– Зачем тебе это знать? – спрашивала я, а Женя говорила, что надо.
Я не понимала её. Она не понимала меня, но мы дружили.
Женя сходила на свидание, а после свидания он пропал. Не пишет. На второе свидание не зовёт. Вот Женя и решила выяснить, чем вызвано такое равнодушие. Чего-чего, а равнодушия она не заслужила.
Свидание как свидание. Только оно больше смахивало на встречу старых знакомых. Два взрослых человека в осеннем парке, и больше никого. Слишком ветрено и холодно.
Женя прятала лицо под капюшоном. Егор много говорил, но она не всё расслышала. Что-то переспрашивала, что-то – нет.
Хотелось домой и тёплого чая, но Женя не решалась об этом сказать. К себе Егор не пригласит. Он живёт с мамой.
Женя живёт одна, но пригласить к себе тоже не может. Неловко как-то на первой встрече.
Можно было соврать, что появились срочные дела, и сбежать греться чаем в одиночестве, но врать Женя не любила, а ещё боялась. Боялась, что, если сбежит, то следующего свидания не будет. Так и вышло. Только Женя стерпела всё. И ветер в лицо, и снег тоже.
Егор долго упрямился. Сложно сказать человеку, чем он тебе не угодил. Женя тоже упрямилась. Ей очень хотелось знать, что с ней не так. Когда личная жизнь не складывается, волей-неволей начинаешь думать, что с тобой что-то не так.
Наконец, Егор сдался. Женя такая. Не отстанет, пока не удовлетворит своё любопытство.
Прочитав аргументы не в свою пользу, Женя взбеленилась ещё сильнее. Мёрзла Женя, мёрзла в осеннем парке в погоду, когда хороший хозяин собаку из дома не выгонит, а Егор даже не оценил.
Аргументов было два.
Во-первых, Женя не подготовилась очаровывать мужчину.
Во-вторых, посмела явиться пьяной.
Женя была вне себя от ярости. Иногда она нервно посмеивалась и вспоминала тот жуткий вечер, в который МЧС рассылало сообщения, что лучше остаться дома.
– Холод. Ветер. Колючий снег в лицо. Даже утки покинули пруд. Решили не рисковать жизнью ради хлебных крошек, которые разве что сумасшедший сегодня подаст. Женя прячет лицо под капюшоном, а руки – в карманах, и жалеет, что не надела под штаны колготки потеплее. Какое очарование в такой дубак? В такой дубак просто выжить и то подвиг.
Слово-то ещё какое выкопал. Очаровывать. Женщина, значит, всегда выглядеть очаровательно. И на Северном полюсе, и мёртвая. Сам-то пуховик надел и ботинки на меху. Конечно, он – не женщина. Ему очаровывать мужчину не надо.
– Может, мама заставила его надеть шапку и пуховик, – предположила я, чтобы хоть как-то успокоить подругу.
Об очаровании Женя была готова распинаться всю ночь.
– Точно. Он ещё и с мамой живёт. Прям завидный жених, к которому свекровь прилагается.
Я спросила, что по поводу пьянства. Накатить что ли решила для храбрости?
Женя фыркнула. Какое пьянство? Выпила пару бокалов вина с коллегами, потому что повод был. Не шаталась. Не падала. Язык не заплетался. Не была она пьяной тем вечером, а другими вечерами Егор её не видел.
– Наверное, запах почувствовал. Ветер очень сильный был, – вздохнула Женя.
Я тоже вздохнула. Уже пару бокалов вина нельзя выпить даме.
– Ладно, не расстраивайся. Выпила и выпила. Может, потому и продержалась до конца, – сказала я.
Конечно, Женя расстроилась. Обидно, когда на первом свидании держишься на морально-волевых, а на второе – никто не зовёт. Ещё и оказывается, что дело в тебе. Не нарядилась как в театр. Не воздержалась от алкоголя.
– Ты вообще его видела? – спросила Женя.
– Нет. Не видела, – ответила я.
– Посмотри, – сказала Женя и скинула фотографию Егора.
Мужик как мужик. Немного квадратный и с брюшком. Видела таких. Ничего особенного.
– Посмотри. Посмотри, – продолжила Женя. Я и смотрела, а Женя говорила, что Егор как будто сам сплошное очарование, чтобы требовать от дамы лёгкости и изящества, когда снег летит в лицо.
– Третий подбородок и вправду очарователен, – сказала я. Нужно же поддерживать подругу, – объясни лучше, зачем было нужно это знать.
Женя задумалась и снова стала рассуждать о пьянстве и очаровании. Она пришла к выводу, что и пьяная дама может быть очаровательной, а, зачем допрашивала Егора на предмет своих несовершенств, так и не сказала.
Мой блог ВК