Журналистку Кэролайн Грэхэм, которая сейчас находится на Филиппинах вместе с Томасом Марклом, представители Меган обвинили в "неэтичном поведении".
Это вынудило журналистку подробно описать свою историю - рассказать "свою правду", то есть сделать именно на то, на чем постоянно настаивает Меган Маркл.
***
Когда я впервые встретила Томаса Маркла семь лет назад, я и представить себе не могла, что это положит начало дружбе, которая затянется на последнюю неделю, проведенную у его больничной койки на Филиппинах.
Когда мы встретились - в бурный период после свадьбы его дочери с с принцем Гарри в мае 2018 года - я, как редактор американского отделения Daily Mail, брала у него интервью о разладе, который начался после того, как он позировал папарацци для фотографий, перенес два сердечных приступа и не смог проводить свою дочь к алтарю.
За свою карьеру журналиста я взял интервью у сотен людей. Тех, с кем я сохранила дружеские отношения, я могу пересчитать по пальцам одной руки.
Том - один из них.
Последние 11 дней были настоящими американскими горками в его жизни, и, честно говоря, в моей тоже.
Когда в среду, 3 декабря, он прислал мне сообщение о том, что ему собираются отнимать ногу после госпитализации в связи с падением накануне, я немедленно позвонила его сыну Томасу-младшему, который живет с ним на Филиппинах, куда они переехали в начале этого года.
Я была потрясена, узнав, что Том написал мне эту новость из больничной палаты, прежде, чем сообщил её сыну.
Томас-младший позвонил своему отцу и тут же перезвонил мне:
Он очень хочет, чтобы ты приехала. Все очень плохо. Ты можешь приехать?
У меня не было ни малейшего сомнения, что я должна ехать. Томас-младший перезвонил мне и сказал, что поговорил с хирургом, и что все действительно чрезвычайно серьезно.
Тому 81 год, и его здоровье с годами ухудшается. Он один из моих самых близких друзей.
Мое решение поспешить на Филиппины обернулось для меня тем, что на меня обрушился весь гнев влиятельной пиар-команды герцогов Сассекских.
Но об этом позже.
Когда я впервые встретила Тома, он жил в Росарито, в Мексике, прибрежном городке недалеко от границы с Калифорнией, куда он уехал на пенсию, чтобы обрести более спокойную жизнь после 40-летней карьеры удостоенного наград голливудского художника по свету.
Наши пути, вероятно, никогда бы не пересеклись, если бы его младшая дочь Меган не встретила принца Гарри, не вышла за него замуж, не переехала в Великобританию, не отказалась от королевской жизни и не обвинила королевскую семью в рас изме во время скандального интервью Опре Уинфри.
Тогда бывшая жена Томаса-младшего, Трейси, дала мне номер Тома с его разрешения.
Он хотел встретиться со мной, потому что подумывал дать интервью, чтобы наладить контакт с Меган, которая перестала с ним общаться после свадьбы. Трейси сказала ему, что я заслуживаю доверия, и нам стоит встретиться.
И вот я оказалась в гостиной Тома, где на каминной полке гордо красовались его три премии Эмми и фотография Меган с выпускного.
Он попытался позвонить на мобильный телефон дочери, но обнаружил, что номер больше не работает.
Он сказал мне:
Я просто хочу, чтобы кто-нибудь честно рассказал мою историю. Я не знаю, как еще достучаться до своей дочери.
Между нами завязалась настоящая дружба.
В больнице на Филиппинах он сказал мне:
С тех пор мы столько всего пережили, правда?
И это неудивительно.
В первые годы он раз в месяц ездил в Лос-Анджелес за почтой и в банк. Мы встречались за ужином и болтали обо всём на свете.
Меган и его переживания из-за их разлада неизменно всплывали в разговоре, потому что эта размолвка преследовала его каждый день.
Он сказал мне, что думал, что его разбитое сердце не выдержит этого.
Но разговоры о Меган утихли, когда наша дружба окрепла до такой степени, что мы почти каждый день созванивались. Я не упоминала ее имени - хотя оно витало над головой, словно темная туча - потому что это было бы ковырянием открытой paны.
Мы говорили в основном о кино, музыке, о его голливудской карьере и о звездах, с которыми он работал - таких как Деми Мур, о сериалах, где он работал - "Женаты... с детьми" и "Главный госпиталь".
Я мало что знала о "старом" Голливуде, но у Тома были энциклопедические знания, и он с удовольствием знакомил меня с классическими фильмами Басби Беркли, Спенсера Трейси и Джимми Стюарта.
Он звонил мне и говорил:
Я только что посмотрел этот фильм, и он вам очень понравится.
