Я продолжаю свой рассказ о посещении музея А. С. Пушкина в Бернове. В предыдущей статье я показывала экспозицию первого этажа музея.
Наконец, мы поднимаемся на второй этаж, экспозиции которого воссоздают атмосферу дворянского гнезда первой половины XIX века. В анфиладе светлых комнат мы увидим гостиную, столовую и кабинет с подлинными предметами мебели, живописными портретами и книгами того времени.
🏛️ Архитектура и местоположение.
Дом Вульфов является ярким образцом русской усадебной культуры эпохи классицизма. Точная дата его постройки неизвестна, но исследователи относят её к концу XVIII — началу XIX веков.
· Внешний вид : Это каменный двухэтажный особняк с мезонином и колоннами по фасаду, который выглядит изящно и гармонично. Его стены метровой толщины намертво впитали в себя историю трёх минувших столетий.
· Выбор места : Основатель усадьбы, Иван Петрович Вульф, выбрал для дома «отменное» место — на горке, откуда открываются прекрасные виды на окрестные леса, Успенскую церковь и речку Тьму. Дом составляет единый ансамбль с обширным парком, который по возрасту даже превосходит сам особняк.
🏠 Внутреннее убранство и атмосфера дома.
Усадебный дом был не просто зданием, а центром жизни большого и хлебосольного семейства, о чём красноречиво говорят детали его внутреннего убранства и быта.
· Роскошь и гостеприимство : Вульфы были весьма богатыми помещиками. В их хлебосольном доме для именитых гостей сервировали стол приборами с фамильным гербом — разъярённым волком, держащим в лапе разящий меч.
К празднику подавали и вовсе диковинные для деревенской глуши яства — например, запечённых осетров длиной в полтора метра. В усадьбе даже выращивали ананасы и персики в собственных теплицах.
· Живые детали интерьера : В воспоминаниях современников сохранились трогательные подробности. В столовой, смежной с кабинетом хозяина Ивана Петровича, стояла большая вольерка с канарейками. А его жена, Анна Фёдоровна, сама занималась хозяйством, и в её уборную приносили кувшины с молоком, с которых она снимала сливки для всего огромного семейства.
Столовая : где пиры длились три часа, а за «сороконожкой» собиралось всё общество.
А мы, тем временем, оказываемся в столовой. Давайте вместе с Вами перенесёмся в эпоху шумных пиров и неторопливых бесед за столом.
Если гостиная в усадьбе была мозгом и душой дома, то столовая — без преувеличения, его гостеприимное сердце. В XIX веке ни один званый вечер или семейный праздник не обходился без пышного пиршества. Трапезы здесь были не просто едой — это был целый ритуал, растягивавшийся порой на три часа, где смена блюд напоминала изящный театральный спектакль.
Кстати, мода на такую последовательность яств пришла в Европу именно из России, где её называли «русской подачей».
Чтобы празднику ничто не мешало, кухню, откуда доставляли готовые блюда, мудро размещали вдали — в отдельном флигеле, дабы ароматы жаркого не смешивались с духами гостей, а дым — с оживлённой беседой.
Центром этого праздника жизни был огромный раздвижной стол, который в ту эпоху носил колоритное название — «сороконожка». Почему? Всё просто : в полностью разобранном виде за ним могли комфортно усесться 20 человек. А раз ног у них было сорок, то и стол получил своё забавное и меткое прозвище. Это был не просто предмет мебели, а главный инструмент гостеприимства.
Над всем этим пиршеством, со стен, взирают молчаливые свидетели тех времён — портреты императрицы Марии Фёдоровны и великого князя Павла Петровича. Их присутствие в интерьере подчёркивало лояльность хозяев престолу и их статус в общественной иерархии.
В буфете из тёмного, благородного красного дерева хранится настоящая жемчужина сервировки — посуда первой половины XIX века. Среди неё особенно ценны фужеры и рюмки, произведённые на знаменитом стекольном заводе Полторацких — родственников хозяев усадьбы. Каждый бокал, поднятый за здоровье гостей, был произведением искусства.
Таким образом, столовая в Бернове — это не просто комната с мебелью. Это место, где за большим столом кипели страсти, велись умные беседы, звучал звон хрусталя и где гости могли по-настоящему почувствовать себя частью большой и хлебосольной семьи Вульфов.
