В одном из давних интервью Этери Тутберидзе тренер рассказала, что её дочь Диана Дэвис столкнулась с тяжелой болезнью из-за врачебной ошибки. Речь идёт об интервью 1+1 о работе Этери Тутберидзе и Евгении Медведевой (2015 год).
У Дианы двухсторонняя сенсоневральная тугоухость 3-й степени. Диана — большая молодец и давно адаптировалась. Фактически сейчас её жизнь ничем не отличается от жизни абсолютно здорового человека. У неё есть близкий человек, она занимается любимым делом. Звёзд с неба не хватает, но со своим партнёром Глебом Смолкиным показывает неплохие результаты на мировом уровне.
Диана в своих социальных сетях выложила важный и искренний пост, где подробнее рассказала о проблеме:
Всем привет. Я давно хотела поговорить о своей проблеме, о которой знают лишь немногие.У меня двухсторонняя сенсоневральная тугоухость 3-й степени. В какой-то период жизни она доходила до 3-4-й степени. Это диагноз, который в первую очередь влияет на разборчивость речи и затрудняет различение согласных звуков, таких как с, ш, щ, ч. Есть определенные частоты, которые я вовсе не слышу – например, пищащий звук холодильника или домофона. Я приобрела этот диагноз в два года из-за врачебной ошибки – неправильно назначенной дозы антибиотиков.
До двух лет я была довольно активным ребенком, который слышал каждый звук. После двух лет я стала совершенно другим ребенком – перестала разговаривать, перестала реагировать на окружающее, стала тихой и замкнутой в себе. В четыре года я постепенно начала снова разговаривать, но речь уже была другой, и меня стали водить к логопедам. Ничего не менялось, пока нам не сказали, что нужно пройти аудиограмму. Мы так часто ходили делать аудиограмму, что в какой-то момент я запомнила ее ритм и просто нажимала на кнопку наугад. После того как аудиограмма показала, что у меня нет проблем со слухом, мне стали проводить тест вручную.
Когда я пошла в школу, я пробовала носить слуховые аппараты, но мне это совсем не нравилось. Каждый раз, когда я их снимала, мне казалось, что слух резко ухудшается, и мне нужно было время, чтобы снова привыкнуть к окружающей обстановке без аппаратов.
Кроме того, каждые три месяца нужно было ездить в клинику и заново настраивать звук, что, конечно, тоже мне не нравилось. И, наверное, самая главная причина, по которой я окончательно перестала носить аппараты, – это то, что однажды мне изготовили вкладыш неправильного размера, из-за чего у меня началось воспаление тройничного нерва. Теперь каждый раз, когда я болею, переохлаждаюсь или сильно нервничаю, этот нерв воспаляется.
В школе я могла получить за диктант два просто потому, что писала несколько слов, затем пропускала одно-два или даже целое предложение, если не понимала, что было сказано. Иногда я просто пыталась угадать. Если это был диктант по математике, я потом пересдавала его письменно – мне давали отдельный листочек – и писала уже на отлично.
Когда ты живешь с такой проблемой, твой мозг работает совершенно иначе: информация доходит до тебя позже, чем у обычных людей.
Такая проблема не всегда зависит от того, насколько громко человек говорит – все определяется его тембром голоса. Одних людей бывает очень сложно понять, а других я могу начать понимать почти сразу, без периода привыкания к их голосу.
Когда-то я не хотела говорить об этой проблеме. Мне было стыдно и неловко, что на вопрос, сколько мне лет или как меня зовут, я могла отвечать что-то вроде: «нет», «не знаю». Люди начинали смеяться надо мной – мол, ой, она свой возраст не знает. Иногда люди могли смеяться из-за того, что с такой проблемой я занимаюсь профессиональным спортом.
Сейчас я настолько адаптирована к такой жизни, что мало кто может подумать, что у меня есть проблемы со слухом.
Я могу хорошо слышать музыку (за исключением некоторых частот), но при этом не понимать слов. Фильмы и сериалы я смотрю только с субтитрами – неважно, на каком языке: корейском, английском или даже русском. Я слышу интонацию и чувствую эмоцию. Конечно, мне сложно понимать голосовые сообщения, когда их присылают, поэтому я очень рада, что сейчас есть функция «расшифровать».
Конечно, все эти факты сделали меня очень закрытой и стеснительной, но со временем я поняла, что не должна молчать об этом. Я хочу, чтобы люди с такой же особенностью не стеснялись и не замыкались в себе, не боялись пробовать себя в спорте и не слушали тех, кто пытается их ограничивать. Я делюсь этим не ради жалости, а для того, чтобы люди с похожими проблемами могли осознать, что это ничего не меняет. Если у вас есть мечта, вы сможете достичь многого, если будете верить в себя. Ваша Ди
Диана — герой! Ведь эта болезнь может влияет не только на слух, но и на координацию.
Но до перехода в танцы на льду Диана успешно освоила все тройные прыжки.
Конечно, современные технологии улучшают качество жизни. Важно, чтобы человек сам не застревал в своей болезни и делал всё, чтобы жить яркую жизнь.
Сколько хейта получила Диана только из-за того, что она дочь Этери Тутберидзе. Но ведь она никогда не занимала чужое место. Всё было по спортивному принципу. В США Диана с Глебом жили и тренировались за свой счёт, Федерация лишь оплачивала дорогу на соревнования. Когда стали получать зарплату как члены сборной России, то вернули её при переходе в сборную Грузии.
Диана большая молодец, что говорит об этом! Это может помочь тем, кто столкнулся с аналогичным диагнозом.
Диане и Глебу — семейного счастья, больших успехов на льду и в жизни!
