Пять месяцев в диалоге с ветром, водой и бескрайними просторами. 118 дней, где единственным спутником был каяк, а главным противником — собственная усталость. Олег Чегодаев из Уфы не просто проплыл по Уралу — он вписал своё имя в историю, став первым человеком, кто в одиночку и без перерыва пересёк всю Уральскую горную страну, от родной Башкирии до суровых берегов Северного Ледовитого океана.
Его «Уральская одиссея» — это 4853 километра хрупкого баланса между человеком и стихией. 16 рек, которые несли его на своём течении, и сотни километров волока, которые проверяли на прочность каждый мускул. Это путешествие-испытание, логичное продолжение его пешего подвига четырёхлетней давности. И сегодня у нас есть уникальный шанс заглянуть за кулисы этого невероятного путешествия.
Олег нашёл для нас минутку и поделился подробностями, которые не прочитаешь ни в одном отчёте.
- «Одиссея» — красивое название. Ты ассоциировал себя с мифическим героем-путешественником, который преодолевает испытания во время долгого странствования? И можно ли Урал назвать твоей Итакой?
- Это, скорее, отсылка к капитану Кусто и его деятельности. Мне ближе история «Одиссея капитана Кусто» и его ценности, чем древнегреческие мифы.
Жак-Ив Кусто — французский исследователь Мирового океана, фотограф, режиссёр, изобретатель, автор множества книг и фильмов. Фото из открытых источников в интернете
Что для тебя лично означает «Одиссея» в контексте этого проекта? Это про испытания, про открытия или также новая популяризация личности путешественника Олега Чегодаева?
- Одиссея – это комплексная задача. Любые вообще комплексные истории – это и ещё раз возможность войти в большую историю большого путешествия. Особенное ощущение этого человека. Это и возможность сделать себя более узнаваемым, оставить свой свет в истории туризма на Урале, может быть, и в истории России. Это и хороший бизнес-проект, который приносит хорошие финансовые дивиденды в моей деятельности.
- Какая-то специальная подготовка к этому проекту нужна была? Или для человека, путешествующего по горам, водный маршрут не проблема?
- Безусловно, нужна была специальная подготовка. У меня более сильные ноги, чем руки. Я готовился почти 600 дней. Специально к этому проекту купил гребной тренажёр для каяка. Занимался с тренером, решал проблемы со здоровьем, укреплял руки. И до последнего момента старта, даже чуть позже, не было понятно, смог ли я достаточно хорошо подготовиться к этому проекту, решить все проблемы. Это, наверное, был один из самых главных факторов риска всей этой цели – моё здоровье, руки, плечи, спина. Как я чувствую себя сейчас? Ответ положительный.
- Кстати, откуда у тебя такое увлечение – водный туризм?
- Вообще я вырос на воде, и она всегда играла важную роль в моей жизни. Но есть интересный, забавный момент – я не люблю сплавы. Не любил до Одиссеи и не люблю после )). Хотя в моей жизни всегда были сплавы и самый полный перечень водных средств: три лодки, пластиковая байдарка, два пакрафта. Но для меня сплавы – это что-то сравнимое с ездой на поезде: смотришь в окошко и ничего не запоминаешь. И, конечно же, участие в гонке Red Fox Adventure Race сыграло свою роль в любви к водным путешествиям в виде длительной гребли.
Первое участие Олега Чегодаева в приключенческой гонке Red Fox Adventure Race, 2014 год
- Проект занял 118 дней. А что для тебя сложнее: физическая готовность или психологическая устойчивость к одиночеству на протяжении такого длительного срока? А для твоей семьи и Посольства в отсутствии тебя?
- Я прошёл экзамен длиной 118 дней. И в таких длительных проектах, безусловно, самое важное – это не физическое состояние, а психологическое. Нельзя сказать, что я был в одиночестве, но в целом, рутина, длинная экспедиция, конечно, изматывает. И здесь очень важно понимать цель экспедиции: зачем это делаешь, и дробить её на более мелкие этапы. Тогда всё будет хорошо, скорее всего.
