В информационном поле на этой неделе появилась новость о планах властей Башкортостана продать 6,36% акций ПАО АНК «Башнефть» (входит в «Роснефть»). На продажу предлагается выставить 11,3 млн. акций из 44,4 млн., принадлежащих республике. Крупнейшим акционером остаётся «Роснефть», которой принадлежит 57,7% ценных бумаг «Башнефти».
Как сообщили в Министерстве земельных и имущественных отношений Башкирии в ответе «Ъ-Уфа», регион сохранит за собой право обратного выкупа акций, - «после преодоления негативных последствий санкций в нефтедобывающей сфере». Среди целей приватизации акций ведомство называет и привлечение инвестиций.
«Учитывая, что увеличение капитальных затрат и операционных расходов в текущих обстоятельствах ведёт к росту себестоимости добычи, для достижения исполнения социальных и первостепенных обязательств принято решение о приватизации части принадлежащих республике акций ПАО АНК «Башнефть», не превышающей 1/4 доли, по рыночной стоимости», пояснили в Минземимуществе.
Примечательно, что наиболее острую реакцию данное решение властей вызвало среди СМИ и телеграмм-каналов, контролируемых Рауфой Рахимовой – племянницей первого президента республики и родственницы Урала Рахимова. Данные медиаресурсы попытались представить «частичную приватизацию» как неслыханную распродажу государственной собственности. Вместе с тем, такая реакция вполне понятна - «башкирская нефтянка» долгое время была «осевой» темой вокруг которой крутились политические процессы в республике еще со времен Муртазы Рахимова, а продажу государственного пакета акций «Башнефти» в 2003 году в пользу его сына Урала Рахимова впоследствии Счетная палата РФ назовет «беспрецедентным случаем хищения активов». Именно массовая распродажа государственных активов республики стала самым темным пятном в истории режима Муртазы Рахимова. Данная тема еще малоисследована, но именно анализ приватизационных процессов 90-х и 2000-х ярко демонстрирует, что тот самый башкирский «суверенитет» был лишь ширмой, которой местные элиты прикрывали дележ государственных активов.
Чтобы лучше понять происходящее сегодня, предлагаем нашему читателю вернуться к истокам. К эпохе, когда башкирская нефть стала топливом Победы, к темным 1990–2000-м, периоду криминальной приватизации государственных активов страны, когда предприятия ТЭК были украдены у нашей республики. И к точке возвращения нефтяного актива в собственность России. Новому времени, в котором «Башнефть» в условиях СВО - один из стратегических инструментов социально-экономической стабильности в Башкортостане.
История башкирской нефти: от первого фонтана до топлива Победы
Современная история нашей республики неразрывно связана со словом «нефть». Хотя основа нефтедобычи и переработки закладывалась ещё во второй половине 1930-х, именно в годы Великой Отечественной войны башкирские НПЗ – благодаря эвакуации оборудования из других областей СССР резко нарастили мощности, сыграв заметную роль в обеспечении фронта горючим. Всего за военные годы в нашей республике было добыто свыше 8,4 млн тонн нефти.
А начиналось всё в первые годы становления молодой Советской России. Летом 1929 года для поиска нефтяных месторождений в республику направилась первая команда геологов. Она вела разведку недалеко от Стерлитамака. В мае 1932 года возле деревни Ишимбаево (ныне город Ишимбай) из скважины ударил первый нефтяной фонтан, причем первый не только в республике, но и в восточной части советского государства. Параллельно с бурением новых скважин шел процесс создания базы для переработки «черного золота». В 1935 году началось строительство Уфимского нефтеперерабатывающего крекинг-завода. А открытие в 1943-1944 годах новых месторождений заложило основу для послевоенного превращения Башкирии во «второе Баку».
Причем по данным производственной отчётности УНПЗ, на бензин, в том числе дефицитное высокооктановое авиатопливо марок Б-70 и Б-78 приходилось не менее четверти перегоняемой нефти. Такой показатель был недосягаем для большинства заводов СССР.
