Дорогие читатели! Прошу прощения за долгое молчание. Домашние дела заставили отвлечься и не получилось выполнить задуманное вовремя. Представляю вашему вниманию новую короткую историю из жизни викингов. Наступила зима и всем нам хочется оказаться у теплого очага с живым огнем, поесть хорошего жареного мяса в компании друзей и послушать историю. Такую историю сегодня расскажет одноглазый странник, забредший в одно из поселений викингов в Туманной бухте. Тамошнему ярлу история пришлась по вкусу, надеюсь, что она понравится и вам!
Одноглазый осторожно поправил рассыпающееся на мелкие малиновые кубики полено в очаге и поежился. Под гул голосов в полумраке он кашлянул и начал:
- Да… Зима выдалась суровая. Почти такая же, как в тот год, когда Олаф Железные яйца получил свое прозвище…
Собравшиеся немедленно прекратили разговоры и подтянулись поближе, к тому углу, где сидел одноглазый, закутавшийся в драный плащ.
- Расскажи нам об этом, досточтимый скальд! – попросил брат ярла.
- О, вы слишком добры, мой господин! Я не скальд, я всего лишь странник, зарабатывающий на пропитание и кров над головой рассказывая истории. – склонил голову одноглазый.
Всем было известно, что это часть игры. У ярла Ульфсона привечали разнообразных сказителей и поэтов. Каждого, кто мог сложить стихи или рассказать занятную байку здесь всегда ждал горячий ужин и теплая постель. А самые удачливые, кто особенно приходились ко двору могли и заработать звонкую монету.
В эту зиму ярл Ульфсон скучал. Его любимец, скальд Фрейр Прекрасноголосый не вернулся из похода. Пал, сраженный стрелой подлого христианина, так и не успев закончить поэму, воспевающую доблесть ярла в сражениях против христиан. Ближе к холодам дом заполнили разные сказители, поэты и певцы. Но все это было не то. И вот появился этот одноглазый, на которого и внимания то никто не обратил сперва. Подумаешь, еще один нищий оборванец в поисках крова. Но бог Один велел быть гостеприимным и привечать гостей, а прежде всех талантливых людей, одаренных Мёдом Поэзии. Сказано в «Речах высокого»:
Дающим привет!
Гость появился!
Где место найдет он?
Торопится тот,
кто хотел бы скорей
у огня отогреться.
Дорог огонь тому,
кто с дороги,
чьи застыли колени;
в еде и одежде
нуждается странник
в горных краях.
Гостю вода
нужна и ручник,
приглашенье учтивое,
надо приветливо
речь повести
и выслушать гостя
- Значит зима выдалась суровая. Сказывают, вот как дело было. – одноглазый протянул руки в шрамах к огню. – Жил в окрестностях Упсалы один бонд, по имени Ингемунд Толстый. Одарен он был богами щедро, шесть сыновей было у него. Пятеро из них пошли в отца, были круглы и объемисты. А шестой, Олаф тощ был и длинен, как копье. А еще ленив и нерасторопен. Вся семья работает, а Олаф в лес убежит или в горы. Лежит себе под деревом, спит. И колотили его, и пугали, а ему все равно. Побои заживут, а он как раз дома отлежится. В походы его братья начали ходить, долю от добычи приносить. А Олаф и в возраст вошел, а все по углам и по лесам прячется. Но и ему не увильнуть было от призыва тамошнего ярла.
Одноглазый умолк под одобрительные возгласы. Власть ярла была непреложна, все поклялись хранить верность своему господину. Чья-то рука с рогом, до краев полным элем повисла над плечами сидевших у огня в направлении рассказчика. Одноглазый с удовольствием осушил рог и продолжил:
- И пришлось Олафу с отцом и братьями идти на тинг. Путь неблизкий, через перевал. Братья идут с поклажей, отец отдыхает, один Олаф каждый куст и лист знает, привычно ему. Там грибы подхватит, там ягоду, вот и дошли. Народу на тинге как звезд на небе, Олаф знай успевай только по сторонам головой крутить. Братья и отец знакомых встречают, приятелей, приветствуют друг друга, а Олаф и не знает никого, откуда ему знать, если дома сидит! А тут вести дурные подоспели. Прорицатель тамошнего ярла отправился к богам. И оставил этот мир он не как человек, ходивший между богами и духами, а как простой смертный. Упал и умер, не оставил прорицания, где преемника искать. И как быть? Как в поход идти? Когда сеять?
Вокруг рассказчика зашептались.
- Точно! Я слышал о таком, в тот год я встретил брата моей жены, он рассказывал…- начал было рыжий Ингвар, но его затолкали локтями. Всем хотелось послушать, что же случилось дальше. Однако веса рассказчику это подтверждение его слов изрядно прибавило. Когда история начинает походить хоть немного на правду, слушать ее приятнее, это известно с давних времен.