Для семьи, конечно же, это не самые лёгкие времена, но я ведь всё это делаю и ради них тоже. Посольство – прекрасное время, когда так много новых людей узнают про моё дело, про место, которое я создал. За счёт этого во многом посольство так популярно и притягивает к себе тысячи людей.
Семья, автор рисунка — Анастасия Литвинчук
Работа в Посольстве Уральских гор (ул. Мустая Карима, 44, Уфа)
- Сейчас ты можешь сказать, как интереснее посмотреть Урал: с вершин гор, снизу из недр пещер или проплыть до Ледовитого океана на каяке?
- Урал интересно смотреть со всех сторон, поэтому я этим занимаюсь. Только однобокий взгляд на Уральские горы, очевидно, наиболее беден, чем с воды, и с горы, и со скалы. Но мне, конечно, ближе взгляд с вершины горы – наиболее разнообразный, более, наверное, красивый и вызывающий восторг вариант изучения.
- Ты отмечал в одном из интервью: «Настоящий путешественник должен быть очень целеустремлённым человеком и любить своё дело. Путешествия – это 99% тяжело, одиноко, холодно, жарко. И только 1-2% - красота». 5 месяцев, почти 5000 километров. Стоит ли пускаться в такие длительные проекты, чтобы заполучить этот 1-2%? Опиши самый яркий момент этой «красоты» за 118 дней твоего проекта.
- Стоит ли пускаться в такие длительные проекты? Если я пускаюсь в путешествие, значит стоит. Но стоит для меня лично, а для кого-то совсем не стоит, пустая трата времени. В моём представлении большие проекты – это как большие камни, которые очень много весят и занимают важное место в истории твоей жизни. И даже если пройдёшь 118 “ПВДешек”, это никогда не сравнится с походом на 118 дней, потому что в этой непрерывно большой истории возникает совершенно другой мир. Ты совершенно по-другому ощущаешь себя в этом большом проекте и ставишь цели более грандиозные.
Самых красивых моментов в моей Одиссее было очень много, сложно выбрать только один. В книге, которую я напишу, все моменты будут описаны. Читайте!
- Для тебя соло-поход – это вызов самому себе или абсолютное единение с природой?
- Это идеальное состояние путешествия, когда ты ни от кого не зависишь, только от себя. Сам с собой соревнуешься, сам с собой договариваешься и можешь делать, что хочешь, без необходимости подстраиваться под другого человека. Просто мне это близко. Многим людям это не близко, и я прекрасно их понимаю. Надеюсь, они тоже понимают меня, когда пишут, почему я хожу в одиночку.
- Ты показал Урал с ракурса, который мало кто видел. Как этот «водный» угол зрения изменил твоё собственное восприятие знакомых ранее горных пейзажей?
- Кардинально не изменил мою точку зрения на Урал, потому что я и до этого много сплавлялся и видел Уральские горы с реки. Но, конечно, я посетил много мест, где никогда не был, и некоторые реки были ушедшим открытием: Вишера или Кара, например, и даже река Синьга оставили самые неизгладимые впечатления. Теперь я намного более глубоко понимаю Уральские горы, хотя невозможно сказать, что я их видел все, даже наполовину. Урал настолько многообразен, громаден и интересен, что можно путешествовать всю жизнь, и так и нельзя будет сказать, что посмотрел всё.
- Сколько километров в день ты определял как супер-результат?
- Когда планировал экспедицию, у меня не было чёткого понимания, сколько я смогу проходить на таком длительном маршруте. Но, исходя из своего опыта, взял достаточно консервативные километражи. Вниз по течению планировал минимум 50 км/день, вверх по течению – минимум 20 км/день, по гладкой воде -– 40 км/день и волоки – 10 км/день. Я понимал, что, скорее всего, если всё будет нормально со здоровьем, я смогу проходить больше. И любой результат выше этого был бы для меня уже приемлемым. Для меня очень важно всегда стремиться к чему-то большему, преодолевать больше, чем планировал. В этом есть доля соревнований с самим собой, и это важно с психологической точки зрения -– поддерживает и заставляет, добавляет больше мотивации. Cупер-результат, конечно, это 100 км вниз по течению и более 40 км вверх по течению. Примерно, вот так, где-то раза в два больше, чем я планировал на суше, готовясь к экспедиции.