Я держала у кровати блокнот, чтобы записывать его рекомендации.
Как британка, я никогда не любила кантри-музыку.
Том познакомил меня с Джонни Кэшем, Мерлом Хаггардом и Вилли Нельсоном. Нас также объединяет любовь к кошкам. Том тратил целое состояние на кормление бездомных кошек, которые каждую ночь собирались на его террасе. Однажды я перестала считать, когда их стало 50.
С самого начала у нас была договоренность: все, что мы обсуждали, оставалось неофициальным, если только он специально не говорил обратное.
Тем не менее, пиар-служба Меган обвинила меня в нарушении "этических норм" за то, что я находилась у его постели и сообщила о том, что ему отняли левую ногу ниже колена.
Я считаю важным внести ясность.
Я всегда писала статьи только с прямого разрешения Тома, и он сказал мне, что хочет дать интервью газете The Mail on Sunday, поскольку стремится контролировать освещение в СМИ своего состояния.
Он видел в интернете много выдуманных историй о себе. Кроме того, он хотел в последний раз связаться с Меган.
Сейчас его состояние улучшается. Но до полного выздоровления еще далеко.
Он сказал:
Я не знаю, понимает ли она, насколько я болен и что я могу уйти в любую минуту. Я хочу написать статью, потому что уверен, что в интернете полно всякой выдуманной чепухи.
Та статья была опубликована седьмого декабря, и я получила множество сообщений от одного из членов PR-команды Меган.
Их тон показался мне излишне агрессивным, и я была настолько обеспокоена, что сказала ему, что предпочла бы, чтобы он общался с юридическим отделом газеты.
У меня были и другие заботы, например, забота о Томе, который находился в тот момент в крайне тяжелом состоянии.
После публикации нашего интервью, в котором Том сказал, что хочет перед уходом в последний раз увидеть свою дочь, представитель Меган выступил с заявлением, в котором говорилось, что она уже отправила ему электронное письмо.
Проблема в том, что герцогиня отправила это на электронный адрес, которым он не пользовался уже много лет. Он потерял пароль и сдался. Любой, кто знает Тома, знает, что он не любит электронную почту.
Но он сохраняет тот же номер телефона как минимум на протяжении двух десятилетий, заявив, что никогда его не изменит, потому что хочет быть уверен, что Меган всегда сможет с ним связаться.
Том был озадачен:
Как Мэг может говорить, что у нее нет моего номера? Это тот же самый номер, который у меня уже 20 лет. Она и Дориа постоянно звонили по нему.
Представитель герцогов Сассекских также заявил, что команда Меган обзванивала больницы в городе Себу, пытаясь его найти.
Мы с её отцом много раз обсуждали, что произойдёт, если она сама с ним свяжется.
Я всегда говорила, что тут же перестану с ним общаться, если это позволит ему помириться с ней.
Как бы больно это ни было - и у нас обоих на глазах навернулись слезы, когда мы снова обсуждали это - ему было бы невозможно помириться с ней, имея друга в СМИ, особенно в британской прессе, к которой Гарри неоднократно выражал свою неприязнь.
Когда представитель Меган связался со мной, я хотела сделать все возможное, чтобы помочь ему.
В тот момент у Тома не было с собой телефона. Томасу-младшему сказали, что правила больницы запрещают их нахождение в отделении интенсивной терапии, поэтому он взял телефон отца домой.
Но на следующий день - восьмого декабря - я приехала в больницу и обнаружила, что Тома перевели в обычную палату.
Я сразу написала Томасу-младшему сообщение:
Мне взять телефон папы?
И Томас-младший тут же привез телефон отца.
Я первым делом отправила сообщение представителю Меган - предварительно уточнив у Тома, можно ли это сделать.
Я дала ему номер телефона Тома, название больницы и даже номер его палаты. Но никто не позвонил и, на момент публикации, до сих пор не позвонил.
Но вернемся к последним нескольким дням, которые стали для Тома, пожалуй, самыми сложными.
Он потерял ногу, и хотя он очень храбр и добился замечательных успехов (недавно я с восхищением наблюдала, как он начал физиотерапию, чтобы восстановить мышцы), он все еще не может осознать всю тяжесть произошедшего.
И все это время он ждет звонка от Меган.
Два дня подряд его телефон стоял у кровати, подключенный к зарядке.
Он постоянно просил меня проверить, на всякий случай, вдруг он что-то пропустил во сне. Я ясно дала понять, что если она позвонит, пока я буду там, я немедленно покину комнату.
Он гордый и очень храбрый человек.
Но это было печальное зрелище.
.............................
Статья по теме: