Ресторан для драконов и людей «Бронзовый коготь» всегда был престижным пафосным местом, и престиж и пафос ему придавало не только то, что он находился в центре города. Нет, вес в глазах драконов и людей ему добавляло другое: он был известен своей хорошей кухней – подавалась в нем по-особенному вкусная еда, и это то самое важное отличие, благодаря которому он пользовался успехом. А еще по-особенному уютная атмосфера – посетив бар однажды, всегда хотелось потом опять вернуться и испытать вновь положительные эмоции. Нет, конечно, другие рестораны тоже могли похвастаться и кухней и атмосферой, но в «Бронзовом когте» этого добра было больше. Тут всегда собиралась приличная публика и велись доброжелательные и умные беседы. Честь и хвала драконьему богу – цены в ресторане были невысокими, то есть не такими, что только за стакан обычной воды пришлось бы выложить все до последней золотой монеты и потом сожалеть о неразумности траты. Расстраиваться едва ли не до горьких слез.
Уютное помещение ресторана было вытянутым в длину, но не чрезмерно. Там стояли в три ровных ряда круглые накрытые белыми скатертями столики с удобными стульями и лежанками, причем как от столика к столику, так и между рядами расстояние было достаточным, чтобы любой мог пройти, не испытав стеснения и ни на кого ненароком не наступив. На стенах, оклеенных зеленоватыми обоями с цветочным орнаментом, висели картины и корзинки с цветами, впрочем, им мало кто уделял внимания, поскольку все были поглощены общением друг с другом: драконы с драконами, люди с людьми, драконы с людьми и люди с драконами.
Здесь надо обязательно сказать вот о чем. Заботливый драконий бог дал многострадальному и, чего уж там скрывать, суровому миру драконов и людей много полезных вещей, без которых их тягостный быт не стал бы комфортным, как сейчас. Драконий бог дал интернет, другие технологии, искусство и… да много чего еще – все перечислить не получится. Впрочем, у этой сладкой пилюли в притягательной оболочке есть немного неприятной, хотя вполне терпимой начинки – драконий бог зачем-то дал миру и бесполезные вещи вроде либерализма, консерватизма или бессмысленного и даже немного опасного для здоровья людей и непригодного для природы веганства. Видимо, чтобы и драконам, и людям было о чем жарко и до брызганья слюной спорить.
В двери ресторана вошли двое – молодой дракон и парень. Дракон был ростом с двух человек, если одного поставить на плечи второго. Дракона покрывала темная чешуя – вот она, главная особенность, которая роднит их с ящерицами, только ящерицы – существа отчасти противные, а драконы – благородные, по крайней мере, они уже давно доказали, что благородства им не занимать. У дракона были мощные крылья, которые он изящно складывал за спиной, – как человек аккуратно укладывает волосы на голове, так и дракон старается складывать крылья за спиной так, чтобы они выглядели безупречно или хотя бы просто прилично. У дракона была вытянутая голова с мордой, похожей на морду каймана, но только с двумя маленькими симпатичными рожками на носу и двумя большими закругленными рогами на голове. Драконам не чуждо чувство прекрасного, что, к слову, не вызывает противоречий. Все драконы имеют сложный характер, тонкую душевную и эмоциональную организацию, потому неудивительно, что они любят разные украшения: цепочки, кольца, серьги, – в общем, все то же самое, к чему неравнодушен и человек. У вошедшего дракона на шее висела мощная позолоченная цепочка, простая, не вызывающая порицающих роптаний, мол, смотрите, какой вульгарный вкус у этого дракона, лучше бы он не денег много имел, а понимание, какие украшения ему идут, а какие нет.
А что за парень рядом с драконом, это же не перекус его? Верно, не перекус, он – друг дракона. Они были друзьями, близкими настолько, что оба ели из одной тарелки, охотились плечом к плечу, летали вместе; они были преданны друг другу то такой степени, что готовы были броситься и в огонь, и в воду – и медные трубы переплавить на доспехи. О парне не скажешь, что он был таким высоким, что затылком ударялся о дверной косяк, когда входил в дверь. Впрочем, его и не назовешь коротышкой, которому, чтобы сесть за стойку в баре, надо два стула друг на друга поставить – он был обычного роста, может, немного повыше.