- Приходилось кардинально менять план на маршруте?
- Кардинально нет, но были четыре важных участка, которые я до конца не понимал, как буду проходить. Это большие волоки, которые осуществлялись с реки Серга на реку Чусовая, с реки Вишера в реку Уя. Это волок через водораздел Ледовитого и Карского моря. Через Аранецкие болота под Саблей, и это последний волок через тундру в Кару. По большим рекам проблем не было, а вот эти четыре места проходили по малым рекам и суше, и здесь я уже полагался принимать оперативно решение на месте. Потому что с реками, особенно с малыми реками, не всегда понятно, какая будет ситуация: будет ли там вода или нет; паводок, засуха; смогу я там пройти, не смогу. И они вызывали наибольшее беспокойство всю экспедицию. А так всё прошло штатно, как и планировал. Я не люблю кардинально менять что-то на ходу, стараюсь всё запланировать заранее достаточно хорошо.
- А если случайно дольше “залипнешь” на рассвете? Как строил свой график и корректировал его?
- На протяжении дня у меня нет чёткого графика: всё зависит от целей, которые преследую и сколько хочу пройти или нет. Понятно, что у меня был минимальный километраж, но я всегда старался его преувеличить, пройти больше. И здесь уже играло много факторов. Если хороший, красивый рассвет, можно потратить больше времени. Пройдёшь меньше километров, но всё равно должен превысить потом план. А когда плохой день по погоде, нечего снимать, то просто проходишь ещё больше. То есть внутри дня нет какого-то жёсткого графика -– во многом всё привязано к творческим целям. Ну и к цели идти вперёд! Максимально далеко, каждый день.
- Где набрался энтузиазма и опыта обходить пороги с помощью волоков? Помог ли твой опыт участия в каких-то спортивных стартах?
- Энтузиазма особого и не нужно, потому что особой альтернативы нет. Я не занимаюсь какими-то экстремальными сплавами. У меня стоит большая задача. И риски, связанные с прохождением бурной воды в одиночку, без специального снаряжения на неспециализированной лодке, не входят в Одиссею. Поэтому заранее было понятно, что я буду проходить эти места волоками. И, конечно же, опять отсылка к гонке Red Fox Adventure Race и другим мультигонкам. Там мы таскали лодку знатно, по самым “гребеням”. И на тележке, и волоком, и на себе. Поэтому школа была хорошая. Мультиспорт – хороший вид спорта, который развивает в путешественнике очень много важных навыков и скиллов.
- Не считал, сколько проплыл, а сколько проволочил лодку?
- Конечно, все километры посчитаны. Но пока я их не публикую, – всё будет в книге. Все километражи пройденных и проплытых километров, вверх по течению, вниз по течению – всё это посчитано достаточно скрупулёзно.
- Что сложнее — грести против течения или тащить снаряжение по бездорожью?
- Очевидно, что тащить лодку по буреломам, скалам, горам в любом случае тяжелее, чем грести против течения. Грести против течения на самом деле не очень сложно, скорость невысокая. Сказать, что выбиваешься из сил… Это обычная аэробная нагрузка. Тихонько гребёшь 14 часов и спокойно проходишь свою норму – километров 30-40 в день. В зависимости, конечно, от силы течения. Мне даже во многом больше понравилось грести против течения. Это интересный опыт! И охота пройти много рек теперь уже в обратную сторону, вверх по течению.
- Как сушил одежду и снаряжение в условиях почти постоянной влаги?