К моменту распада СССР в Башкортостане сложилась одна из мощнейших в стране нефтеперерабатывающих кластеров — Башкирский нефтеперерабатывающий комплекс. Его основу составляли три гигантских завода-соседа в Уфе: старейший Уфимский НПЗ (1937 г.), Новый Уфимский НПЗ (1957 г.) и Уфимский завод нефтехимии (1960-е гг.), которые, будучи связаны единой инфраструктурой, образовали крупнейший в Советском Союзе и один из крупнейших в мире центров по переработке нефти.
Как Башкортостан потерял «Башнефть»: криминальная приватизация
В сентябре 1998 года указом президента Башкирии Муртазы Рахимова было создано ОАО «Башкирская топливная компания» (БТК). В его уставный капитал вошли госпакеты «Башнефти», «Башнефтехима», «Башкирэнерго» и башкирских подразделений «Транснефти» и «Транснефтепродукта».
Кульминацией утраты собственности республики и последующего разграбления региона пришлись на 2002–2003 годы. Указом от 19 августа 2002 года Рахимов разрешил приватизацию ТЭКа. В апреле 2003 года БТК и «Башнефтехим» продали в рассрочку на 10 лет за 13 млрд руб. контрольные пакеты «Башнефти», «Башкирэнерго», четырех НПЗ и «Башнефтепродукта» семи ООО, учрежденным физлицами.
В результате многоступенчатых и юридически сомнительных сделок шесть крупнейших компаний башкирского ТЭКа перешли в собственность ООО «Башкирский капитал». Основным бенефициаром структуры стал Урал Рахимов – сын президента республики. При этом, нигде никогда не публиковались данные о том, сколько в итоге Урал Рахимов заплатил в бюджет республики из вышеописанной «рассрочки» на 10 лет.
В июле 2003 года аудитор Счётной палаты Владислав Игнатов назвал произошедшее «самым беспрецедентным случаем похищения активов из госсобственности». По итогам проверки СП прокуратура Нижегородской области возбудила дело п. "б" ч. 3 по ст. 165 УК (причинение крупного имущественного ущерба путем злоупотребления доверием). Позже оно было передано СК МВД по Приволжскому федеральному округу.
В конце февраля 2005 г. Муртаза Рахимов из-за конфликтов с сыном Уралом Рахимовым и откровенного «испуга» за свое кресло отменил указ 2003 года о передаче акций предприятий ТЭКа в управление компании «Башкирский капитал», а 4 марта в Арбитражный суд был подан иск Минимущества республики, требующий возвратить акции государству.
Примечательно, что возвратом актива в собственность республики тогда занимался лично Радий Хабиров – он возглавил рабочую группу Администрации Главы Республики Башкортостан по возврату ОАО «Башкирская топливная компания» акций АНК «Башнефть» и ОАО «Башкирэнерго».
Тогда, арбитражный суд Башкирии по иску Минимущества республики признал недействительными договора купли-продажи 63,7% пакета акций ОАО «Башнефть» и акций ОАО «Башкирэнерго» компанией Урала Рахимова ООО «Башкирский капитал». Акции «Башнефти» и «Башкирэнерго» суд обязал возвратить «Башкирской топливной компании», полностью подконтрольной властям республики.
Однако Урал Рахимов, видимо, был «прощен», и семья первого президента республики в 2005 году через «Башкирский капитал» продала блокирующие пакеты дочерней структуре АФК «Система», а именно «Система-инвест». В 2009-м он выкупил оставшиеся акции у подконтрольных фондов за $2,5 млрд.
