Сейчас мне 35.
Моему сыну — восемь.
Мы живём в небольшой, но тёплой квартире, где каждая вещь на своём месте, потому что я сама создавала этот уют, шаг за шагом, из ничего. Работаю бухгалтером — не бог весть какая романтика, но стабильность, порядок и уверенность в завтрашнем дне стали для меня важнее всего. Я зарабатываю нормально, не шикую, но мы с сыном никогда не ложимся спать голодными. Это — моя тихая гордость. Он растёт невероятно чутким. Иногда мне кажется, что он понимает меня лучше, чем многие взрослые.
Он подходит, обнимает меня за талию и говорит:
— «Мама, я тебя люблю. Ты лучшая». И в эти моменты я понимаю: ради него я выдержу всё.
Он стал моей силой там, где я думала, что у меня больше нет ресурсов. Мы вместе учимся жить заново — без крика, без лжи, без постоянного напряжения, в котором я когда-то существовала. Иногда, когда он засыпает, я сижу на краю кровати и смотрю на него. Его спокойное лицо, тихое дыхание… и сердце сжимается. А что, если я не смогу?
Если окажусь не