- Ответ на этот вопрос достаточно прост – никак. Смысла в этом никакого нет. Даже если потратишь очень много сил и тепловой энергии на сушку одежды, завтра будет то же самое – она очень быстро станет опять влажной. Если стоит жаркая погода, то можно разложить одежду на солнышке вечером, и она подсохнет. Если погода влажная, то смысла вообще нет. Главное, чтобы у тебя всегда был с собой тёплый сухой спальник, тёплая сухая сменная одежда, носки. Поставил палатку, залез в спальник, приготовил горячую еду, – и вот ты уже в раю. А завтра снова будут мокрые ноги и мокрая “задница” )).
- Какие реки Урала произвели на тебя неизгладимые впечатления на этом маршруте?
- Конечно, практически все реки произвели очень яркое впечатление. Но я выделю три реки, которые мне почему-то больше запомнились. Это река Серга на Среднем Урале, река Вишера на Северном и река Кара на Полярном Урале.
- Ты упоминал встречи с оленями. Неужели одинокий путешественник на каяке действительно может потревожить целое стадо? Какие ещё неожиданные и впечатляющие «свидания» с дикой природой запомнились?
- Вообще, когда я собирался в эту экспедицию, понимал, что животных будет много, потому что реки – это традиционное место привлечения всех животных: и оленей, и медведей, и лосей. Я встречал много крупных животных на реках. И в этом была некоторая проблема, потому что медведи активны вечером и ночью. Когда стоишь в лагере и у тебя лодка полна еды, а ты в палатке и не можешь отслеживать ситуацию. И встреч было очень много: с медвежатами, без мамки, мамка с медвежатами, просто с медведями. Однажды четыре медведя окружили палатку. Но это было в горах, правда, на волоке из одного водораздела в другой. Ну и олени, конечно. Уже на севере встречал стада оленей, которые паслись ближе к воде. Очень завораживает, когда видишь, как стадо оленей начинает двигаться в каком-то едином порыве. Я как раз снимал это с коптера. Очень красиво и интересно!
- Расскажи, как организовывал ночёвки.
- Плывёшь до упора, видишь хорошее место с потенциально хорошим видом для фотографий или просто удобное, если там нечего снимать, пристаёшь, достаёшь палатку. Ставишь палатку, надуваешь коврик, кладёшь коврик, расправляешь спальник, залезаешь в сухую одежду, если особенно холодно и мокро. Быстрей в спальник, поставил горелку, – через 15 минут покушал. Час примерно делаешь вертикальный ролик, передаёшь фото, видео, текст для публикаций домой. Потом спишь. Встаёшь с рассветом, иногда кушаешь, иногда нет, садишься в лодку и пытаешься что-то снять или уже потом по ситуации. Ничего нового и оригинального. Всё как обычно.
- Дождь, ветер, туман… Непогода сильно мешала твоим планам?
- Иногда мешала, иногда помогала. Дожди, конечно, не самое приятное, но они добавляют воды в реках, и иногда это очень важно. Например, перед некоторыми волоками нужно, чтобы прошли дожди, чтобы в малых реках была вода. И они были, мне повезло. Если бы была засуха, было ещё сложнее. Ветер может дуть в спину или в лицо. Когда он дует в спину – прекрасно. Когда в лицо – конечно, мешает.
Туманы… не мешают. Только для фотосъёмки иногда мешают. А иногда создают, наоборот, более интересные ракурсы и виды в тумане. Поэтому, как говорится, «у природы нет плохой погоды». Главное быть готовым к этому.
- Тебя уже, наверное, знает каждый комар Приполярного Урала. А как спасался от гнуса?
- Те комары, которые меня узнали, уже мертвы )). Спасаться от гнуса достаточно просто: эффективно на голову надеть москитную сетку, на руки перчатки. Можно ещё побрызгаться репеллентом, но репеллент конечен, ещё и химия противная. Поэтому вот эти два вида снаряжения очень важны. И я их имел с запасом, чтобы если вдруг потеряю москитную сетку, можно было эту потерю восполнить. Однажды я даже её потерял. Основные проблемы с гнусом возникают при установке лагеря, на воде. Пока закидываешь палатку, снаряжение, и при том делаешь это максимально быстро при минимально открытом пологе, всё равно у тебя полная палатка комаров, мошек и т.д. Залезаешь в палатку и начинаешь один какой-то инсектицид.