👨👩👧👦 Вульфы и их знаменитые гости.
Дом в Бернове был родовым гнездом, которое Иван Петрович Вульф, «добрейшей души человек», обожал своим большим семейством. Сюда стремились многочисленные родственники и друзья, делая усадьбу настоящим культурным центром.
Именно здесь, в имении деда, в счастливые годы детства жила Анна Керн, будущая муза Пушкина. В усадьбе гостили будущие декабристы — братья Никита и Александр Муравьёвы, которые в детстве, по воспоминаниям Керн, были ужасными сорванцами. А самым знаменитым гостем, конечно, был Александр Сергеевич Пушкин, который находил здесь покой от столичной суеты и вдохновение для творчества.
Аванзал : Первая страница усадебной летописи.
Давайте представим, что мы с вами — гости, переступающие порог дворянского гнезда Вульфов. Первое помещение, куда вы попадаете, — это не просто прихожая. Это аванзал, своеобразная «визитная карточка» всего дома.
В XIX веке эта комната была важнейшим социальным пространством. Расположенный между входом и парадными залами, он служил элегантной прихожей, где гости могли немного задержаться, привести себя в порядок после дороги и настроиться на предстоящий вечер. Здесь создавалось то самое первое впечатление о вкусе, статусе и богатстве хозяев.
Стены аванзала, оформленные в едином стиле с усадьбой, были немыми свидетелями светских ритуалов. На них могли висеть картины, рядом стояла изящная мебель или скульптуры — всё, что подчёркивало образованность и утончённый вкус семейства.
Рядом — ключ к пониманию всего пространства. Это копия портрета Ивана Петровича Вульфа, того самого человека, чья воля и видение воплотились в этом особняке. Портрет выполнен самим Орестом Кипренским — великим мастером, писавшим и Пушкина. Этот факт сразу говорит о высоком статусе заказчика. С полотна на нас смотрит основатель и творец этого «помещичьего замка» — человека, построившего тот самый двухэтажный каменный дом с колоннами, толстыми стенами и анфиладами светлых залов, в котором мы сейчас находимся.
Но в берновском аванзале взгляд невольно устремляется к главной доминанте — родословному древу дворян Вульфов. Оно будто бы рассказывает нам всю предысторию этого дома, шепчет о поколениях, чьи судьбы переплелись с этими стенами.
Таким образом, аванзал — это не просто проходная комната. Это введение в большую историю, увертюра, которая знакомит нас и с родом Вульфов, и с тем, чьей твёрдой рукой и тонким вкусом была создана эта архитектурная жемчужина тверской земли.
Кабинет хозяина : мужская вселенная в усадебном мире.
В XIX веке кабинет дворянина был не просто комнатой с книгами. Это была его личная крепость, интеллектуальный штаб и безмолвный свидетель его статуса. Здесь решались деловые вопросы, велись задушевные беседы с друзьями и, конечно, находилось место для уединённого отдыха с хорошей книгой.
В берновской усадьбе таким полновластным хозяином в пушкинское время был Иван Иванович Вульф, младший сын основателя усадьбы. Его строгий, вдумчивый взгляд встречает гостей с портрета кисти крепостного художника Т. Плотникова — напоминая, кто был главным распорядителем в этих стенах.
Погрузиться в мир его интересов помогают подлинные, мемориальные вещи из имения Вульфов. Вместо обычного письменного стола здесь стоит конторка — за ней работали стоя, что считалось полезным для здоровья и мысли. Для короткого отдыха предназначался диван необычной формы, похожий на ладью, покачивающуюся на волнах.
Но главная душа кабинета — это, конечно, книжный шкаф. Его полки — настоящая энциклопедия знаний просвещённого дворянина. Здесь нет случайных книг : основательные тома по истории и географии соседствуют с практическими руководствами по экономике, медицине и ботанике. А целый раздел на французском языке — не просто дань моде, а окно в европейскую культуру, художественную литературу и философию, без которой был немыслим кругозор человека того времени.
Этот кабинет — идеальное воплощение эпохи: деловая хватка, тяга к знаниям и изысканный отдых сливались здесь воедино, создавая ту уникальную среду, в которой рождались великие идеи и велись беседы, запомнившиеся истории.
Комната гувернантки : Маленький Лондон в тверской усадьбе.
