Во многих американских фильмах невозможно не заметить пафос, отражающий основные послания этого государства, обращённые как к собственным гражданам, так и к миру. Наиболее распространены два приёма американского пафоса.
Первый: финальная сцена разворачивается в суде, где добро побеждает зло. Послание очевидно — положительные герои, как бы ни страдали, с какими бы непреодолимыми трудностями ни сталкивались, в итоге побеждают, потому что существует американский суд, который всё расставит по своим местам. Не оружие, не сила, а Закон — с честным судьёй и присяжными.
Второе место для финальной сцены — кладбище Арлингтон. Сюжет примерно таков: военнослужащий сражался в Ираке или Афганистане и считался пропавшим без вести; останки обнаружены (или же его честь была запятнана, но посмертно восстановлена). Героя хоронят по военному протоколу — залпы, трубы, и останки, укутанные американским флагом, передают вдове или детям.
Означает ли это, что США вели справедливую войну на Ближнем Востоке, боролись за демократию? Или что американские военные всегда гуманно обращались с мирным населением? Совсем не обязательно, чтобы в это все верили. Послание таких пафосных сцен иное: этих людей отправила на войну американская нация (или государство — в данном случае одно и то же), и ты, если считаешь себя представителем этой нации, обязан склонить голову перед погибшим.
Вы можете смеяться над этим пафосом, называть такую пропаганду примитивной, грубой, но это всё равно сигнал, исходящий от государства, который влияет даже на самых неверящих и самых циничных — тем более если государственный заказ, явный или скрытый, исполнен на художественно достойном уровне.
Подобное отношение к своему прошлому и настоящему характерно для всех серьёзных государств — у них есть то, что принято называть “большими нарративами”. Причём не обязательно, чтобы государственные мифы точно отражали историческую реальность. Советское государство, например, героизировало Александра Невского, который, современным языком говоря, был “коллаборационистом”, подчинявшимся татарам.
Третья Республика Армения вела две кровопролитные войны против Азербайджана, однако наше государство так и не смогло сформулировать ту, в хорошем смысле, мифологию, которая помогла бы нашим гражданам ориентироваться в этом бурном и стремительно меняющемся мире. А после 2020 года слова “Арцахская героическая война”, “освобождение Арцаха” вообще были вытеснены из официального словаря, а Ераблур не играл и особенно сейчас не играет роль Арлингтонского кладбища.
Герои, как выясняется, тоже не герои, а всего лишь “мученики”, память которых нужно чтить “по-другому”. Каким образом? Вероятно, исполняя все требования Азербайджана. Какой-то мифологией всё это всё же должно быть заменено. Какой? Формулу, представьте себе, дал настоящий герой первой Арцахской войны, который сейчас является соратником Пашиняна. Согласно этой логике, смена власти в 2018 году была важнее освобождения Арцаха. То есть эта смена власти была единственной светлой и единственной героической страницей в нашей пятитысячелетней истории. (Немного светлым, пожалуй, был царь Пап, но его убили клирики.)
Таким образом, единственный миф нынешней власти — это то, что народ во главе со своим могущественным лидером сверг власть грабителей и уверенными шагами идёт к счастливому и независимому (без русских) будущему. Следовательно, единственный герой этой мифологии — Пашинян.
В качестве временного пропагандистского тезиса это пока проходит. В качестве государственной мифологии — довольно слабое основание.
…О судах даже писать не буду: краснею за наших судей.
Арам АБРАМЯН,
Газета “Аравот”
По материалам: https://ru.aravot.am/2025/11/26/462461/