Смотрим фотографии. Вспоминаем судьбу музы ХХ века. Соглашаемся или нет.
Щедрая природа одарила ее чувственными губами на лице круглом, как тарелка. Одарила задом величиной с громадный ресторанный поднос при подаче на компанию. Кривоватые ноги ее ходили по земле, а потом и по сцене, как по палубе корабля, плывущего в качку.
Так грубо описывал Зинаиду Райх приятель Сергея Есенина Анатолий Мариенгоф. Еще злобно назвал ее дебелой еврейской дамой.
Писатель и театровед Юрий Елагин громя Мариентогофа в своей книге «Темный гений» напротив рассказывает о том, что Райх была женщиной чрезвычайно обаятельной, обладавшей необъяснимым началом, которое по русски называется «Поди сюда», то есть женской притягательностью.
И влюбленный в Райх Ганин сравнивал ее с колдуньей и русалкой:
Русалка - зеленые косы,
Не бойся испуганных глаз,
на сером оглохшем утесе
Продли нецелованный час.
Я понял, - мне сердце пророчит,
Что сгинут за сказками сны,
Пройдут синеглазые Ночи,
Уснут златокудрые дни.
И снова уйдешь ты далече.
В лазурное море уйдешь,
И память о северной встрече
По белой волне расплеснешь.
Она и сама знала и не знала о себе все. Так повелось с ее босоногого черноморского детства, с привкусом соли и песка. Когда смешливой девочкой Зина бегала с местной ребятней по ее родным Ближним Мельницам под Одессой, люди останавливались, что рассмотреть повнимательней эту красивую малышку.
- О, маленькая дама, у вас глаза, как спелая черешня.
Другие наоборот, твердили:
- Нет, в этой соседкой Зинке ничего. Обычное лицо, не романтичное, простое.
Юная Зинаида себя изучала. В семье красавиц не захваливали. Отец железнодорожный рабочий и революционер воспитывал ее в строгости.
Одно у ее было не занимать — смелости. Эта смелость затягивала в ее женский омут любящих ее мужчин.
Рассмотрим старые фото. Там Зинаида еще молода, любима и любит, ну, а то, что порой приходилось немыслимо страдать, это все метаморфозы любви.
Лицо яркое, не скажешь, что миловидное до нежности. Но в «ревущих» двадцатых двадцатого века от женщины этого не ждут. Дамы отстригают волосы и сбрасывают корсеты.
Двадцатые - это эпоха арт-деко, чарльстона и немого кино. В моде яркие брюнетки с густо подведенными глазами. И колоритная красота Райх играет ей на руку.
Что касается якобы кривых ног Райх, специально поискала ее фото в полный рост. Коротких юбок не нашла, особой дебелости тоже не нашла, как и зада о огромный поднос. Стройная молодая женщина с приятными округлостями.
Здесь ей около тридцати. Это ее первая роль. Она мать двоих детей.
"Райх актрисой не была — ни плохой, ни хорошей. Ее прошлое — советские канцелярии, "- перебивает наши с вами размышления Мариенгоф.
Начало
Когда Зинаиде было тринадцать лет ее отца революционера выслали в молдавские Бендеры. Здесь она не смогла закончить гимназию. Прекрасно училась, однако подобно отцу полностью отдается революционному движению.
Она уезжает из Бендер, сначала в Киев, а затем в Санк-Петербург.
В столице она становиться слушательницей Высших литературно-исторические курсов, а чтобы как-то прокормиться и снять хоть какую-нибудь комнатушку, находит работу секретаря-машинистки в эссеровской газете «Дело народа».
Здесь и произошла судьбоносная встреча с Сергеем Есениным.
Поэт печатался в газете. Редактора не было на месте, и юный Сергей Есенин заболтался с симпатичной секретаршей. Да настолько, что когда пришел «главный» махнул рукой: "Я лучше здесь подожду".
Сергей подарил Зинаиде фотографии, на которой написал: «За то, что девочкой неловкой предстала ты мне на пути моем».
Все таки не смелая, неловкая...
Все это уже много раз пересказано. В Зинаиду безнадежно влюблен Алексей Ганин. Такой же юный поэт уже сделал ей предложение, Зинаида даже подумывает сказать: «Да».
