Ради ребенка решила простить мужа, который мне изменил, но он опять всё испортил

Началось всё семь дней назад. Федя неожиданно позвал меня в ресторан, заявив о необходимости важного разговора. Я была уверена, что услышу предложение о разводе и делении имущества. И, возможно, он вспомнит наконец о существовании сына.

Но вместо этого он стал говорить о любви, уверять, что не представляет своего будущего без нас двоих.

— Давай попробуем всё исправить? — с надеждой произнёс он.

Я лишь пожала плечами. Когда-то я часто проигрывала в голове этот момент. В своих фантазиях я кричала, выплёскивала всю накопленную боль, рыдала. Наш мальчик не понимал причин моих слёз, но всегда жалел меня. Потом что-то внутри перегорело. Видимо, иссяк запас сил на драмы, и я перестала верить в его возвращение.

— Почему ты молчишь? Скажи же что-нибудь! — настаивал он.

— Мне нужно время, — был мой ответ.

— Много? — его лицо просветлело. Он, наверное, подумал, что я просто капризничаю.

— Дней семь, — отрезала я, поднялась из-за стола и ушла.

Год назад я узнала о его связи. После нашего жаркого спора он, набрав вещей, перебрался к сестре. Тогда-то я и ждала его раскаяния. Но шли месяцы, а из новостей от его родни я поняла, что у него новая семья. «Может, ты первая пойдёшь навстречу? У вас общий ребёнок. Он же согласится сразу», — уговаривала меня его мать. Мне было её жаль, но о шаге к примирению с моей стороны не могло быть и речи.

И вот он вернулся. Подумав неделю, я решила, что стабильность важнее обид. Что нашему мальчику нужен отец. Я набрала его номер и сказала, чтобы возвращался.

Приготовила его любимые блюда. Он ходил по комнатам, восторгался, как соскучился по дому, по мне, по нашему мальчугану. Внезапно в коридоре воцарилась тишина. Он зашёл на кухню, держа в руках какую-то кепку.

— Это откуда? — сухо поинтересовался он.

— Дяди Славы! — наш сынишка выхватил головной убор и умчался с ним.

— Кто этот тип? — голос Феди стал жёстким.

— Думаешь, я всё это время ждала тебя, проливая слёзы? В моей жизни появился другой, — выпалила я, желая причинить ему такую же боль, что когда-то испытала сама. — Тебе можно было завести кого-то на стороне, а мне — нет?

На самом деле, дядя Слава — наш сосед, который вчера помогал чинить антенну на балконе и забыл свою кепку. Увидев его искажённое ревностью лицо, я рассмеялась, но не успела раскрыть правду. Он кричал о том, что настоящая жена и мать не должна так себя вести. Орал, что природа мужчины позволяет ему искать новые связи, а предназначение женщины — хранить семью.

Я даже не стала его переубеждать. Пусть думает, что хочет. Захлопнув за ним дверь, я выдохнула: «Наконец-то всё кончилось».

Спустя месяц мы официально оформили развод, и началась моя новая жизнь.