Вопрос этот время от времени встаёт. Он вызван не только путинским 24 февраля, но и «крымским 2014-м», а также прочими событиями, когда политические, а затем и иные свободы в нашей стране уничтожались. Известна давняя точка зрения талантливого Владимира Шахрина из «Чайф», что «мы» (т.е. Шахрин и его коллеги по группе) в СССР всего лишь хотели, чтобы нам дали играть нашу музыку, а остальное нас не слишком интересовало. И вот «мы» этого добились. Чего ещё? Передаём только мысль Шахрина, как мы её помним – это не цитата. Что говорил бы и как поступал Виктор Цой? Вопрос нельзя считать неуместным, учитывая большой интерес к песням «Кино», а также к тому, что это один из голосов перемен в нашей стране. Вспомните конец культовой «Ассы». Хочется, чтобы идеалы молодости не тускнели, не колебались, оставались твёрдым фундаментом жизни. Кино. Концерт в ЦСКА арене. 2021 1:00 - Песня без слов 5:30 - Мама, мы все тяжело больны 9:31 - В наших глазах 13:05 - Электричка 17:56 - Нам с тобой 22:59 - Лет