Найти в Дзене

Знакомо чувство, когда после недели пропусков приходишь в зал и будто начинаешь с чистого листа? Только этот лист почему-то кажется

Знакомо чувство, когда после недели пропусков приходишь в зал и будто начинаешь с чистого листа? Только этот лист почему-то кажется исписанным красными чернилами с пометками «слабак», «недостаточно мотивирован», «опять все бросил». Ты стоишь перед тренажером и вместо того чтобы просто начать, ведешь с собой долгий и утомительный суд. Почему пропустил? Усталость – не оправдание. Лень – тем более. И вот этот внутренний диалог высасывает все силы еще до первого подхода. Я знаю это назубок. Раньше я был своим самым строгим надзирателем, который считал, что пропуск – это предательство, а возвращение – это долгое и унизительное покаяние. Это продолжалось до тех пор, пока я не заболел. Не сильно, просто простуда, но достаточно, чтобы выбить из колеи на добрых десять дней. И когда я, еще не вполне окрепший, пришел обратно, то ожидал привычного парада самообвинений. Но их не было. Была только слабость в мышцах и странное чувство – будто мое тело, а не мозг, говорило мне: «Смотри, мы отвыкли. Да

Знакомо чувство, когда после недели пропусков приходишь в зал и будто начинаешь с чистого листа? Только этот лист почему-то кажется исписанным красными чернилами с пометками «слабак», «недостаточно мотивирован», «опять все бросил». Ты стоишь перед тренажером и вместо того чтобы просто начать, ведешь с собой долгий и утомительный суд. Почему пропустил? Усталость – не оправдание. Лень – тем более. И вот этот внутренний диалог высасывает все силы еще до первого подхода. Я знаю это назубок. Раньше я был своим самым строгим надзирателем, который считал, что пропуск – это предательство, а возвращение – это долгое и унизительное покаяние.

Это продолжалось до тех пор, пока я не заболел. Не сильно, просто простуда, но достаточно, чтобы выбить из колеи на добрых десять дней. И когда я, еще не вполне окрепший, пришел обратно, то ожидал привычного парада самообвинений. Но их не было. Была только слабость в мышцах и странное чувство – будто мое тело, а не мозг, говорило мне: «Смотри, мы отвыкли. Давай осторожно». И я впервые не стал себя ругать. Я просто снизил вес, сделал половину от обычных повторов и ушел, как только почувствовал усталость. И случилось чудо – на следующий день мне снова захотелось прийти. Не для того чтобы «искупить вину», а просто чтобы продолжить.

В тот момент до меня дошло. Спорт – это ведь не контракт с кабальными условиями. Это скорее долгая дорога, на которой бывает всякое. Иногда ты идешь быстро, иногда – медленно, а иногда садишься на обочину перевести дух. И это нормально. Ругать себя за остановку – все равно что кричать на путника, который присел, потому что у него стерлась нога. От этого он быстрее не пойдет, только настроение себе испортит. Гораздо важнее – просто снова встать и сделать следующий шаг. Без флага самобичевания, просто как факт.

Теперь, когда я пропускаю тренировку – по болезни, из-за форс-мажора или просто потому, что сегодня душа не лежит, – я не устраиваю драму. Я говорю себе: «Бывает. Завтра начнем с того места, где остановились». И это «завтра» наступает гораздо быстрее и охотнее, чем когда я должен был сначала отбыть наказание в виде мысленных упреков. Возвращение после перерыва стало не испытанием, а скорее интересной проверкой: а что помнит мое тело? Какое движение дается легко, а какое требует внимания? Это превратилось в диалог, а не в разнос.

Оказывается, простить себя за паузу – это и есть самая сложная и самая важная тренировка. Она не качает мышцы, но она создает пространство, в котором спорт может стать не повинностью, а тем, чем и должен быть – долгой и доброй привычкой, которая терпеливо ждет тебя, даже если ты ненадолго отвлекся. Может, и тебе стоит дать себе такое право – просто продолжить, без лишних слов?