У него были волнистые бережно уложенные на правую сторону светлые волосы; глаза не то голубоватые, не то зеленоватые (одни, посмотрев на него, говорили, будто зеленые, другие же утверждали, что голубоватые, скорее всего, это происходило из-за разного освещения). Его лицо с мягкими контурами было приветливым, не очень тонкие губы застыли в еле заметной полуулыбке – не то от радости, что наконец попал в ресторан, не то просто потому, что на сердце было легко. Еще у него была родинка на лбу, но эта его скромная особенность открывалась, только когда он укорачивал челку или зачесывал ее набок. Парень пришел в рыцарских доспехах, начищенных так, что казалось, будто только на днях их купили и надевали от силы, может, два раза, хотя в действительности им было больше трех лет – стирка, чистка многие вещи делает на вид новыми, свежими и опрятными. Когда парень двигался, доспехи издавали не очень противный лязг и скрежет.
В ресторане было немноголюдно, возможно потому, что была середина рабочей недели – среда. Не исключено, впрочем, что просто еще не настало время, когда сюда ринутся толпы посетителей, свободных от работы. Везде сидели драконы – большие, маленькие, все как на подбор устрашающие, но при этом ведшие себя культурно (интеллигентное поведение свойственно драконам и некоторым людям). Кстати о людях! Они тоже присутствовали: и старались в воспитанности не отставать от своих крылатых друзей – культурное заведение для культурных посетителей. Воздух наполнял нежный аромат, не то фруктовый, не то цветочный – но определенно не раздражающий, не вызывающий желание открыть окна, чтобы немедленно проветрить помещение. Бар заливал расслабляющий свет люстр, висевших под потолком. Звучала ненавязчивая музыка.
– Где она? – полюбопытствовал Иван у Армеса. Пора уже назвать главных героев, а то скучно становится – все описания, да описания, ни грамма интриги. Нудно! Иван то вытягивал шею и вертел головой, то всем телом поворачивался, ища взглядом ту, ради кого они пришли. Дракон не спеша окинул взглядом помещение и присутствовавших.
– Вон она, в том углу, – одухотворенно сказал Армес, и направил взгляд в дальний угол ресторана, где за круглым столом скромно сидела та, которую он надеялся до конца своих дней с любовью и восхищением называть дамой сердца.
Армес не мог удержаться от того, чтобы не восхититься ею. Вживую дракониха выглядела даже лучше, чем на фотографии и на видео, которыми они с ней начали обмениваться, когда обычная переписка перестала удовлетворять их. У драконихи Олинды (главных героев надо знать по имени, и в приличном обществе называть кого-то не по имени или только по фамилии, особенно если люди давно знают друг друга, – признак вульгарности) была мелкая розовая чешуя. Очаровательную вытянутую, как у ящерицы, голову украшали две пары загнутых назад маленьких рожек. Один из рогов украшали три серебряных кольца. Вот она, непобедимая сила красоты: не только женщины беспокоятся о ней, но даже прекрасные представительницы драконьего племени не могут не думать о своей внешности. У нее за спиной вздымались сложенные изящные крылья – чему тут удивляться, почти у всех драконих маленькие, отличающиеся особенным изяществом крылья – плавные в изгибах, гладкие, словно их обтянули шелком. В полете ими залюбуешься. Хвост заканчивался розоватой пушистой кисточкой.
У Олинды в правой лапе был зажат красный платок.
– Мне кажется, вам не стоило спешить с первым свиданием, – сосредоточено произнес Иван, его лицо стало озабоченным. – Думаю, вам надо было подольше пообщаться через переписку, тщательнее прощупать почву, чтобы знать, точно ли вы хотите друг с другом встретиться. Готовы ли?
– Мы целый месяц переписывались, – заметил Армес. – Это не так уж и мало.
– Надеюсь, она не устала нас ждать, – предположил Иван и с легкой укоризной добавил: – Говорил же тебе, надо на час раньше выходить. Кстати, а ты предупредил ее, что придешь не один?
– Да, предупредил, и она не возражала, – решительно ответил Армес.
– Хорошо.
– Да.
– Мне всегда казалось, что это кавалер должен томиться ожиданием встречи со своей пассией. Нервничать, места себе не находить, – продолжил Иван.