По подсчётам экспертов, в результате первичной приватизации компаний бюджет потерял не менее 118 млн долларов, но в АФК «Система» всегда подчёркивали, что являлись добросовестными покупателями «Башнефти». Впоследствии СМИ писали, что затраты «Системы» на покупку «Башнефти» оказались меньше объявленных $2,5 млрд. По сути, приобретение предприятий башкирского ТЭКа было оплачено ими самими. В апреле 2009 г. «Система» получила под покупку нефтяных активов в Башкирии кредит ВТБ на $2 млрд. В декабре 2009 г. уже контролируемая «Системой» «Башнефть» разместила облигации на 50 млрд руб., а на часть полученных средств - 41 млрд. рублей - выкупила у «Системы» акции остальных башкирских НПЗ. После этого «Система» на полученные от «Башнефти» деньги погасила кредит ВТБ. Летом 2010 г. «Башнефть» выкупила у ВТБ еще один долг - в $600 млн, которые в 2005 г. взяла «Система-инвест» на покупку блокпакетов башкирских предприятий ТЭКа.
По сути, мы наблюдаем следующую картину - Урал Рахимов, использовав служебное положение отца, организовал хищение контрольных пакетов акций открытых акционерных обществ на сумму свыше 130 млрд рублей и бежал в Австрию, оставив за собой след из уголовных дел, заказных убийств и терактов в Башкирии. Где же в этой истории «интерес» республики – спрашивали наблюдатели башкирской политики? На данный вопрос ответил предыдущий губернатор Рустем Хамитов. В одном из своих интервью он отметил, что «если от приватизации крупнейшего в стране нефтехимического комплекса бюджет республики не получает ни копейки, то это вызывает до сих пор и вызывало у меня, безусловно, озабоченность».
Подобная судьба постигла и десятки других башкирских предприятий. Доля республиканской собственности в сфере промышленности с начала 2000 годов стремительно уменьшалась. Тогда республика лишилась стратегического источника доходов республиканского бюджета: от «Салаватнефтеоргсинтеза» до Белорецкого металлургического комбината, крупнейшие предприятия Стерлитамака, Октябрьского, Туймазов, Белебея, Уфы, Кумертау, Мелеуза и др. были либо приватизированы фактически бесплатно, либо проданы, и в конечном итоге просто закрылись. Бывшие на слуху Уфимские предприятия – химический завод, завод стекловолокна, приборостроительный завод, фирма «Мир», трикотажный, хлопчатобумажный комбинат и многие другие заводы и комбинаты просто исчезли.
Примечательно, что именно при Муртазе Рахимове началась приватизация «Башкирской содовой компании». Государственное предприятие продавали кипрским офшорам по частям год за годом. Одна из первых сделок по продаже долей предприятия была закрыта в 2007 году. Тогда кипрский офшор Modisanna Limited присматривался к 6% доле ОАО «Каустик». Именно собственники данного оффшора в дальнейшем спровоцируют конфликт на Куштау.
Известно, что Урал Рахимов улаживал бизнес-конфликты преступными методами. В частности, через Игоря Изместьева (экс-сенатора, отбывающего пожизненное заключение) и Сергея Финагина (лидера «кингисеппской» ОПГ), которые по его указке организовали серию убийств и поджогов в Башкирии. Оба называли Рахимова заказчиком, но политическое влияние его отца долгое время позволяло последнему избегать ответственности. В 2020 году Изместьев прямо обвинил Урала Рахимова в организации заказных убийств.
Возвращение в госсобственность: как ТЭК вернули в правовое поле
Восстановление части собственности Башкирии стало возможным лишь после смены политического курса в республике и активной работе правоохранительных органов. В 2014 году Президент России Владимир Путин сказал, что правоохранительные органы России правы в своём расследовании покупки нефтяной компании «Башнефть» десять лет назад конгломератом Евтушенкова «Система», занимающимся добычей нефти и телекоммуникациями, и что он не будет вмешиваться в это дело. В последующем, по решению суда в декабре того же года контрольный пакет акций «Башнефти», принадлежавший ранее АФК «Система» Владимира Евтушенкова, перешел в собственность государства. До этого суд постановил, что приватизация «Башнефти» и других предприятий башкирского топливно-энергетического комплекса прошла незаконно.
В 2016 году контрольный пакет (57,7%) приобрела ПАО «Роснефть». Почти параллельно с этими процессами 25% плюс одна акция, то есть блокирующий пакет были официально переданы Республике Башкортостан. В истории развития башкирской нефтяной отрасли наступил период стабилизации, когда она вернулась из полукриминальных схем в правовое поле.