В большом и шумном доме Вульфов была особая комната, где царили строгий порядок и французская грамматика. Это святая святых детского воспитания — комната гувернантки.
В Россию мода на гувернанток пришла ещё при Петре I, и чаще всего это были иностранки, призванные привить дворянским отпрыскам европейские манеры и языки. В Берново для внучек хозяина, в том числе и для знаменитой в будущем Анны Керн, выписали саму мадемуазель Бенуа прямиком из Лондона.
Как вспоминала Керн, дед отдал их в «полное распоряжение» гувернантки. Никто не смел вмешиваться в учебный процесс или нарушать уют её комнаты. Это было самостоятельное «государство в государстве», где девочки изучали все предметы на французском, а на русский язык уделялось всего шесть недель!
Сама обстановка комнаты дышит той эпохой. Здесь стоит изящный гарнитур из карельской березы — работа талантливых крепостных мастеров. В углу приютился столик для рукоделия, где юные барышни, вероятно, учились не только языкам, но и тонкому женскому рукоделию.
Особый шарм интерьеру придают детали :
· Скульптурный портрет Надежды Николаевны Вульф, выполненный итальянским мастером, напоминает об одной из воспитанниц этого дома.
· На стенах — работы английского художника Джорджа Морланда. Его картины с видами усадеб и интерьеров были своеобразными «окнами» в другой, утончённый мир, к которому стремились приобщить детей.
Эта комната — не просто музейный зал. Это место, где начиналось образование, формировался характер и где под присмотром мадемуазель Бенуа закладывалась будущая образованность и знаменитый шарм Анны Керн.
Гостиная : Сердце усадебной жизни, где кипели страсти и рождались стихи.
«Иду в гостиную; там слышу разговор
О близких выборах, о сахарном заводе...
Хозяйка хмурится в подобие погоде,
Стальными спицами проворно шевеля,
Иль про червонного гадает короля,
Тоска! Так день за днём идёт в уединенье!»
Эти строки Пушкин написал словно бы об этой самой комнате. В XIX веке гостиная была настоящим эпицентром жизни дворянской усадьбы. Сюда стекались все новости — от громких политических событий до местных сплетен, здесь музицировали, флиртовали, играли в карты и вели неторопливые беседы до глубокой ночи.
В доме Вульфов гостиная оформлена с особым, изысканным вкусом, говорящим о статусе и богатстве семьи. Здесь всё дышит гармонией и уютом. Ваше внимание сразу приковывают портреты хозяйки дома — Надежды Гавриловны Вульф и её дочери Анны (Нетти), словно наблюдающие за гостями из прошлого.
Царит здесь и дух творчества. В углу стоят клавикорды — модный инструмент той эпохи, на котором наверняка играли барышни, исполняя романсы. А на ломберном столике с изящной ножкой в виде лиры когда-то разыгрывались нешуточные карточные баталии.
Но самая трогательная деталь интерьера — это дамские альбомы и бисерные безделушки в витринах. Именно о таких уездных барышнях, увлечённо занимавшихся словесностью и рукоделием, Пушкин с теплотой отмечал, что они «гораздо милее» светских красавиц. В этих скромных изделиях — целый мир девичьих грёз, тайных мыслей и искренних чувств.
Таким образом, гостиная в Бернове — это не просто комната с красивой мебелью. Это место, где оживает дух эпохи, где можно легко представить и Пушкина, ведущего оживлённый спор, и хозяек, «хмурящихся в подобие погоды», и юных барышень, украдкой записывающих в альбом первые робкие стихи.
Будуар : Интимный мир усадебной хозяйки.
В шумной анфиладе парадных залов эта комната была особенным местом — тихим убежищем, куда хозяйка дома могла удалиться от посторонних глаз. Само её название — «будуар» — происходит от французского глагола «bouder», что значит «дуться» или «капризничать». Но не стоит думать, что сюда приходили только хмуриться. Скорее, это было место, где можно было позволить себе быть собой — без светских масок и условностей.
Будуар в берновской усадьбе — это идеально воссозданный личный мирок просвещённой дворянки. Здесь всё подчинено её вкусу и ежедневным ритуалам. Центром этого маленького царства является изящное бюро, за которым хозяйка вела переписку, составляла распоряжения по имению или просто записывала свои мысли. Рядом — очаровательный туалетный столик с зеркалом, который в мгновение ока мог превратиться в столик для рукоделия.
Вся мебель — изящный дамский гарнитур из карельской берёзы — говорит об утончённом вкусе и любви к прекрасному. Стены украшают чувствительные работы французского художника Жана-Батиста Грёза, чьи сентиментальные сцены были невероятно модны в то время.
Но самая трогательная деталь, пробивающаяся сквозь века, — это портрет малышки-дочери. Он напоминает, что будуар был не только кабинетом, но и сердцем материнской заботы. Именно здесь, в кругу близких подруг, за чашкой чая и вышиванием, хозяйка могла быть не просто образцовой светской дамой, но прежде всего — женщиной, женой и матерью.
Этот кабинет — настоящая поэма в интерьере, рассказывающая без слов о частной жизни, мыслях и сердечных тайнах хозяйки берновского дома.
Пушкинская гостиная : Комната, где отдыхал гений.
В больших дворянских усадьбах, подобных дому Вульфов, гостиных было несколько — как бывает несколько сцен в большом театре жизни. Они тянулись анфиладой, одна за другой, и в каждой кипела своя часть светского действа : где-то играли в карты, где-то музицировали, а где-то вели неторопливые беседы.
Хозяева, Иван Иванович и Надежда Гавриловна Вульфы, славились своим гостеприимством. Их внучка вспоминала, что бабушка, даже будучи больной, буквально оживала, едва в доме появлялись гости.
И самым желанным гостем был, конечно, Александр Сергеевич Пушкин. Приезжая в Берново из соседнего Малинников, он останавливался именно в этой комнате — в большой гостиной с балконом, откуда открывался чудесный вид в парк.
Эта комната была не только местом приёма гостей, но и творческим убежищем поэта. Сохранились трогательные воспоминания сына хозяев дома Николая Ивановича Вульфа, записанные его дочерью Ольгой, о его привычках : он спал на большом широком диване, а утром, не вставая с постели, подолгу писал, положив тетрадь на согнутые колени. В эти утренние часы никто не смел его беспокоить — шумный дом затихал, уважая творческий ритуал гения.
Сегодня в этой гостиной всё дышит подлинной историей. Здесь стоит тот самый диван, на котором отдыхал Пушкин, и ломберный стол с изящной ножкой в виде лиры. Мягкие стулья, пейзажи голландских мастеров на стенах, мерцающие огнём люстра и канделябры — каждая деталь помогает представить, как здесь, в окружении друзей или в тишине утра, рождались бессмертные строки.
Бальный зал : Где танцевали, когда приезжали уланы.
В любой дворянской усадьбе бальный зал был олицетворением парадной жизни — с высокими потолками, сияющими люстрами, нарядной лепниной и блестящим паркетом. Именно здесь под звуки музыки разворачивалась главная светская драма : кружились пары в вихре вальса, завязывались знакомства и решались судьбы.
Но у Вульфов в Бернове балы были не частым явлением. Причина была проста : своего оркестра в усадьбе не держали, да и зал был не столь велик, чтобы вместить шумную столичную толпу.
Однако иногда скучная усадебная жизнь взрывалась настоящим праздником! Это случалось, когда поблизости квартировал уланский полк. Тогда в распоряжении Вульфов оказывался и готовый полковой оркестр, и целое созвездие бравых кавалеров в нарядных мундирах. И вот тогда скромный зал преображался : звучала музыка, на паркете кружились пары, а у стен, на изящных диванчиках, отдыхающие дамы оживлённо обсуждали последние новости.
Эти редкие, но такие яркие праздники становились настоящим событием, врываясь в размеренную жизнь усадьбы вихрем музыки, смеха и блеска золотых эполет. И можно представить, что именно на одном из таких импровизированных балов Пушкин наблюдал сценки, которые позже оживут на страницах его произведений.
«И вот из ближнего посада
Созревших барышень кумир,
Уездных матушек отрада,
Приехал ротный командир;
Вошёл... Ах, новость, да какая!
Музыка будет полковая!
Полковник сам её послал.
Какая радость : будет бал!»
👑 Обитатели и гости усадьбы.
С усадьбой Берново связаны судьбы многих примечательных личностей.
· Анна Керн : именно здесь, в имении деда, с 8 до 12 лет воспитывалась Анечка Полторацкая, будущая Анна Петровна Керн, которой Пушкин посвятил «Я помню чудное мгновенье…».