– Да? – Армес удивленно приподнял бровь и вопросительно посмотрел на Ивана. – А это не сексизм? То есть мы живем в современном мире, где существует равенство полов и все такое, что с ним связано.
– Ой, не забивай себе голову этими мелочами, – с улыбкой отмахнулся Иван, решив сменить тему разговора. – Я просто так спросил, раньше это имело значение.
За стол к драконихе подсела девушка. На незнакомке было простое коричневое платье с длинными рукавами и спускавшееся почти до щиколоток. Она имела стройную фигуру, но если бы ей в голову пришла идея выбрать более узкую одежду, то и достоинства ее тела подчеркивались бы сильнее. На ногах у нее красовались темно-зеленые туфли на низком каблуке – в целом в одежде девушки не было ничего такого, что могло бы привлекать слишком много утомительного и ненужного внимания. У нее были черные волосы, не настолько короткие, что ее можно было со стороны к своему замешательству принять за мальчика, но и не такие длинные, чтобы спадать ниже пояса. У девушки было миловидное лицо. В руке она держала ножны с мечом. Дракониха и девушка улыбнулись друг другу и обменялись короткими фразами, которые друзья, разумеется, не расслышали.
– Кстати, она, похоже, подругу с собой привела. Отлично, будет двойное свидание, – с радостью произнес Армес.
– Правда? – заинтересованно уточнил Иван.
– Да.
– Но я не хочу ни с кем знакомиться, – повысил было голос Иван, но потом равнодушно хмыкнул. – Мне и одному хорошо. Зачем мне кто-то нужен? Я от предыдущих неудачных отношений еще не совсем отошел.
– Со своей последней избранницей ты расстался – сколько – десять или одиннадцать месяцев назад?
– Одиннадцать…
– Одиннадцать!
– Я не понял, ты что, каждый день с того момента подсчитывал? – изумился Иван
– Нет, но… – замялся Армес.
– Стоп, подожди, мы вообще о чем говорим? – с ноткой раздражения в голосе воскликнул Иван. – Мы тут из-за тебя, это твою личную жизнь мы надеемся устроить, а не мою.
– Ну, чисто технически правильно, – согласился Армес. – Однако мне тоже не все равно, что с тобой будет. Ты усердный парень, блюдешь христианские догмы, не боишься не отступать тогда, когда все прочие уже по сто раз успели руки опустить. Ты слишком пробивной, что прочих раздражает, а меня восхищает. Ты выигрывал пять раз подряд в рыцарских турнирах, ты готов отказаться от своего комфорта ради других. А еще у тебя есть успешный интернет-магазин по продаже рыцарских доспехов.
– Интернет-магазин принадлежит не мне, а моему отцу. Я у него только работаю, – поправил друга Иван. Ему почему-то вдруг стало неловко, и он опустил глаза.
– Хорошо, я преувеличил, интернет-магазин принадлежит твоему отцу, но при этом все равно у тебя успешно получается вести бизнес.
– Ой, ты такой хитрый лис, ты всегда все мои достоинства мне прямо в лицо перечисляешь, – иронично заметил Иван. – Хотя, конечно, мне это нравится, и я это ценю. Спасибо.
– Попробуй познакомиться с ее подругой, – предложил Армес. – Ты ничего не потеряешь. Если у вас ничего не получится – просто расстанетесь.
– Хм, ну хорошо, – с неохотой ответил Иван.
– Чудно, идем, – обрадовался Армес и по-дружески хлопнул Иван по спине.
Оба выдохнули, собрались с мыслями и попытались унять волнение. И, в принципе, им это удалось – волноваться они стали гораздо меньше, чем тогда, когда готовились к встрече.
– Здравствуйте, дамы! – несколько сбивчиво (нужно помнить, что друзья хоть и справились с волнением, но не избавились от него полностью; вообще не волнуются только мертвецы) начал Армес, когда они с Иваном подошли к столику Олинды и ее подруги. Армес нервозно подергивал хвостом, простодушно улыбался, его голос звучал немного прерывисто, но он все равно пытался держать себя в руках, чтобы не натворить глупостей, от которых он будет выглядеть нелепо.
