Никогда такого не было, и вот опять! Кажется, у нас появился новый претендент на звание «Вечного Долгостроя» в мире высоких технологий. На сцене — проект истребителя нового, так сказать, «седьмого» поколения. Помните басню про Лебедя, Раку и Щуку? Так вот, похоже, у них нашлись достойные преемники в лице министров обороны Японии, Великобритании и Италии.
25 ноября новый министр обороны Японии Синдзиро Коидзуми устроил видеомост со своими коллегами — британцем Джоном Хили и итальянцем Гвидо Крозетто. Повод более чем серьезный: их трехсторонний проект, Глобальная программа боевой авиации (GCAP), наконец-то подбирается к подписанию первого международного контракта. Договор должны заключить между специально созданной для этого международной правительственной организацией GCAP и промышленным совместным предприятием с пафосным названием Edgewing.
Если отбросить официальную шелуху, суть встречи была в попытке сдвинуть многострадальный проект с мертвой точки. Годы ушли на то, чтобы перевести громкие политические заявления в хоть какую-то промышленную реальность. И вот теперь речь идет о заключении того самого, первого контракта, который должен структурировать все: от проектирования и испытаний до наладки раннего производства.
Амбиции у тройки поистине титанические. Они планируют создать общий истребитель следующего поколения, который должен будет отправить на пенсию нынешние парки Eurofighter Typhoon и Mitsubishi F-2. Но самолет — это лишь вершина айсберга. Задача стоит еще масштабнее: создать целую «систему систем», куда войдут беспилотники и передовые сети боевого управления. По задумке, GCAP должен стать краеугольным камнем авиации как в Европе, так и в Индо-Тихоокеанском регионе.
Если копнуть глубже, то GCAP — это не просто очередной малозаметный истребитель с двумя двигателями. Концепция куда интереснее. Его хотят изначально проектировать не как отдельный летательный аппарат, а как некий мозговой центр, командный узел в воздухе. Представьте себе большой самолет с треугольным крылом, напичканный вычислительной мощью и сенсорами. Его внутренний отсек для вооружения должен быть вдвое вместительнее, чем у американского F-35A. Вся эта махина будет оптимизирована для дальности, скрытности и, самое главное, для управления целым роем сопроводительных беспилотников.
Философия проекта делает ставку на невиданную гибкость. Один и тот же самолет сможет быстро менять «профессию»: сегодня он завоевывает господство в воздухе, завтра наносит глубокий удар по вражеским тылам, а послезавтра ведет радиоэлектронную борьбу или разведку. И все это — не теряя своей малозаметности. Фактически, это попытка шагнуть дальше концепции «тихого ударника» пятого поколения, создав настоящий летающий командный центр.
Вся эта встреча министров — лишь очередной этап в долгой-долгой истории. Напомним траекторию: в декабре 2022 года Британия с Италией решили объединить свою программу Tempest с японским проектом F-X. Дальше были договоры, создание управляющего органа GIGO и даже соглашение о совместной штаб-квартире в британском Рединге. Летом 2025 года промышленный консорциум Edgewing, куда вошли BAE Systems, Leonardo и японская Japan Aircraft Industrial Enhancement Co. Ltd., официально назначили главным подрядчиком.
И вот теперь, спустя годы разговоров, министры решают «приступить к исполнению». Вы только вдумайтесь: первый контракт между государством и промышленниками только предстоит заключить! Это ли не показатель скорости реализации? Саркастичный наблюдатель может с усмешкой заметить, что «а воз и ныне там». Лебедь, Рак и Щука в их классическом исполнении, кажется, могли бы и позавидовать такой слаженности.
Конечно, этот шаг называют «знаковым» и «переходом от концепции к структурированной программе». Графики испытаний, распределение рабочих мест, производственные потоки — все это сейчас в активной проработке, чтобы успеть к заявленному сроку ввода в эксплуатацию в 2035 году. Что ж, поживем — увидим. А пока предлагаем вам следить за дальнейшими перипетиями этой захватывающей саги вместе с нами.