16 декабря 1598 года произошло последнее крупное сражение времён Имдинской войны, завершившееся победой объединённого флота королевства Чосон и империи Мин во главе с адмиралами Ли Сунсином и Чэнь Линем, со стороны которых в битве участвовало около 150 кораблей. Японских же военных судов, которыми командовал Симадзу Ёсихиро, идущий на соединение с кораблями Кониси Юкинаги, было 500 и приблизительно половину из них он в том сражении потерял.
К этому времени Кониси Юкинага уже был заблокирован вместе со своим 14-тысячным войском в вэсоне Сунчхон - крайней западной точке в сети японских крепостей, которые завоеватели возвели на южном берегу Корейского полуострова за время Имдинской войны, затянувшейся на целых семь лет.
Юкинага несколько раз безуспешно пытался снять блокаду, даже пытался подкупить командующего сухопутными войсками Мин генерала Чена. Но если Чен и был согласен отвести флот союзников, то адмирал Ли Сунсин был категорически против этого и отказывался подчиняться.
В общем, японцы поняли, что дело их плохо и решили сами разобраться с этой "проблемой". 15 декабря 1598 года около 20 тысяч японских военных из трёх вэсонов погрузились на 500 боевых кораблей под командованием Симадзу Ёсихиро и приступили к концентрации своих сил на востоке бухты Норянчжин дабы попытаться прорвать блокаду Сунчхона.
Союзный флот Чосона и Мин был намерен помешать этому воссоединению после чего атаковать и победить флот Симадзу. Японцы же собирались пересечь бухту Норянчжин, объединиться с флотом Кониси и отвести затем свои корабли в Пусан. В это же время Кониси прилагал все усилия к тому, чтобы разъединить союзников, навязав им бой поодиночке где-нибудь в другом месте или заставив их продолжать осаду вэсона Сунчхон. Тогда союзники оказались бы уязвимы для атаки с тыла, а, учитывая численное преимущество японцев, у них не было бы ни одного шанса на успех.
Битва в проливе Норян началась 16 декабря около 2 часов ночи. Японцы твёрдо были намерены прорваться через цепь кораблей союзников, а те, в свою очередь, несмотря на куда более малочисленный флот, были готовы стоять до последнего, но ни в коем случае не допустить дальнейшего продвижения противника.
Здесь нужно заметить, что несмотря на преимущество японского флота в численности, им так и не удалось достичь тактического преимущества. Корейских кораблей было раза в три меньше, но зато они были более крепкими и надёжными и лучше вооружены. Пушки и огнемёты, расположенные в их носовой части, буквально сметали всё живое с палуб японских кораблей, не оставляя им никаких шансов на победу. Сыграло на руку союзникам и место, выбранное для решающего сражения. Благодаря небольшой ширине пролива Норян, японскому флоту было крайне затруднительно проводить там сколько-нибудь значительные маневры.
Когда японский флот получил значительные повреждения, Чэнь Линь приказал своим морякам вступить в рукопашный бой. Это позволило японцам использовать в бою аркебузы и сражаться, используя свой традиционный стиль боя - абордаж вражеских кораблей. Когда флагманский корабль Чэня был атакован, Ли Сунсин также приказал своим людям вступить в рукопашный бой.
Капитан флагманского корабля Ли Сунсина был контужен в бою и на некоторое время потерял сознание. К этому времени корабли подошли друг к другу настолько близко, что с судов Чосона моряки и солдаты даже смогли забрасывать горящими поленьями палубы японских кораблей.
Интенсивный огонь вражеских аркебуз заставил китайских моряков держаться в тени, пока японцы шли на сближение с противником. Несколько человек поднялись на борт флагманского корабля Чэня, и в завязавшейся рукопашной схватке сын Чэня был ранен, парируя удар мечом, направленный в его отца.
Видя, что корабль Чэня в беде, командующий левым крылом Мин Дэн Цзилун и двести его личных охранников перебрались на чосонский паноксон (один из двух, подаренных флоту Мин И) и поплыли на помощь своему командующему. Несколько кораблей Мин, приняв паноксон за японский корабль, открыли по нему дружеский огонь и вывели его из строя. Поврежденный паноксон отнесло в сторону японцев, которые поднялись на борт и убили всех, кто находился там, включая самого Дэна Цзилуна.
К середине сражения, когда уже брезжил рассвет, союзный флот завладел преимуществом, а половина флота Симадзу была либо потоплена, либо захвачена. очевидцы тех событий уверяли, что флагманский корабль Симадзув Ёсихиро был потоплен, и что он сам цеплялся за кусок дерева, плавая в ледяной воде. Японские корабли пришли на помощь своему адмиралу, вытащив его из моря и отведя в безопасное место. Японцы понесли в бою тяжелые потери и начали отступать вдоль южного побережья острова Намхэ в сторону Пусана.
Когда японцы уже обратились в бегство, Ли Сунсин отдал приказ об их преследовании. И в это время его сразила шальная пуля аркебузы, прилетевшая с вражеского корабля. Почувствовав, что рана его смертельна, адмирал Ли произнес: "Мы вот-вот выиграем войну - продолжайте бить в боевые барабаны. Не объявляйте о моей смерти".
Смерть И Сун-сина видели лишь три человека: его старший сын Ли Хо (его старший сын), его адъютант и Ли Ван, его племянник. Собравшись с духом и справившись с потрясением, вызванным потерей командующего, они отнесли тело Ли Сунсина в его каюту, прежде чем другие успели заметить его гибель. До самого конца сражения Ли Ван носил доспехи своего дяди и продолжал бить в боевой барабан, чтобы дать понять остальной флоту, что флагманский корабль адмирала все еще участвует в бою, а с ним самим всё в порядке.
Корабль Чэня снова попал в беду, и флагманский корабль Ли отправился ему на помощь. Чосонский флагманский корабль отбил атаку и потопил несколько японских судов. Тогда Чэнь Линь отправился на корабль к Ли Сунсину, чтобы поблагодарить его за помощь. Однако там Чэня встретил Ли Ван, который и объявил адмиралу союзников о том, что его дядя мертв. Очевидцы тех событий утверждали, что Чэнь Линь был так потрясен этим горестным известием, что трижды падал на землю, ударяя себя в грудь и заливаясь слезами.
После этого скрывать случившееся было уже бессмысленно и весть о гибели великого чосонского адмирала с быстротой молнии принялась распространяться по всему союзному флоту.
Вместо заключения
Из 500 кораблей Ёсихиро Симадзу только около 200 смогло вернуться своим ходом в бухту Пусана. Кониси Юкинага всё-таки смог покинуть вэсон Сунчхон 16 декабря 1598 года, но при этом он, даже зная о том, что флот Симадзу в опасности и что совсем рядом гремит сражение, даже не попытался прийти на помощь своему боевому товарищу.
Таким образом японцы оставили все свои наземные укрепления и наземная союзная армия Чосона и Мин смогла перейти в наступление, загоняя в крепости подобно дичи оставшихся вражеских воинов.
21 декабря 1598 года Кониси Юкинага, Симадзу Ёсихиро, Като Киёмаса и другие японские генералы вместе со своими солдатами поднялись на корабли и отплыли в Японию из порта Пусан. Последние японские корабли отплыли на родину на три дня позже - 24 декабря. Так был положен конец японскому вторжению в Чосон, а заодно и конец семилетней Имдинской войны.