– Здравствуйте, – доброжелательным тоном произнесла Олинда и поднесла платок к зубастой пасти, чтобы скрыть смущение.
– Прости, что опоздал. Пробки! – попытался шутливо оправдаться Армес.
– В небе? – вдруг с едкой укоризной спросила девушка, сидевшая рядом с Олиндой. – Ты дракон, ты летаешь по небу, какие там могут быть пробки?
– Ну, Надя, не делай из мухи слона. С кем не бывает, – еще больше смутившись, воскликнула Олинда и замахала платком. Ее щеки покраснели, она отвела застенчивый взгляд в сторону.
– О, и я вижу, ты с пустыми руками! – возмущенно продолжила Надя. – Мог бы ради приличия моей подруге букет цветов подарить, она все-таки себя не на свалке нашла.
Девушка окинула суровым взглядом дракона.
– Моя вина, не догадался, извините, – начал оправдываться Армес, но вышло у него это как-то глуповато.
– Надя, дорогая, успокойся, мне важен сам дракон, а не его подарки, – Олинда по-доброму посмотрела на подругу.
– Ладно, молчу.
– Я рада встрече, – с приветливым тоном обратилась Олинда к Армесу и Ивану.
– И я тоже очень рад, – ответил Армес. Сейчас он чувствовал себя более уверенно, чем прежде, вероятно, доброжелательность Олинды сыграла свою роль. – Накануне нашей встречи я очень беспокоился: плохо ел, плохо спал, летать нормально не мог, огонь плохо выдыхал.
– Ничего, успокойся, пока, вроде как, все складывается удачно.
– Полагаю, да.
– В переписке ты о себе многое рассказал, – сказала Олинда. – Но, наверное, есть что-то, чем ты решил не делиться. Мне было бы интересно послушать. Потом я о себе расскажу. Я хочу, чтобы наша беседа состоялась, как это говорится у людей, лицом к лицу.
– Отлично. Я уже рассказывал тебе, что родился в большой семье, помимо меня в гнезде было еще семь братьев. Я по старшинству – третий.
– Помню. Большие семьи – хорошо.
– У нас семья дружная. У моего отца есть бизнес: он занимается строительством домов, амбаров, загонов для животных. У него есть своя целая деревня с тремястами крестьянами. Они народ упрямый, дерзкий, но если им дать общую цель, то прекрасно могут действовать сообща. Сначала крестьяне боялись отца, что неудивительно: он же ведь не лошадь, а дракон – большой, сильный, с огромными крыльями, взмахами которых он мог бы целый замок легко сдуть. Потом он договорился с крестьянами о сотрудничестве, мол, чего нам ссориться, давайте вместе строить светлое и прекрасное будущее, – так они и сработались. Мой отец защищает крестьян от всяких разбойников, других драконов, помогает строить им дома и прочее, а они взамен этого не бегают за ним с вилами. В общем – все довольны. Кстати, мой отец на днях еще крестьян пригнал.
– Ты рассказывал о своем отце, а вот последнее для меня стало новостью. Но я рада, что ваш бизнес процветает, мне нравится, когда кто-то добивается успеха, это прямо подстегивает саму что-то сделать.
– Спасибо, – поблагодарил Армес. Он был искренне тронут ее словами. – Моя мать долгое время была домохозяйкой, но на прошлой неделе пошла работать швеей. Ей надоело дома сидеть, что правильно, женщина должна реализоваться. И потом, мы драконы взрослые, за нами не нужен глаз да глаз. Она нам, кстати, не сразу сказала, что устроилась на работу. Ей показалось, что сделать из этой новости сюрприз будет хорошей идеей. Получилось – оценили на пять баллов из пяти. У нее есть хобби: она шьет красивые шарфы. Правда, я вчера, неудачно чихнув, случайно подпалил край шарфа, который она связала мне. Я ничего не сказал, чтобы не огорчить ее – это же все-таки большой труд. Я религиозный дракон. Я верю в нашего основателя и спасителя – драконьего бога. Я бы хотел однажды вживую его увидеть и попросить о том, чтобы он дал мне большие крылья. То есть меня и мои крылья устраивают, они крепкие, надежные, но иногда я мечтаю о чем-то большем. Кстати, мои родители тоже верят в драконьего бога, но многое, что о нем говорят, мои мать и отец подвергают сомнению. Забавно, что им никто не может ничего доказать.