Уничтожаешь всех, а потом сидишь и терпишь, не выходишь в туалет, чтобы опять не запустить полную тучу комаров в палатку. Немного неудобно, но в целом можно потерпеть.
- Что ты взял с собой из экипировки и еды?
- Сложно рассказать, что я взял с собой из еды и экипировки, в рамках одной статьи. По питанию я практически полностью повторял рацион 2021 года. Всё это описано в книге «Уральская экспедиция Олега Чегодаева». По снаряжению были, конечно, нюансы, потому что это водная экспедиция. Скажу так – ещё никогда у меня не было так много вещей с собой! Потому что здесь было и много электроники – солнечные панели, повер банки, – и водное снаряжение, и пешее снаряжение, для волоков. Всё опишу в следующей книге. Даже уже сделал фотографию со всем снаряжением. Всё будет подписано и показано. И, конечно же, экипировка Red Fox занимала важное место среди моего снаряжения.
- Чего опасался на маршруте?
- В первую очередь, это дикие животные и люди – биологическая, скажем так, опасность. Я уже отмечал, что реки – это всегда засилье живых существ. Это дорога, жизнь, столовая. В остальном не было проблем. Возможно какие-то неожиданные паводки на реках. Но на Урале они не настолько масштабные, чтобы тебя смыло и унесло куда-то слишком далеко. Пороги я обносил, поэтому всё достаточно безопасно и комфортно.
- Пороги, каньоны, удалённость… Был ли у тебя план Б на случай ЧП (пробоина, травма, потеря снаряжения)?
- План Б на таком большом маршруте не может быть один, их много. Но главное в обеспечении безопасности это связь. Она у меня была продублирована двумя спутниковыми устройствами. Моя жена Татьяна Сергеевна меня отслеживала и тысячи других людей на другой стороне провода. Если бы что-то случилось, и я был бы жив, то эвакуацию на Урале организовать не так уж и сложно. Средства под это были заложены. Если бы я был уже не жив, тогда и смысла в этом никакого нет. Поэтому всё было под контролем.
- Мы все наблюдали за красивыми рассветами и живописными видами Урала в твоём канале. А было ли какое-то разочарование от увиденного на маршруте?
- Разочарование и восторг – это стандартный перечень любого путешествия. Некоторые места представляешь себе в одном ракурсе, а получается не совсем так, как думал. В частности, например, волок через водораздел я себе представлял, что это будет более эпично и красиво, но там достаточно спокойный пологий рельеф Уральских гор. Поэтому та картинка, которую я видел, когда разрабатывал маршрут, – тащу по горам, тундрам Северного Урала лодку, морской каяк – конечно, случилась, но не в таком масштабе, как я себе это представлял. В основном маршрут больше меня удивлял, чем разочаровывал, что, безусловно, приятно. Надеюсь, это отразится в моей книге.
- Часто ли чувствовал себя «одиноким и усталым»?
- Одиноким я себя не чувствовал никогда, потому что со мной были на связи семья и друзья. И я понимал, что за мной наблюдают тысячи людей. Усталым… иногда чувствовал. Особенно когда гребёшь 14-16 часов в день. Но если сравнивать, например, эту экспедицию с пешим походом в 2021 году, конечно, пеший был намного более сложным и изматывающим. Потому что идти по горам вверх-вниз с рюкзаком – это всё-таки не то же самое, чем махать целый день веслом, особенно если вниз по течению.
- Ты — опытный горный путешественник. Что из горной экипировки оказалось незаменимым и на воде? Есть ли по-настоящему универсальные вещи для любых стихий?
