Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Приуралье | Ямал-Медиа

Ямбура – последний рыбацкий поселок

На необъятных просторах Ямала города и поселки разбросаны, как редкие бусины по бархату тундры. История распорядилась так, что люди селились там, где была жизнь — у полноводных рек, богатых рыбой. Коренные народы веками выбирали эти места, спецпереселенцы XX века принимали их как данность, прикипали душой и оставались навсегда. Один из таких уголков — поселок Ямбура, затерявшийся на левом берегу великой Оби. Название его говорит само за землю, на которой он стоит. С ненецкого «юмбор» переводится как «крупная кочка в сыром месте, где растет особенно много морошки» или «торфяной бугор». Это мир на стыке воды и суши, живущий в ритме, заданном рекой. До районного центра — рукой подать, всего 52 километра. Но эта близость обманчива. Дорог сюда нет. Летом сюда можно добраться только по водной артерии Оби, зимой — по ее замерзшему, выскобленному ветрами руслу. Время в Ямбуре течет иначе, подчиняясь не расписанию, а ледоходу и погоде. Эти места испокон веков славились невероятными уловами.

На необъятных просторах Ямала города и поселки разбросаны, как редкие бусины по бархату тундры. История распорядилась так, что люди селились там, где была жизнь — у полноводных рек, богатых рыбой. Коренные народы веками выбирали эти места, спецпереселенцы XX века принимали их как данность, прикипали душой и оставались навсегда. Один из таких уголков — поселок Ямбура, затерявшийся на левом берегу великой Оби.

-2

Название его говорит само за землю, на которой он стоит. С ненецкого «юмбор» переводится как «крупная кочка в сыром месте, где растет особенно много морошки» или «торфяной бугор». Это мир на стыке воды и суши, живущий в ритме, заданном рекой. До районного центра — рукой подать, всего 52 километра. Но эта близость обманчива. Дорог сюда нет. Летом сюда можно добраться только по водной артерии Оби, зимой — по ее замерзшему, выскобленному ветрами руслу. Время в Ямбуре течет иначе, подчиняясь не расписанию, а ледоходу и погоде.

-3

Эти места испокон веков славились невероятными уловами. Старожилы до сих пор с теплым блеском в глазах вспоминают времена, когда сети ломились от муксуна, нельмы и осетра. Но та рыбацкая сказка постепенно становится преданием. Последние годы рыбы в Оби становится все меньше, а желающих ее поймать — все больше.

-4

Именно поэтому более полувека у Ямбуры стоит особый страж — контрольный пост ученых. Это уникальное место, своего рода «бутылочное горлышко» реки. После зимовки в Обской губе косяки ценных сиговых пород поднимаются вверх по течению, и здесь, в самом узком месте, их встречают исследователи. Они вместе с местными рыбаками ведут отлов, используя стандартные орудия, чтобы получить бесстрастные данные, оценить плотность рыбных стад, состояние запасов, провести детальный анализ. С каждым годом их прогнозы звучат все тревожнее, превращаясь в документированную элегию о былом богатстве великой реки.

-5

Уменьшение рыбных запасов больно бьет и по жизни самого поселка. Если в конце прошлого века Ямбура была кипящим жизнью уголком, то сегодня от той жизни остались лишь воспоминания. Когда-то здесь работали фельдшерско-акушерский пункт, пекарня, магазин, и даже собственная электростанция давала свет в каждый дом. Сейчас от этих благ цивилизации не осталось и следа. Продукты закупают в ближайших поселках, скрипучие деревянные дома отапливаются дровяными печами, а в долгие полярные ночи ненадолго оживают, освещенные тусклым светом от дизельных генераторов.

-6

Жизнь медленно, но верно уходит из Ямбуры. Молодежь, стремясь к образованию и иному ритму, перебирается в большие поселки и города, и редкий из них задумывается о возвращении. Остаются лишь старожилы, держащиеся из последних сил за свои дома, за дело предков, за память о реке, которая когда-то кормила всех. Они — последние хранители уклада, обреченного на исчезновение.

-7

Урбанизация безжалостно поглощает маленькие населенные пункты. Они невыгодны в век высоких технологий и глобального интернета. Но с их уходом теряется нечто большее, чем точка на карте — уходит часть души этого сурового края, его живая история. А жаль...