– Я тоже верю в драконьего бога, – торжественно воскликнула Олинда и положила когтистую лапу себе на грудь, радуясь, что нашла того, кто разделяет ее веру. Ее глаза жемчужного цвета заблестели, загорелись от восторга, однако в ту же секунду блеск пропал, и в них воцарилось спокойствие. – Но я не знаю, о чем его просить, разве что о здоровье и счастье родных и близких. Правда, я стараюсь при ком попало не касаться этой темы, поскольку меня за мою веру однажды люди высмеяли и драконы тоже, но от людей насмешек было больше. Я тогда сильно расстроилась, аж на горькую слезу пробило.
– Это ужасно, – сочувственно ответил Армес и скрестил на животе лапы.
– Есть тут отчего впасть в уныние. Впрочем, я сожгла их, – с некоторой гордостью призналась Олинда. – Я убила десять человек.
– Жестко. Ну и поделом. Смеяться над чьими-то воззрениями плохо. Я не люблю таких людей, да и драконов тоже.
– О чем еще расскажешь?
– У меня высшее образование в области драконьей психологии. Я работал по профессии в одной больнице, но недолго – три года, потом уволился, потому что не сработался с коллективом.
– О, и это помню. Ты тогда написал, что тебе какая-то предсказательница сказала, что якобы еще наплачешься, пожалеешь.
– У меня есть один друг – вот он, рядом, – Армес положил лапу Ивану на плечо. – Мне его вполне хватает. Зачем вообще много друзей, и одного будет за глаза. Одного, зато такого, который с тобой пойдет и в огонь и в воду, и в пасть к другому дракону влезет.
– Полностью разделяю твое мнение, количество не равно качеству, – сказала Олинда. – У меня также, кроме Нади, нет друзей. Мы с ней как сестры.
Армес и Олинда рассмеялись.
– Ты писал, что любишь читать. Что ты прочитал последнее? – осведомилась Олинда после секундной паузы.
– «Познай свой хвост», – произнес Армес.
– Я ее тоже читала. Это моя любимая книга. И какая цитата из нее тебе нравится?
– «У каждого человека должен быть свой дракон, а у каждого дракона должен быть свой человек».
– Интересная фраза, но не моя самая любимая.
– Да, на любителя.
Оба замолчали.
– Теперь моя очередь, – сказала Олинда. – У меня есть младший брат, это ты уже знаешь. Мне нравится кусать его за кончик хвоста, если он сильно балуется. Иногда это бесит, однако я прекрасно осознаю, что это же маленький ребенок, а детям положено бегать, прыгать, шалить. На днях он сильно разбаловался, и мне пришлось его укусить до крови за кончик хвоста. Но я всем говорю, что это он сам – силы не рассчитал. Ты тоже никому не говори об этом. Я тебе по секрету об этом рассказала.
– Я нем, как могила, – иронично заметил Армес и провел двумя пальцами по губам, будто застегивая молнию.
– Я училась в институте драконьей экономики, правда только два семестра: потом потеряла интерес, поняла, что не этим хочу заниматься – я просто не видела для себя большого смысла заниматься цифрами, графиками – всей этой мертвечиной. Я больше люблю искусство – в основном драконью живопись – графику и расписное дело. Многие, кто видел мои работы, называли меня талантливой. Я свои работы продавала в интернете, а деньги, которые получала с продажи, жертвовала на еду бездомным людям и на поддержку молодежи, живущей в деревнях. Нужда и беды людей всегда трогают мое сердце.
– О, как же это благородно! А как же те, кого ты сожгла?
– Это исключение. Тем более что по ним не было видно, что они в чем-то нуждались. Они же улыбались, смеялись. Разве человек, у которого все плохо, будет улыбаться и смеяться? Нет, не думаю.
– Хм, логично!
– В общем, что о них говорить?
Олинда и Армес отвлеклись друг от друга и обратились к Ивану и Наде.
– Так, а вы, ребята, чего молчите? – спросил Армес. – Поговорите уже, наконец, друг с другом.
