Наркомвоенмор Троцкий, он же председатель Реввоенсовета, он же глава ТрансЧК, по просьбе председателя ВЦИК В. Ульянова-Ленина организовал переброску Нестора Махно (тов. «Хмурого») на Украину.
В своих воспоминаниях, опубликованных в Париже в 1936 году ( Нестор Махно, ВОСПОМИНАНИЯ (в 3 книгах), Париж, 1929, 1936-37. Репринт: Киев, изд. «Україна», 1991), сам Нестор Иванович писал о некоторых ярких моментах этого путешествия.
«... мне не советовали пробираться на Украину... по примеру других, сам уселся спокойно и по праву гражданина Германо-Немецкой Украины проехал пикеты Красной Армии и немецкие пикеты...
... Я поджидал случая, что мне удастся попасть в вагон через дверь, и остался на месте посадки до самой ночи. Правда, оставались вагоны железнодорожных служащих, в которых место было, но немецкие власти запрещали им брать к себе пассажиров. Кроме того, железнодорожные служащие гетманского царства поделались такими "украинцами", что на вопросы, обращенные к ним на русском языке, совсем не отвечали.
... один из них подозвал и предупредил, чтобы я ни к кому не обращался со словом "товарищ", а говорил бы "шановний добродію", в противном случае я ни от кого ничего не добьюсь.
Я поразился этому требованию, но делать было нечего. И я, не владея своим родным украинским языком, принужденно должен был уродовать его так в своих обращениях к окружавшим меня, что становилось стыдно...
Над этим явлением я несколько задумался и скажу правду, оно вызвало во мне какую-то болезненную злость, и вот почему:
я поставил себе вопрос: от имени кого требуется от меня такая ломота языка, когда я его не знаю? Я понимал, что это требование исходит не от украинского трудового народа. Оно – требование тех фиктивных "украинцев", которые народились из-под грубого немецко-австро-венгерского юнкерства и старались подделаться под модный тон. Я был убежден, что для таких украинцев нужен был только украинский язык, а не полнота свободы Украины и населяющего ее трудового народа. Несмотря на то, что они внешне становились в позу друзей независимости Украины, внутренне они хватались, вместе со своим гетманом Скоропадским, за Вильгельма немецкого и Карла Австро-Венгерского, за их политику против революции. Эти "украинцы" не понимали одной простой истины: что свобода и независимость Украины совместимы только со свободой и независимостью населяющего ее трудового народа, без которого Украина – ничто...»
//://
Это коротко в ответ на пост от одного нашего постоянного читателя-националиста-монархиста, который накатал вчера комментарий, что Махно был самостийником.
Если коротко: бред.
Чуть длиннее: вредоносное враньё, в целом характерное для наших необелогвардейцев.
Махно ещё Солженицын в свое время на дух не переносил.
Дело в том, что 3/4 своих боёв Махно, конечно же, провёл на стороне Красной армии. Поэтому на него наши «правые» вешают всех собак.
Если коротко: Махно был революционером, социалистом, анархистом и всю эту самостийность презирал.
Но монархию, буржуазный либерализм и белогвардейцев он ненавидел столь же яростно.
