Однажды певец революции в лице агитатора, горлана, главаря – он же Владимир Маяковский в своем собственном лице – приехал в Луганск. Случилось это памятное событие в июле 1927 года. На Донбассе по обыкновению стояла адская жара, и поэт, плохо ее переносивший, просил отложить до осени гастроли, приуроченные к десятой годовщине Октября. Но организаторы, в отличие от июльской погоды, остались холодны к его просьбам.
Вместе с Маяковским путешествовал его ученик, молодой поэт Семен Кирсанов, и Павел Лавут – собственно, один из холодных организаторов. В Луганск литераторы приехали 27 июля 1927 года, и в тот же день дали первый концерт в Народном доме (клубе металлистов).
Кстати, за давностью лет многое перепуталось. Так, некоторые источники утверждают, что загадочный Народный дом ныне известен под названием ДК имени Ленина. Что ж. Здание ДК на площади Люксембург в некоторых старых документах действительно фигурирует под названием «Театр-клуб металлистов». Но вот в чем загвоздка: будущий Дворец культуры имени Ленина начали строить в августе 1927 года. То есть, Маяковский никак не мог выступать там в июле. Настоящий Народный дом – это бывший ДК железнодорожников на Пушкинской.
Ажиотаж был большой.
«В этот душный июльский вечер горняки и паровозостроители, служащие и молодежь пришли в Народный дом («клуб металлистов») на вечер В. Маяковского. Несмотря на жару, зал был заполнен до отказа. Здесь не было ни праздных скучающих бездельников, ни эстетствующих снобов, преследующих поэта. Рабочая аудитория пришла слушать своего вдохновенного певца», – писала «Луганская правда» 29 июля 1927 года.
В первом отделении Маяковский рассказывал о «лице левой поэзии». Во втором они с Кирсановым читали публике свои стихи, а также отвечали на вопросы, присылаемые из зала в записочках. Маяковский, как и всегда, был резок, дерзок и безжалостен. Сейчас бы его реплики назвали панчами. Так, поэта спросили, что он хотел сказать обществу, выступая без пиджака.
«Это от жары, балда», – был ответ.
Кроме двух литературных вечеров в Народном доме было еще выступление на летней эстраде в парке, концерт в Доме учителя и встреча в редакции «Луганской правды». Вообще, появление Маяковского в Луганске стало чем-то вроде литературной кометы с огромным «хвостом», протянувшимся сквозь время: он произвел колоссальное впечатление на местных писателей и поэтов.
Столичным же гостям Луганск запомнился… клопами.
«Все было бы великолепно, кабы в гостинице не замучили клопы. <…> Не спали всю ночь. Маяковский и Кирсанов пробовали перебраться на пол, но насекомые и там их нашли», – вспоминал Лавут.
Впрочем, про клопов – это, конечно, шутка. Другое там было, важно... После смерти Маяковского в 1930 году Кирсанов написал об этой поездке теплые ностальгические строки:
«За нами пыльный лег Луганск,
но веет гривой дым еще.
Попутных шахт мираж угас,
сижу с Владим Владимычем…».
Ранее «Большой Луганск» писал о том, где в нашем городе искать замаскировавшуюся старую «Чайку», а также о женщине, которая решила отдохнуть посреди оживленной дороги.