– Вот-вот, – поддержала Олинда. – Надя, давай, что ты сидишь, как не своя, познакомься с молодым человеком, а то несчастный вон скучает.
– Сейчас, не торопи, – лениво отозвалась девушка. Она пристально посмотрела на Ивана, помолчала, потом сказала. – Меня зовут Надя, но мое имя тебе уже назвали. У меня есть младший брат: двоечник, любит коллекционировать пики с рыцарских поединков, любит тыквенный пирог и ненавидит, когда его заставляют купаться. Вчера он залез в бочку, и мы с отцом три часа не могли его оттуда выманить. Мой отец – вдовец, знает три языка.
– Про отца… жалко его, потерять близкого человека – тяжелая трагедия, – посочувствовал Иван, а после с удивлением уточнил. – А твой брат зачем в бочку залез?
– Он любит бочки, вот и залез. Очевидно же! – без особой увлеченности протянула Надя, словно это привычное дело: в бочках сидеть. – А у тебя что?
– Я победитель рыцарских турниров, – заговорил Иван, в его голосе чувствовалось, что он упоен своими достижениями, но потом, выпрямившись на стуле, уже без прежнего упоения продолжил. – Люблю пироги с капустой – мой отец печет самые вкусные пироги на свете. У меня есть большой шрам на плече от удара копьем: я неудачно и не вовремя увернулся от копья соперника. Я боюсь летать на драконах слишком высоко. Я начитанный, сочиняю песни, только не пою их на публике, потому что у меня не слишком хороший голос. Я брал уроки вокала, но успеха не добился – это обидно, но я уже смирился. Сейчас я одинок. Пришел сюда с другом, чтобы морально поддержать его.
– У меня такая же история, моя подруга застенчива с противоположным полом. Она скромная. И я уважаю ее за это. Она попросила меня пойти с ней и утешить, если вдруг свидание окажется неудачным. Но, как я вижу, свидание набирает обороты.
– Надь, а покажи Ивану, как ловко ты умеешь обращаться с мечом, – предложила Олинда и ласково провела хвостом по волосам девушки.
– Я должна? – запротестовала Надя и поморщилась.
– Ты принесла с собой меч, зачем он тебе? – удивился Иван.
– Чтобы защищаться, – сухо и коротко выдала Надя. Вдруг девушка встрепенулась и воскликнула, поняв, к чему Олинда вспомнила о мече. – Ах, вы хотите, чтобы вас оставили наедине? Хорошо, поняла. Иван, пойдем!
Парень, не сказав ни слова, быстро закивал. Молодые люди разом поднялись и направились к выходу. Олинда и Армес проводили их долгими взглядами, полными отеческой заботы.
– Ты мне понравилась, – сказал Армес, правда, далось ему это с некоторым трудом. – И не потому, что поставила сердечки к десяти моим фотографиям. Мне почему-то кажется, мы родственные души, хотя, возможно, я слишком спешу, не знаю, как объяснить. Это что-то на подсознательном уровне. Мне с тобой хорошо и просто, я чувствую себя радом с тобой в своей тарелке, что ли.
– Ты мне тоже запал в душу, с тобой легко, я не комплексую, – кокетливо призналась Олинда. – Причем еще тогда, когда мы переписывались, я все время представляла, что ты за дракон. Какой ты вживую?
– Я серьезный дракон и готов к серьезным и длительным отношениям: если, конечно, ты сама ищешь их, если готова к ним. Я лично готов. У меня есть своя отдельная пещера, работа и твердое намерение делить быт и жизнь с кем-то еще.
– Это хорошо, стабильность в жизни – важная вещь. Я уважаю драконов, на которых можно во всем положиться, которые не подведут.
– Так что, давай попробуем узнать друг друга еще лучше?
– Стоящая идея. Что ты предлагаешь?
– Продолжить наше свидание где-нибудь еще, скажем, мы можем прогуляться где-нибудь, тем более что сегодня теплая, тихая лунная ночь. Сам драконий бог повелел провести ее в хорошем настроении с приятными драконами и людьми – и с пользой. Потом оба решим, что будет дальше.
– Давай попробуем.
– Как поступим с нашими людьми? Может, по домам их отправим?
– Да.
У Армеса и Олинды затрепетали крылья.