при Академии, в её стенах.
С мая 2025 года у меня появилась новая большая радость, новое призвание. Я теперь тружусь методистом на Заочном отделении бакалавриата нашей любимой Аlma Mater. Для меня особенно ценно и трогательно, что я сопричастна организации учебного процесса именно у священнослужителей или будущих служителей - тех, кто только начинает свой путь. Так замкнулся круг. Вчера я получала знания. Сегодня, по мере сил, пытаюсь возвратить этот долг любовью, вниманием и трудом на благо родного дома.
Иногда, проезжая по мосту Александра Невского, я снова ловлю себя на том, что замираю, глядя на сверкающие купола Александро-Невской Лавры и сияющую Неву. Только теперь в этом сиянии вижу не просто красоту, а отсвет того пути, который начался в тот самый миг, когда сердце семнадцатилетней девушки замерло от восторга и предчувствия чуда. Роль перешла от учащейся к помогающей учиться. Но суть, любовь к этому месту, к его делу, к Церкви осталась неизменной.
Это и есть самое главное чудо моего пути: ощущение, что ты не ошибся тогда, в далёком августе 2006-го, что твой выбор был верным, а жизнь, проходя через эти стены, обрела смысл, наполненность и ясную, лучезарную радость служения.