Роль нефтяной компании для нашей республики трудно переоценить. Как отмечает экономист Рустем Ахунов, «Башнефть» – лидер по поступлениям налогов в бюджет Республики Башкортостан. По его расчётам, в 2023 году:
- доля «Башнефти» в общих поступлениях налога на прибыль достигает порядка 30%, то есть около трети всех поступлений одного из ключевых источников доходной части регионального бюджета
- НДФЛ – ещё около 5 млрд руб.;
- налог на имущество — около 1 млрд руб.;
- благотворительные пожертвования в социальную сферу – ещё ориентировочно 3 млрд руб.
«Таким образом, по моей оценке, получается около 40–45 млрд рублей прямого финансового эффекта для Башкортостана», - резюмирует эксперт.
Продажа 6,36% акций – стратегический манёвр для поддержания социальной стабильности региона
Решение о продаже части республиканского пакета акций «Башнефти» связано с необходимостью выполнения социальных обязательств и поддержки компании в условиях санкционного давления и высокой себестоимости добычи. Тем не менее поскольку Башкортостан сохраняет право обратного выкупа акций в будущем «после преодоления негативных последствий санкций в нефтедобывающей сфере», частичная продажа – временный бюджетный манёвр, а не отказ от ряда активов.
К тому же в Совете директоров «Башнефти» останутся два представителя региона, юридический адрес компании также сохраняется в Уфе, следовательно, все налоги и отчисления продолжат поступать в регион. Почему другие регионы продают активы?
Ряд экспертов признают, что в последние годы это общероссийская тенденция. Экономисты различают нынешние приватизационные процессы от криминальной приватизации 1990-х и начала нулевых. Речь идет о частичной приватизации госкомпаний, то есть о продаже части активов с сохранением контрольного пакета у государства. Это можно назвать привлечением инвестиций, если государство будет реально вкладываться в развитие данных корпораций. Так по итогу I квартала 2025 года поступления от приватизации в федеральный бюджет принесли 9,5 млрд рублей, вдвое больше превысили запланированный годовой план в 5,5 млрд руб.
Следует отметить, что деньги от частичной приватизации «Башнефти» будут аккумулированы не в оффшорах Урала Рахимова, а в бюджете республики и будут выполнять социальные функции в условиях СВО и неблагоприятной экономической конъюнктуры.
В целом, в условиях санкций и роста социальных расходов регионы вынуждены монетизировать часть госимущества. Например, за последние годы Оренбургская область получила 3,2 млрд рублей от продажи аэропорта, Тюменская область продаёт птицефабрику «Боровская» за 3,4 млрд. рублей, а Татарстан, как сообщают разные источники планирует продать «Татспиртпром» федеральному оператору за 9 млрд. рублей.
Постскриптум
В 1990–2000-е годы под прикрытием национал-сепаратисткой риторики из собственности Республики Башкортостан были выведены фактически все компании, входящие в ТЭК региона. Сегодня, спустя два десятилетия после демонтажа режима Рахимова, наша республика не только вернула при поддержке федерального центра часть утраченного, но и в симбиозе с федеральной «Роснефтью» превратила «Башнефть» в инструмент социального развития и экономической устойчивости.
Продажа 6,36% акций в 2025 году, как полагают эксперты пример прагматичной региональной политики: временный манёвр с сохранением права обратного выкупа и гарантией долгосрочного влияния. Несмотря на частичную продажу, фундаментальная роль «Башнефти» для Башкортостана не изменится. Дивидендная политика формируется совместно с «Роснефтью» и вряд ли изменится, как и юридический адрес нефтяной компании, а значит и поступления в бюджет Башкирии.
Более того, за последние годы «Башнефтью» запущены новые месторождения и модернизированы НПЗ. Все это явно отличается от региональной политики времен Рахимова, когда активно применялись криминальные схемы и разбазаривание государственного имущества.