· Декабристы Муравьёвы : в усадьбе бывал Михаил Никитич Муравьёв — писатель, попечитель Московского университета, наставник Александра I и, что примечательно, отец будущих декабристов Никиты и Александра Муравьёвых.
· Йоко Оно : в 2007 году усадьбу посетила Йоко Оно, вдова Джона Леннона. Оказалось, что в детстве её воспитывали тётушки — Варвара Бубнова и Анна Оно (урождённые Вульф), которые много рассказывали ей о милом сердцу Бернове.
Варвара Бубнова. Палитра одной жизни.
В тенистом парке старинной усадьбы Берново, там, где когда-то гулял сам Пушкин, прошло детство трёх необыкновенных сестер — Варвары, Анны и Марии Бубновых. Их мать была урождённой Вульф, а потому имя Пушкина звучало в доме так часто, что девочки в детстве искренне считали его «самым близким родственником». Эта усадьба, пропитанная поэзией, стала для них первым миром, полным красоты и творчества.
Каждая из сестёр нашла свой путь в искусстве : Мария стала пианисткой, Анна — скрипачкой, а Варвара выбрала кисть и краски. Но спокойной жизни «русских барышень» не случилось. Вихри революции и семейные обстоятельства забросили Варвару и Анну в далёкую и загадочную Японию.
Казалось бы, в чужой стране их ждала участь незаметных эмигранток. Но случилось обратное. Варвара не просто прижилась — она стала важным мостом между двумя культурами. Поступив в Токийское художественно-прикладное училище, она увлеклась цветной литографией и вскоре её признали лучшим литографом Японии.
Одновременно она учила японцев русскому языку и литературе в престижном университете Васэда. Благодаря ей японские читатели впервые увидели «Евгения Онегина», «Пиковую даму» и «Сказку о царе Салтане» с её изумительными иллюстрациями. Она основала новое художественное направление, и сегодня ни одна серьёзная книга по японскому искусству не обходится без упоминания имени Бубновы-сан.
Но за этой блестящей биографией скрывалась и другая, горькая правда — годы одиночества, тоски по России, личных потерь и предательств. Спасали её память о Бернове, о поэтическом детстве и та живительная сила, что помогла ей не просто выжить, а стать яркой звездой, соединившей в своём творчестве русскую душу и японский гений. Её жизнь стала настоящей палитрой, на которой смешались краски радости и грусти, России и Японии, традиции и авангарда.
📜 История дома после Вульфов.
Судьба дома сложилась удивительным образом — он никогда не был разрушен и не перестраивался, лишь реставрировался.
· После революции 1917 года в имении разместилась коммуна, а в 1935 году в доме открыли школу.
· Во время Великой Отечественной войны здание сильно пострадало, но было восстановлено, и с 1951 по 1974 годы в нём снова работала школа.
· В 1971 году в Бернове был открыт музей А.С. Пушкина, а в 1976 году его экспозиция переехала в отреставрированный усадебный дом Вульфов, где находится и поныне.
Усадебный дом Вульфов в Берново — это больше, чем музей. Это место, где история оживает, где можно почувствовать дух эпохи и представить, как по липовым аллеям прогуливается великий поэт, а из открытых окон доносится шум большого и радушного семейства.
🏛️ Музей в наши дни.
Музей А. С. Пушкина был открыт в Бернове 6 июня 1971 года и с 1976 года размещается в мемориальном особняке Вульфов. Сегодня его экспозиция насчитывает 12 залов.
Ежегодно, в первое воскресенье июня, в Бернове проводится большой Пушкинский праздник поэзии, собирающий тысячи почитателей таланта великого поэта. Музей также предлагает гостям интерактивные программы, такие как «Русалочьи забавы» или «Там на неведомых дорожках…», позволяющие полностью погрузиться в атмосферу места.
Берново — это не просто музей. Это место, где время замедляет ход, позволяя прикоснуться к эпохе, что навсегда осталась в пушкинских строках. Посещение сего уголка Тверской земли станет для вас настоящим путешествием и в историю, и в поэзию.
А какие места, связанные с Пушкиным, посещали Вы? Делитесь в комментариях.
Продолжение в следующей статье 👉🏻
Спасибо, что прочитали ❤️