Личные дневники Марии Сванидзе, десятилетия хранившиеся в личном архиве Сталина, представляют собой уникальный исторический источник. Будучи женой родного брата первой супруги вождя, она принадлежала к узкому кругу доверенных лиц и фиксировала частную жизнь советского лидера с почти семейной откровенностью.
Расстрелянная родственница
Мария Анисимовна Корона (в замужестве Сванидзе) занимала особое положение в окружении Сталина. Её муж Александр Сванидзе приходился родным братом Екатерине Сванидзе — первой жене вождя. Однако это родство не спасло супругов в годы Большого террора.
В 1937 году Александра Сванидзе арестовали по обвинению в «антисоветской деятельности» и вскоре расстреляли. Марию арестовали в том же году, а в 1939 году приговорили к 8 годам лагерей за «сокрытие преступной деятельности мужа». В 1942 году её расстреляли по решению Особого совещания при НКВД.
Примечательно, что дневники казнённой родственницы Сталин сохранил в своём личном архиве — факт, отмечаемый историком Николаем Зеньковичем.
Тайна смерти Надежды Аллилуевой
Особый интерес в дневниках представляются записи, проливающие свет на обстоятельства смерти второй жены Сталина — Надежды Аллилуевой. 9 мая 1935 года, во время семейного собрания, родственники обсуждали эту трагедию.
Согласно записям Сванидзе, Евгения Аллилуева (жена брата Надежды) говорила о серьёзных проблемах со здоровьем покойной: «Надя была очень больна», страдала «приступами тоски». Сама Мария Анисимовна добавляла, что у Аллилуевой наблюдался ранний климакс и мучили сильные головные боли.
Почему Ленин отдал Польше Западную Украину и Западную Белоруссию
Эти свидетельства важны как альтернатива версиям о причастности Сталина к смерти жены, показывая, что близкий круг знал о психологических и физиологических проблемах Аллилуевой.
Запретный роман
Главной героиней второго сюжета, на который обратили внимание историки, как ни странно, снова стала упомянутая Евгения Аллилуева. Мария Сванидзе была уверена в том, что между ней и Сталиным существовала любовная связь. Их роман развивался на глазах Сванидзе, которая тут же подметила, что летом 1934 года Евгения всеми силами стремится остаться наедине со Сталиным. Зимой того же года, по наблюдениям Марии Анисимовны, эти отношения все еще продолжались.
Симон Себаг-Монтефиоре в своей книге «Сталин. Двор красного монарха» приводит выдержки из дневника Марии Сванидзе, которая часто становилась свидетельницей бесед между Сталиным и Евгенией. Сванидзе писала: «Он (Сталин) пошутил над Женей, что она опять начала поправляться. Он разговаривал с ней очень ласково. Теперь, когда мне все известно, я буду еще внимательней следить за ними». Впрочем, следить Сванидзе, как уже было сказано выше, оставалось недолго.