Маленькую рыжеволосую девочку похитили на Киевском вокзале и держали в подвале, но ей все-таки удалось вернуться в родной дом — правда, спустя много лет.
Ольга Менжерес — тот самый украденный ребенок — рассказала проекту «МАРА», через что ей пришлось пройти и как она оказалась в цыганском таборе. Подробнее - в материале Пятого канала, который публикуют «Известия».
Уехала к бабушке, но не своей
С того момента прошло более 25 лет, но сама героиня только сейчас открыто рассказала о всех деталях того злополучного дня. Сама Ольга — уроженка небольшого села Черевки Киевской области.
Родилась она в сентябре 1995 года в многодетной семье, где была третьим и самым младшим ребенком.
Когда девочке было три с половиной года, отец взял ее с собой погостить к бабушке. Из деревни они добрались до Киева, приобрели билеты на электричку и стали ждать ее прибытия в зале ожидания.
Тут отцу Оли захотелось по нужде в уборную, а дочь он решил оставить на месте — потому что брать ее с собой в мужской туалет было не совсем уместно. Буквально через несколько минут мужчина вернулся, а ребенка уже не было.
Бабке-похитителю хватило от трех до пяти минут, чтобы уговорить Олю пойти вместе с ней. Сама Менжерес ничего в точности не помнит с того момента, но отец сразу же обежал весь вокзал и попросил милицию объявить в громкоговоритель о пропаже рыжеволосой девочки.
Только, по словам Ольги, делать этого никто не стал, что удивительно — все-таки был конец 1990-х, а ситуация не самая рядовая.
Ко всему прочему маленькая Оля, в силу того что росла в селе, где все друг друга знают, была очень доверчива. Она даже понятия не имела, что такая “прогулка” с незнакомкой обернется для нее травмой на всю жизнь.
Жизнь в подвале
По рассказам похищенной, жила она все это время с незнакомой бабкой. Женщина сама обжилась в подвале многоквартирного дома, где у нее была даже не комната, а коридор.
Оля говорит, что женщина была “собирательницей”, поэтому весь хлам с улицы тащила домой, из-за чего все пространство было завалено.
Бабушка называла девочку разными именами, сама представлялась окружающим то Валентиной, то Татьяной, то еще кем-то. Девочку она тоже прятала: выходили на улицу они по очереди — сначала бабка, она проверяла обстановку, смотрела, нет ли кого, и только тогда давала знак Оле.
Если они ехали на дальние расстояния, например в автобусе, то рыженькие волосы Менжерес прятала под шапку, а Оля становилась Колей.
На вопросы малышки, зачем такой “карнавал” на каждый выход, женщина отвечала, что так она ее оберегает от сглаза — мол, приметная у нее внешность.
Правда, через несколько лет одна из соседок неожиданно постучала в бабкину “преисподнюю”. Та быстро накрыла Олю одеялом, однако жительница соседней квартиры все равно успела заметить ребенка.
Естественно, она поинтересовалась, кто это у нее. Похитительница сказала, что это якобы ее племянница приехала погостить.
Но внимательные соседи стали чаще замечать женщину в компании маленькой девочки, что сильно их настораживало, потому что у взрослой бездетной, даже обезумевшей, бабушки не может почти из воздуха появиться ребенок.
Тогда одна из соседок обратилась в милицию, попросила посмотреть список разыскиваемых детей — ведь таких рыженьких с веснушками по всему лицу не очень много.
На что представитель правоохранительных органов ответил нехотя: “А может, ей с бабушкой лучше будет?” Обомлевшая соседка отправилась прочь.
Ушла от бабки к цыганам
Но шло время, Оля росла, и ей самой хотелось, как и другим детям, иметь игрушки, играть на площадке со сверстниками, гулять на улице и заниматься другими детскими заботами.
Но реальность была совершенно другой. Однажды они с бабкой отправились в гости к какому-то ее приятелю — старому мужчине, — где девочка по своему детскому незнанию выпила что-то в стакане.
Ребенок просто захотел попить воды, а там оказался напиток для деда, на что он сильно разозлился и отлупил ее ремнем.
По воспоминаниям Менжерес, на ее спине еще долго болели следы побоев, но бабка за нее даже не заступилась.
В один из дней Оля решила убежать. Она целую ночь провела на улице и спала под машиной. Затем она познакомилась с маленькой цыганкой — своей ровесницей. Та привела ее к себе в табор, но через два дня рыжевласка ушла и от них. Точнее, ее забрали.
Они ходили попрошайничать с цыганкой, и тогда местные милицейские присмотрелись к ней, так как она выделялась среди цыганского скопища. От цыган девочку забрали в приют, где она провела около года.
Бабка нашла ее и там. Приходила под видом матушки из приходской церкви, передавала гостинцы, но Оля вела себя отстраненно.
Женщина приходила еще, стояла около забора или под ним зазывала девочку, но та отказывалась. По словам Менжерес, в мыслях у нее был только этот подвал, а тут вокруг были дети и игрушки.
Как-то к ним приехала съемочная группа, а Олю потом показали по телевизору. Это была некая “реклама”, если сказать совсем грубо, чтобы люди были осведомлены о детях, оставшихся сиротами.
Знакомая мамы Оли заметила ее в программе. Правда, у девочки тогда были очень короткие волосы, однако ее мать с первого взгляда поняла: это она.
Они отправились с супругом в приют и убедились, что девочка действительно была их дочерью. Потом еще год они потратили на суды, выяснения и ДНК-тест, чтобы доказать свое родительство.
Возвращение бабки-похитительницы
В родном селе девочка пошла в школу со своими ровесниками. Ей не пришлось в 12 лет идти в первый класс. Тут есть и заслуга бабки-похитительницы: ведь она учила девочку читать, писать и считать, хоть та и не училась нигде.
Стоит отметить, даже в обычный детский садик Оля не ходила — у женщины попросту не было документов на нее, поэтому 24 часа в сутки они проводили вдвоем в заваленном мусором подвале.
Кстати, невменяемая женщина так и не понесла наказания. Как-то Олю позвала к себе классная руководительница и сказала, что встретила похожую женщину, и предостерегла ее быть осторожнее.
На следующий день Менжерес с подружками отправилась на небольшой базар, где они любили покупать чипсы, сладости и газировку. Там она остолбенела при виде той самой бабки.
С подружками они быстро побежали в школу, а там она рассказала о случившемся учительнице. Оля тогда провела весь день в школе, потому что ее боялись отпускать, а потом одноклассницы провожали ее от двери до двери.
В один день, возвращаясь со школы, школьница застала около подъезда своего отца, мило общавшегося с этой бабкой. Однако он понятия не имел, кто это на самом деле, а Оля побоялась ему говорить прямо, испугавшись, что папы разозлится на похитительницу.
Она представилась той самой матушкой из церкви, и мужчина стоял нахваливал её перед дочкой. Зайдя домой, девочка все рассказала ему.
Позже неугомонная бабка даже нашла номер телефона Менжерес и позвонила с предложением уехать вместе с ней — якобы будет ждать ее в назначенное время на остановке.
Обо всем рыжевласка рассказала маме, а та отправилась на встречу с обезумевшей. Увидев на остановке белый Mercedes, она резко открыла заднюю дверь, где восседала женщина.
Но не успела мама проронить и слова, как та приказала водителю “давать по газам”, и они умчались. Больше Ольга ее не видела.
Сейчас Ольга Менжерес даже не вспоминает этот пробел в жизни без семьи, длиной в семь лет. У нее уже двое детей, и единственное, чего она боится, — потерять своих малышей в похожей истории.