- Не скажу, что у меня было много горной экипировки. Скорее у меня была экипировка для треккинга. В путешествиях по Уралу в первую очередь используется такое снаряжение. Но из горного снаряжения, конечно, самая универсальная вещь, которая пригодится в любой жизни, – это карабины. Я использовал карабины для перетаскивания лодки. Ну, и в целом экипировка: термобельё, пуловер Red Fox Power Stretch Multi, например, я использую уже много лет и в походах, и на сплавах. Идеально подходит для всего.
- Какие три предмета в своём рюкзаке ты считаешь обязательными для выживания и комфорта в условиях твоих проектов?
- Я все предметы в своём рюкзаке считаю принципиально важными для комфортного путешествия и выживания. У меня нет ничего лишнего, чтобы я таскал ради того только, чтобы таскать. А если уж прямо выживание-выживание (если мы не берём, конечно, еду, которая тоже нужна), то это средства навигации – компас, карта, навигатор, – источник огня и плащ-накидка от дождя, которая позволит немного защитить себя в плохую погоду и обустроить себе палатку. Но, повторюсь, у меня в рюкзаке нет ничего лишнего.
- По ходу путешествия ты как-то отметил, что силы грести неизменно появлялись тогда, когда я начинал это делать против течения. Это мощная метафора. Как считаешь, возможно, в этом и есть смысл твоих соло-путешествий? Что вообще служит твоим внутренним мотором?
- Движение против течения – это история не только про сплавы, но и в целом про жизнь. Если идёшь против течения, то, наверное, добьёшься большего в жизни, чем, если “плывёшь” по течению. Мне так кажется. Но я уже объяснял, почему хожу в одиночку. Потому что мне это нравится, это более эффективно. Есть ли какой-то протест? Скорее нет, чем да. Хотя, с другой стороны, я всегда пытался отличаться чем-то от других. С детства ещё мне всегда было приятно сделать что-то наперекор. Поэтому если мы посмотрим, что классика жанра – это ходить с кем-то, может быть, и протест в какой-то степени. Но, в первую очередь, это безусловно эффективность и комфорт для меня.
- Ты документировал свой путь и ежедневно публиковал видеоотчёты. Это намерение «здесь и сейчас» заинтересовать твоих подписчиков подобным видом путешествий или, скорее, в общем создать новую визуальную энциклопедию Урала?
- Я люблю многозадачность. Безусловно, ролики, которые я снимал и монтировал по два часа каждый день, тратил на них много сил и времени – с одной стороны, возможность привлечь аудиторию «здесь и сейчас». И аудитория у меня увеличилась в два раза за всю Одиссею. Это, безусловно, важно. Но это также и задел на будущее. Эта аудитория потом купит мою книгу, которую я планирую написать. Второй том, условно, большой «Уральской энциклопедии», который теперь уже будет написан не ногами, а руками, вёслами.
- Если сравнивать водные путешествия и горные восхождения — в чём принципиальная разница в рисках и нагрузках для тебя?
- Разница на самом деле значительная. Пеший маршрут более сложный и опасный. Потому что когда идёшь пешком, каждый шаг может быть условно последним. Необязательно погибнешь, но можешь оступиться на курумах, буреломах, упасть, подвернуть или сломать ногу. Это подстерегает тебя практически на каждом шагу. На реке такого нет – в любом случае, гребёшь ли вверх по течению или вниз. Просто такая монотонная “пахота” по достаточно гладкой речной поверхности. Но здесь появляются другие факторы. Например, фактор риска, связанный с изменением уровня воды в реках. Ты никак не можешь прогнозировать погоду. И когда идёшь пешком, по сути это тоже, конечно, влияет, но не так принципиально. Допустим, при затяжных дождях во время сплава реки могут стать просто непроходимыми. Или при засухе реки пересохнут, придётся тащить всё это, грести не сможешь. В общем, безусловно, различие есть. И мне ближе пеший маршрут.
