В Краснодаре возле парка Галицкого разыгрался не кулинарный, а откровенно криминальный спектакль. Главные роли: недовольный клиент и «мигранты-специалисты» по шаурме, которые вместо соуса добавили в блюдо острых ощущений. Сюжет банален, как пересоленный лаваш: парень купил шаурму, обнаружил, что мяса в ней — только на понюхать, и попросил вернуть деньги. Но вместо честного диалога получил в лицо свой же несчастный обед, а затем — коллективные увесистые аргументы от всей бригады «поваров».
«Эй, коза, ты чего делаешь?» — это не вопрос, это приговор.
Фраза, брошенная одним из участников драки, могла бы стать эпиграфом ко всей этой истории. Потому что вопрос «что ты делаешь?» должны задать себе все участники этого балагана. Покупатель — зачем пошел выяснять отношения с людьми, для которых кулаки — главный аргумент? Продавцы — как они вообще допускают, что еда становится разменной монетой в уличных разборках? И главное — те, кто молча наблюдал, как толпа избивает одного, что делаете вы, кроме съемки на телефон?
Дело не в национальности. Дело в культуре потребления и культуре обслуживания, которые скатились до первобытного состояния. Когда начинку в шаурму кладут с таким скрипом, что проще бросить ее в лицо клиенту, чем добавить лишний кусок мяса. Когда диалог заменяется мордобоем. Когда вместо кассового аппарата проще применить кулаки.
Эти «трудяги» явно усвоили лишь один принцип ведения бизнеса: нахамить, наглеть и, если что, — дать в бубен. И неважно, откуда они приехали — из ближнего зарубежья или из соседнего района. Важно, что их поведение — это диагноз всей уличной торговле, где правила устанавливает тот, кто громче крикнул и сильнее ударил.
Самое отвратительное в этой истории — даже не сам факт драки, а реакция окружающих. «Как всегда, мигранты дружно толпой били одного парня, пока все остальные так же дружно смотрели на это». Эта фраза — приговор не только участникам, но и всем нам. Общество, которое привыкло снимать на телефон, а не вмешиваться, заслуживает тех мигрантов, которых оно терпит.
Пока мы молча жуем недошаурму и проходим мимо, когда кого-то бьют, мы становимся соучастниками этого цирка. Мы платим деньги за плохую еду, а затем платим молчанием за то, что нас же и унижают.
Пока же вывод простой: хотите шаурмы без последствий — готовьте дома. Или готовьтесь к тому, что за недовольство могут и въехать.
