В этом мире вопросы существовали.
Но их не задавали.
Слова «почему», «зачем» и «как» сохранялись в языке, но использовались всё реже — как устаревшие формы, корректные, но ненужные.
Сначала исчезли уточнения.
Люди принимали сказанное без проверки. Инструкции выполнялись, правила соблюдались, сообщения принимались к сведению — без попытки понять их происхождение.
Потом исчезло сомнение.
Источники перестали иметь значение. Факты существовали сами по себе, не требуя подтверждения.
Образование стало перечислением.
История — набором результатов.
Наука — каталогом наблюдений без попытки связать их вместе.
Мир сделался ровным и предсказуемым.
В нём не возникало споров, потому что спор начинается с вопроса.
Самым редким стало любопытство.
Не из-за запрета.
Из-за отсутствия внутренней причины.
Люди жили спокойно.
Но эта спокойность была безграничной и потому почти прозрачной.
Когда исчез последний вопрос, мир перестал развиваться.
Не потому что достиг предела.
А потому что перестал искать направление.
Остальные зафиксированные миры — в канале.