- Точно вам говорю, прямо у ограды и упал, лежал, пока кабаны повсюду хрюкать не начали. А они такое чуют, чуют смерть, не зря светлая Фрейя скачет на могучем Хильдесвини, собирая меж валькириями павших войнов в Вальгаллу! Все они родичи Хильдесвини…
- Да заткнись ты, Ингвар, дай послушать! – рыкнул брат ярла
Польщенный рассказчик кивнул в благодарность и продолжил:
- Так и было, верно люди говорят, а если люди говорят, значит все это чистая правда. Стали советоваться, как поступить. Кричали и ругались, и наконец один рыбак из Брю сказал, будто бы от деда своего слыхал, что можно призвать прорицателя, а для того нужно пойти в Ярнвинд, Железный лес. В котором, как все известно, живут ведьмы и гигантские волки и хорошего ждать там не приходится.
Кого же было отправить в такое путешествие? Нет прорицателя, некому решить. Самые смелые и сильные не торопились. Одно дело в бою погибнуть и вознестись прямиком в чертоги Одина, а другое сгинуть с проклятыми ётунами в Ярнвинде. Этак ведь можно и вовсе не умереть, а пропасть там навечно во мраке, в ожидании, когда придет Рагнарёк. А ярл уже начинал терпение терять. Неужели не найдется никого, кто отважится? И тут вдруг раздался голос: «Я пойду!» И все обернулись туда, где возвышалась над прочими голова Олафа. «Я Олаф, сын Ингемунда и я пойду в Железный лес!» Как же возрадовался весь тинг и особенно отец и братья Олафа, не ожидавшие такой отваги. Какая честь и почет для их семьи! А братья- то и вовсе подумали, что дурак этот если и сгинет в Ярнвинде, то туда ему и дорога. И так толку с него нет, так хоть семье принесет добрую славу, не зря помрет, ведь никакой Вальгаллы-то ему не видать. Такого дурака и лентяя даже в Хель не возьмут, зачем он там сдался??
Одноглазый прищурил единственный глаз. Слушатели хохотали. Что ж, сегодняшний ужин он точно получит не напрасно.
- Дальше, дальше давай! – закричали слушатели.
- А дальше было вот что: всем известно, что Железный лес находится к Востоку от нашего мира, поэтому усадили Олафа на лодку, с запасом еды и воды, дали эля на дорогу и отправили с самого раннего утра. И что бы вы думали сделал Олаф? Сначала он исправно греб, пока не обогнул мыс и не скрылся из виду. А потом отпил эля и улегся спать. Зачем что то делать, если все в руках богов? Захотят боги-и прибудет он в Железный лес целым и невредимым, а нет, ну и нет. Такова судьба человека, идет он по пути к смерти с самого момента своего рождения. И вот так путешествовал Олаф два дня и две ночи. Поспит, поест, выпьет и плывет себе дальше. А к началу третьего дня окутал его лодку такой густой туман, что и носа самой лодки не было видно с кормы. И что же сделал Олаф? А ничего! Лег на дно и обратился к богам: «Могучие боги! По вашей воле уплыл я с родных берегов на поиски прорицателя для нашего поселения. Принимаю любое ваше решение! Если угодно вам, то дайте достигнуть Ярнвинда, а если нет, то и домой было бы неплохо вернуться живым!» После этого он закусил копченой свиной ногой и снова заснул. А кто бы не захотел вздремнуть после такого сытного обеда?
Перед рассказчиком возникла хорошая зажаристая порция свинины и большой кусок ячменной лепешки, и снова невидимая рука протянула ему рог с элем.
- Хвала богам! Они всегда слышат голос достойного! – поблагодарил богов странник. – Проснулся Олаф в сумраке и не сразу понял, добрался ли он до Железного Леса или же просто проспал весь день. Но лодка его уткнулась носом в камни на берегу и только серые волны качали его. Олаф подумал и решил, что раз уж он пристал к берегу, то нужно идти дальше. Идти было трудно, сухие высокие деревья тянулись к небу, которого не было видно, как и земли, потому что вместо земли все было опутано толстой паутиной. Не было видно и слышно ни птиц, ни зверей. И вот наконец он добрался до огромного серого камня. Как ни старался Олаф, никак этот камень ему было не обойти. Разозлился он и пнул его хорошенько, изо всех сил.
- Что это за Железный лес, в котором никого нет и всякие камни валяются?!
И тут камень зашевелился, заворочался и повернулся к нему оскаленной зубастой пастью! Это был волк! Да такой огромный, что один зуб его был с мою ногу!
И странник приподнял свою ногу в доказательство. Слушатели ахнули.
- Кто это тут пищит? – спросил волк, глядя прямо на Олафа.
- Это я, Олаф, сын Ингемунда. Пришел по поручению ярла просить прорицателя для нашего поселения. Наш прорицатель отправился к богам и никого нам не оставил. Поэтому можешь меня съесть, только никакого удовольствия не получишь, слишком я мал для тебя, как блоха. А можешь помочь мне в моем благородном деле.
