17 августа 1939 года народный комиссар иностранных дел СССР В

17 августа 1939 года народный комиссар иностранных дел СССР В. М. Молотов передал ответ Советского правительства послу Германии в СССР Ф. Шуленбур­гу. Подчеркнув, что товарищ Сталин находится в курсе дела и ответ с ним согласован.

"Советское правительство ознакомилось с переданным ему 15 ав­густа сего года господином Шуленбургом заявлением германского правитель­ства об его желании серьезного улучшения политических отноше­ний между Германией и СССР.

До последнего времени Советское правительство, учитывая официальные заявления отдельных представителей германского правительства, имевшие нередко недружелюбный и даже враждебный характер в отношении СССР, исходило из того, что герман­ское правительство ищет повода для столкновений с СССР, гото­вится к этим столкновениям и обосновывает нередко необходи­мость роста своих вооружений неизбежностью таких столкнове­ний. Мы уже не говорим о том, что германское правительство, ис­пользуя так называемый антикоминтерновский пакт, стремилось создать и создавало единый фронт ряда государств против СССР, с особой настойчивостью привлекая к этому Японию.

Понятно, что такая политика германского правительства вы­нуждала СССР принимать серьезные меры к подготовке отпора против возможной агрессии в отношении СССР со стороны Герма­нии и, значит, принимать участие в деле организации фронта обо­роны ряда государств против такой агрессии. Если, однако, теперь германское правительство делает поворот от старой политики в сторону серьезного улучшения политиче­ских отношений с СССР, то Советское правительство может только приветствовать такой поворот и готово, со своей стороны, пере­строить свою политику в духе её серьезного улучшения в отноше­нии Германии.

Если добавить к этому то обстоятельство, что Советское прави­тельство никогда не имело и не хочет иметь каких-либо агрессив­ных намерений против Германии, что оно считало и продолжает считать вполне возможным мирное разрешение спорных вопросов в области отношений между Германией и СССР, что принцип мир­ного сосуществования различных политических систем является давнишним принципом внешней политики СССР, то можно прий­ти к выводу, что имеется налицо не только реальная база для уста­новления новых улучшенных политических отношений между обеими странами, но и условия для осуществления уже теперь серьезных практических шагов в этом направлении.

Правительство СССР считает, что первым шагом к такому улуч­шению отношений между СССР и Германией могло бы быть заключение торгово-кредитного соглашения.

Правительство СССР считает, что вторым шагом через короткий срок могло бы быть заключение пакта о ненападении или подтверж­дение пакта о нейтралитете 1926 года с одновременным принятием специального протокола о заинтересованности договаривающихся сторон в тех или иных вопросах внешней политики, с тем чтобы последний представлял органическую часть пакта."

Так же подчеркивал серьёзность в своих намерениях по предло­жению к улучшению взаимоотношений тот факт, что германское правительство желало послать в Москву видного политического деятеля, министра иностранных дел Германии Риббентропа, в отли­чие от англичан и французов, пославших в Москву на переговоры второстепенных чиновников.