- Работая высотным фотографом на отдельных проектах, в том числе на Red Fox Elbrus Race, ты сам наблюдал со стороны, как многие преодолевают себя ради достижения вершины. Хотелось бы тебе со стороны взглянуть на себя самого в самые сложные моменты этого путешествия?
- В какой-то степени я, конечно, смотрю на себя со стороны, потому что стараюсь все сложные моменты записывать, делать видео, фотографировать. И не лукавить, показывать, как есть. Если плохо, то плохо. Если морально подавлен, значит морально подавлен, – я увижу себя в такие сложные моменты. И когда смотришь потом уже на эти моменты, переживаешь их по новой. Через месяц, два, три, когда монтируешь видео или пишешь книгу, то немного по-другому уже воспринимаешь и наблюдаешь как будто со стороны.
- Ты говоришь, что не занимаешься экстремальным туризмом – тогда в чём была сверхзадача в столь непростом путешествии?
- Сверхзадача – пройти этот маршрут первым в мире человеком, пройти весь Урал. Это половина задачи. А вторая задача – отснять материал, рассказать людям максимально подробно. Создать какую-то логичную, постепенно развивающуюся историю, от Южного Урала до Ледовитого океана. И никакого по возможности экстрима. Потому что экстрим в таких долгих путешествиях – не совсем то, что нужно. Сложно пройти такой долгий путь, постоянно подвергая свою жизнь и здоровье опасности.
- Звание «Амбассадор Уральских гор» теперь получило новую трансформацию? Ведь ты изучил Урал уже и сверху, и снизу, и вдоль и поперёк. Как Одиссей взял Трою, ты решил взять весь Урал, исследовав его со всех возможных сторон?
- Знаете, когда я придумывал хэштег #амбассадор_уральских_гор, это было достаточно давно. И тогда не так много было амбассадоров вокруг нас. А сейчас это стало даже уже каким-то ругательным словом, что ли – «амбассадор». Теперь каждый второй амбассадор чего-то. И я даже постепенно начинаю меньше использовать этот хэштег, хотя, конечно, он пока всё равно сохраняется. А вообще да, моя цель – это познать весь Урал и рассказать о нём людям. И любые способы для этого прекрасны – снизу, сверху, под водой, под землёй. Урал многогранен и стоит о нём говорить, показывать людям.
- Ты нарисовал треки Одиссеи. Для кого? Какими ты видишь своих последователей?
- Я не знаю, кто это будет. Это может быть любой человек, мальчик, девочка – без разницы. Как и отмечал ранее, я вижу развитие туризма на Урале, да и в целом, как эволюционную поступательную историю. И каждый большой проект – это определённая ступенька в этой истории. Думаю, что моя «Одиссея» – это тоже определённая важная ступенька. Мне кажется, этим маршрутом я подарил людям какую-то большую идею. Возможно, о которой они никогда не задумывались – что так можно ходить по рекам и горам. И я надеюсь, что она будет развиваться дальше. И мои последователи или просто мои земляки, москвичи, питерцы – кто угодно – будут ходить ещё более интересные и крутые маршруты по Уралу, конечно же, учитывая и мой опыт тоже.
- Какой из твоих проектов раскрывает душу Урала полнее, на твой взгляд? И если бы пришлось выбрать только один, что бы ты выбрал?
- Так как Урал многогранен и душ у него много, все проекты раскрывают какую-то одну грань души. Нельзя выбрать один. А какой бы я выбрал? Я выбрал бы будущий проект, которых очень много, и они обязательно будут! И будут, я надеюсь, не менее интересными, чем те, которые я уже сделал.
- Олег, благодарим за эту возможность заглянуть в «закулисье» твоей грандиозной Одиссеи. Ещё раз поздравляем с успешным завершением этой невероятной экспедиции! Пусть каждая новая глава твоей энциклопедии находит своего благодарного читателя, вдохновляя и открывая всю мощь и красоту Урала. Ждём с нетерпением книги, новых проектов и, конечно, тёплых встреч!