Жанр: поп-панк, готик-рок, дарк поп
Годы активности:2001-2015
Общие впечатления
Сольные проекты Ацуси Сакурая — это как вынесенное наружу подсознание BUCK-TICK, где знакомый голос уходит в ещё более мрачные, изломанные и интимные территории. В них почти нет “рок‑гимнов” и прямой энергии концертного бэнда: вместо этого — густая, дымная атмосфера, ощущение закрытой комнаты, внутреннего монолога и эротизированной смерти. Важно, что Сакурай в этих работах в первую очередь интерпретатор настроения, а не композитор-рифмейкер: он берёт чужие музыкальные языки и превращает их в собственный, очень телесный и литературный вокальный театр.
愛の惑星 — самый цельный и показательный пример. Музыка там нарочно уходит от традиционного J‑rock: трип‑хоповые пульсации, медленные электро‑бииты, тёмный поп, отголоски шугейза и дарквейва; иногда это вообще почти кабаре под электронным соусом. Многие треки строятся не вокруг “куплет‑припев”, а вокруг настроения, петляющего грува и вокального перформанса. Сакурай то шепчет в ухо, то читает полупризрачный монолог, то взрывается резким криком — но почти никогда не поёт “как фронтмен BUCK‑TICK”, который ведёт зал. Здесь он — рассказчик внутри головы слушателя. Эта камерность подчёркивается и аранжировками: глухие ударные, много пространства, детали вроде колокольчиков, шумов, почти индустриальных скрипов. Там, где BUCK‑TICK даже в тёмные периоды тянутся к большой рок‑форме, 愛の惑星 остаётся ночным, почти комнатным альбомом, ближе к личному саундтреку, чем к классическому рок‑релизу.
Тематика сольника тоже ощутимо смещена. Если в BUCK‑TICK Сакурай часто балансирует между эротикой, декадансом, социальной метафорой и абстрактным “кошмарным сном”, то здесь он почти не делает скидок. Тело, секс, вина, религиозные и оккультные образы, смерть как соблазн — всё это подаётся с меньшей долей “рок‑мифа” и большей долей болезненной интимности. Вокал менее “героичен”, зато более уязвим: он звучит как признание, как исповедь, а не как выступление. Такое ощущение, будто те стороны его лирики, которые в BUCK‑TICK слегка замаскированы коллективной энергетикой группы, в сольнике вытягиваются на передний план и больше не прикрыты гитарной стеной.
THE MORTAL — связующее звено между “чистым” сольником и основным BUCK‑TICK, но с явным уклоном в постпанк и готик‑рок. Здесь снова появляется полноценная бэнд‑динамика, но музыка ощутимо суше, холоднее и резче, чем у BUCK‑TICK: меньше экспериментальной эклектики, больше прямой тёмной гитары, панковской нервности и классического готического драматизма. По настроению THE MORTAL — это Сакурай, который сознательно встаёт в ряд с любимыми им британскими и европейскими тенями 80‑х, уже без фильтра в виде “фирменного” стиля основного коллектива. Его вокал становится более резким, местами почти истеричным, но при этом он не теряет присущей ему театральности. Тексты и образы здесь проживаются как заведомо смертельные: сам выбор названия проекта и альбома I am Mortal — прямое, без аллюзий, признание смертности и тленного характера всего, что он делал и делает.
Во всех этих проектах видно главное отличие от BUCK‑TICK: там он — один из элементов сложного организма, где важен баланс между гитарами Имаи, ритм‑секцией, общим стилем группы и ожиданиями фанатов. В сольных работах и сайд‑проектах Сакурай позволяет себе либо кардинальный сдвиг музыкального языка (трип‑хоп, индастриал, чистый готик), либо максимальное обнажение собственных навязчивых тем — тела, страха, желания исчезнуть, игры с религиозными образами. Там, где BUCK‑TICK часто звучат как “сон города”, сольный Сакурай — это скорее “сон одной комнаты”, густой, душный и не всегда комфортный. И именно в этом его ценность: отдельные проекты дают возможность услышать, насколько многослойным был его голос — не только как фронтмена легендарной группы, но и как самостоятельного автора тёмных, чувственных, предельно личных вселенных.
https://www.youtube.com/watch?v=Vrj_pXId7Yw
#Музыка
t.me/Cepeshland - мой основной канал о фильмах, сериалах, аниме, мультсериалах, музыке, книгах - подпишись, тебе пустяк, а мне приятно. Да и на Дзен подпишись, чего два раза вставать.