Рассказ о ребенке, который рисовал мир, потому что настоящий - разрушился.
Красная черепичная крыша отливала оранжевым солнечным цветом. Игривые касания тёплого ветерка шелестели едва распустившимися светло-зелёными листьями ив. Река мелкими голубыми кудряшками уносила от улыбающегося ребёнка бумажный кораблик.
Через пару минут кораблик превратился в мокрый бумажный лист, а через три секунды исчез где-то в течении.
Ещё совсем недавно над рекой стоял густой, прозрачно-белый туман — как пар из горячего чайника на морозе.
Мокрая, холодная трава хваталась за босую пару ног, оставляющую примятые следы по направлению к дому.
Ах да...
И дома ещё не было.
Он появился после исчезновения тумана…
— Эй, мечтатель! Опять свои дурацкие миры рисуешь?
Голос был грубым, привыкшим к окрикам. Он ударил по тишине, как холодный хлыст.
Мир дрогнул — и рассыпался.
Красная черепица поползла вниз, словно стекающая краска. Тёплый ветерок испарился, уступив место застоявшемуся воздуху, пахнущему хлоркой и манной кашей. Ивы, листья, река — всё сплющилось и поблёкло, отступив за плотную пелену.
Вместо них — серые, облупившиеся стены. Высокое зарешеченное окно, сквозь которое падал не солнечный, а пыльный, унылый свет. Скрипучие койки в два ряда. Его мир, такой яркий и осязаемый секунду назад, оказался лишь тонкой плёнкой, которая легко расползается под гнётом реальности.
Дома не было. Ни кирпичного, ни деревянного… Была казённая спальня приюта.
Рыжий мальчишка сидел на полу, прислонившись к холодной батарее. В руках у него был не бумажный кораблик, а потрёпанный карандаш и клочок бумаги. На ней угадывались контуры крыши, дерева, реки. Он рисовал мир, который жил только внутри. Пожалуй, это было единственное, что у него получалось по-настоящему — с головой уходить в свои фантазии.
Они были его домом. Единственным, который нельзя было отнять.
— Ты оглох? Чего молчишь? — старый кладовщик Геннадий постучал ключами по косяку. — Ребята во дворе собираются. Беги, разомнись, а то совсем замёрзнешь со своими картинками.
Мальчик медленно поднял голову. И Геннадию на секунду показалось, что в глазах ребёнка он увидел солнечный свет, реку и бумажный кораблик. Кладовщик тряхнул головой, пытаясь прогнать видение. А глаза у мечтателя были синие-синие… и уже не по-детски глубокие.
Из коридора донёсся смех и возня. Его звали. Не по имени — здесь имён не было, были клички. Свою он помнить не хотел.
Мальчик глубоко вздохнул. На вдохе последние осколки черепичной крыши рухнули в темноту. На выдохе в глазах осталась лишь пустота.
— Иду, — тихо сказал он. Голос от долгого молчания был хриплым и чужим.
Спрятав рисунок и карандаш в тайник под подушкой, он потёр ладонью щёку, смахивая несуществующее тепло того давнего ветерка.
Он вышел в коридор, навстречу гулу чужих голосов.
А дверь в тот, другой мир, тихо и беззвучно закрылась у него за спиной.
До следующего тумана.
#рассказ #психологическая_проза #приют #одиночество #воображение #побег_в_себя #детство #дневникневидимки #послетумана