- Ощущение, что вы до сих пор переживаете за томских крестьян
- Нас так учили! Я же старой школы руководитель. Если ты делаешь что-то, делай для людей. И с помощью людей. Для чего мы придумали и проводили Сельские сходы? Чтобы все аграрии области вместе, включая власть всех уровней, депутатов обсуждали и решали, как дальше жить русскому селу, услышали лучших экспертов страны, узнали о реальности достижений успешных томских крестьян: Владимира Николаевича Селихова в растениеводстве, Геннадия Николаевича Сергеенко в животноводстве… Для чего я собирал и возил томских руководителей по всему миру, показывал современные агропромышленные производства, фермы на 2-4 тысячи, 10-15 тысяч молочных коров? Чтобы томские аграрии видели, какое будущее у сельского хозяйства, чтобы не боялись его. Чтобы понимали, что дело не в тысячах гектаров или квадратных километрах, а в технологиях, современной сельскохозяйственной технике, которую не надо ремонтировать через круг во время уборки, когда каждый день год кормит.
- А есть проекты, которые не удалось реализовать?
- Есть. Первый проект: откормочник. Бычки, которые остаются от таких больших молочно-товарных ферм как в том же Больше-Дорохово, их надо собирать, докармливать до товарного веса, а не вывозить за пределы Томской области. Это же дефицитное и страшно дорогое «красное мясо», которое сейчас уже до 1000 рублей за килограмм стоит в томских магазинах.
Второй проект. Начинала одна семья кролиководческую ферму, но семья распалась и проект рассыпался. А мясо кроликов очень ценное, гипоаллергенное, диетическое. В нем мало жира, низкий уровень холестерина, много витаминов и микроэлементов, поли- и мононенасыщенные жирные кислоты. При нынешнем спросе на здоровое питание – идеальный продукт. Но не случилось. Если кто возьмется, проконсультирую.
- А вы сами почему не возьметесь за ту же кроликоферму?
- Время, действительно, сейчас появилось. Домом занялся. Летом своими руками, - не без помощников, конечно, - даже веранду небольшую на берегу Катуни соорудил, вспомнил стройотрядовскую юность. В молодости и бизнесом успешно занимался, мог бы наверно вернуться. Но бизнес требует жестких, иногда даже циничных подходов, а я от них отвык за десятилетия работы на государственной службе. Я все-таки государственный человек старой формации. И тут уже армянские гены дают о себе знать. Меня, когда спрашивают, что я заработал в Томской области, отвечаю: «Три сердечных стента». Привык переживать за других людей, радуюсь успехам, огорчаюсь неудачам. Нас так учили…Теперь поздно переучиваться.