Волк облизнулся, подумал и решил:
- Верно говоришь, блоха. Сожрать тебя и правда никакого удовольствия, мяса вовсе нет никакого, да и добрался ты сюда как-то, значит такова воля богов. Отведу тебя к матушке, пусть она решит, что с тобой делать. Залезай ко мне в пасть!
Добровольно пойти в пасть к огромному волку было очень глупым решением. Но Олаф был слишком ленив, чтоб идти пешком, да еще и поспевать за громадным зверем, поэтому он подпрыгнул, уцепился за губу чудовища и лихо перемахнул через ряд зубов, прямо в рот.
В несколько здоровенных прыжков зверь оказался на краю пропасти. И там же легко и быстро перепрыгнул через нее, прямо на соседнюю гору, где в пещере жарила тушу быка безобразная старуха. О, какая она была страшная! Уверяю вас, даже сам Рагнар Лодброк испугался бы ее вида. Одна половина тела ее была как безобразный железный скелет, а вторая походила на опаленную тушу хорошего жирного кабана, но кое-где покрытую железными иголками щетины. Дыхание ее было таким ледяным, что очаг, на котором жарилась туша, время от времени замерзал и тогда сидящий в углу другой такой же гигантский волк, как и тот, что принес Олафа, изрыгал из пасти пламя и снова заставлял поленья гореть.
- Посмотри, матушка, кого я тебе принес! – сказал волк и выплюнул Олафа прямо под ноги старухе
- И что мне мне с ним делать, а? Сожрать что ли? – разозлилась старуха
- Нет, для этого он слишком мал. Он сумел сам добраться сюда из Митгарда и еще набрался наглости просить дать ему прорицателя с собой.
- Дать прорицателя? Ну это можно. А что ты дашь взамен? – и старуха очень недобро посмотрела на Олафа. – Ты умеешь петь? Сказки рассказывать? Еду готовить?
И дальше она перечислила все то, что обычно в жизни Олафа делали другие, пока тот лежал без дела.
- Нет, ничего этого я делать не умею – признался Олаф.- Я умею только лежать и спать. А это я делаю очень хорошо.
- Вот как? Тогда у меня есть для тебя работа! – усмехнулась старуха и полезла в корзину.
Она вытащила оттуда два гладких железных яйца и приказала Олафу:
- А теперь садись на них! Будешь высиживать эти яйца. Из каждого вылупится по гусенку. Кто съест такого, обретет дар прорицания.
Недолго думая, Олаф расстелил свой плащ у огня и улегся, положив яйца себе под бок. В тепле его разморило и он уснул. А когда проснулся, то увидел, что старуха и ее волки почти доели быка. Вот как долго он спал! Старуха удивилась и протянула ему миску с куском мяса. Олаф с удовольствием съел предложенное, подкрепился и снова заснул, повернувшись на другой бок и не забыв перевернуть яйца.
Потом снова и снова он просыпался, ел и засыпал на железных яйцах. И сколько это продолжалось, он и сам не знал. Но нести эту службу в пещере у старухи ему было легко и даже нравилось.
Наконец однажды старуха разбудила Олафа и объявила:
- А ты хорош! Еще никто не мог высидеть яйца железного гуся. Завтра птенцы вылупятся. Поэтому одного можешь взять и отправляться в путь. И не забудь, что как только достигнешь пределов Митгарда, птенца нужно будет съесть до захода солнца, иначе Железный гусь взлетит и закроет крыльями Солнце и зима будет стоять три года.
Олаф выслушал старуху и даже немного расстроился, что придется оставить теплое жилище и отправляться в путь. Но делать нечего, он засунул за пазуху яйцо, взял еду, которую старуха собрала ему на дорогу и покинул Ярнвинд также как и попал туда, в пасти огромного волка.
Через три дня Олаф был уже дома. Там уже и не чаяли увидеть его живым и здоровым. Ведь пока он был у старухи в Железном лесу прошло полгода! И сам Олаф даже не заметил, как отросли его борода и волосы.
Птенца, которого высидел Олаф, изжарили и съела его дочь ярла, конечно же обретя дар прорицания, все как и обещала старуха. А Олаф, покрытый славой и почестями, с большими подарками от ярла отправился домой, получив еще и свое прозвище, Олаф Железные яйца.
Вокруг рассказчика было тихо.
- И чему учит эта история? – наконец спросил ярл.
- Это история о том, что несет в себе руна Эйваз. – поклонился рассказчик. – Не сопротивляйся тому, что уготовили тебе боги. Ведь даже ленивый человек может извлечь из этого пользу, если применит свою лень в нужное время в нужном месте. А так же тому, что за одной правдой всегда стоит другая. Ведь нужно поистине иметь железные яйца, чтоб в одиночку отправится в Ярнвинд, ездить в пасти волка-великана и выполнять невыполнимое задание.
- Воистину ты прав, странник! – вскричал ярл – Это лучшая история, которую я слышал в последнее время! Несите ему новую одежду и устройте на лучшем месте!
АВТОР ПРИЗНАТЕЛЕН ЗА ВАШИ ЛАЙКИ И КОММЕНТАРИИ.