Ганин и Райх едут на Север, в путешествие к Белому морю, и берут с собой Сергея Есенина. Пока только в качестве свидетеля молодоженов. Однако все меняется. Есенин признается в чувствах Зинаиде, и она внезапно меняет жениха.
Отцу Райх пишет:
-Вышли сто рублей, выхожу замуж.
Ганин остается с разбитым сердцем. Считается, что чувства возникли у Райх и Есенина когда они плыли на теплоходе. Но не будем сбрасывать со счетов слова Есенина, сказанные в редакции: «Я лучше здесь посижу».
Разве это не признание поэта если уж и не в любви с первого взгляда, то в интересе точно.
Сначала Есенин и Рахй даже не жили вместе. Затем они снимают комнату на Литейном проспекте.
Поэт по крестьянски патриархален. Он уговаривает молодую жену оставить работу.
Несмотря на юность, она прекрасно справляется с ролью супруги. Отличная хозяйка.
Есенин говорил, что ей нужно было бы стать поваром настолько прекрасно она готовит.
- Священнодействует, - так отзывается поэт о борщах жены.
Любил хвастаться перед друзьями хлебосольством. С порога говорил:
- Зинаида, а что же ты не ставишь нам самовар?
Ну, а к самовару подавались Зинины кулинарные шедевры. Многими годами позже, рассказывали, что дом режиссера Меерхольда стал резко уютнее, как только он съехался с Райх.
Жили Сергей с Зинаидой не богато, но и не бедствовали. Есенин тогда успешно печатался. Но с деньгами пришли попойки, а также друзья, которые не любили жену, а она платила им той же монетой.
Татьяну поехала рожать в Орел, ближе к матери. Там впервые попробовала себя на театральном поприще.
Правда пока устроилась инспектором в областной Орловский Наркомпрсс. Стала заведующей театральной секцией.
К Орлу подошла армия "белых". Райх возвращается в Москву. Есенин встретил холодно. Но еще цеплялись за что-то.
Сын Константин родился уже в Москве. Есенин в дом ребенка не пришел.
Они встретились на железнодорожной платформе. Зинаида везла больного мальчика на лечение в Кисловодск, поэт ехал из Ташкента. На сына он небрежно взглянул: «Есенины черненькими не бывают!»
Устроил жене сцену. Рядом был Анатолий Мариенгоф, и, конечно, мы переписываем эту фразу из статьи в статью со слов приятеля поэта так не любившего Райх.
Зинаиду эти упреки убивали. В дороге она заболела тифом. Не чего и говорить, что жизнь держалась на тоненькой ниточке.
Долечиваться поехала к матери с отцом в Орел. Болезнь сказалась на нервной системе, ее положили лечить в психиатрическую клинику. В эти дни она получила письмо о разводе.
Спустя годы она пошлет людей в психиатрическую клинику, где лежал Сергей Есенин, не с апельсинами, а с требованием выплатить деньги на воспитание детей.
А пока, в двадцать первом году Райх вновь идет учится. На этот раз становится слушателем Высших режиссерских мастерских. С ней учится Сергей Эйзенштейн.
Помимо учебы ей удается найти себе небольшую должность, снова секретарши, на этот раз у Надежды Крупской, в Наркомпросе. Она устроилась в театральный отдел.
Новый брак
В Министерстве просвещения, в здании на Чистых прудах, она знакомится с женатым режиссером Меерхольдом. Он старше ее на двадцать лет.
Обласканный Троцким режиссер в браке воспитывает трех детей, но когда это кого-то останавливало. А особенно Зинаиду Райх, молодую женщину не робкого десятка.
Меерхольд развелся и женился на Райх. Забросал ее женскими безделушками: французкие духи, шелковые платья, дорогие шубки.
Он сделал ее звездой. Большинство пьес ставились исключительно под нее.
Есенин сразу как-то вспомнил, что у него была жена. Стал говорить, что Меерхольд отобрал у него супругу и детей.
Ночами барабанил по двери в квартире на Новинском бульваре. Требовал показать сына и дочь.
Бывшие возвращаются, когда у тебя хорошо.
А она не знала, что и делать.
Сын Райх Константин Есенин вспоминал, что у матери была подруга Зинаида Гейман. Райх и поэт снова стали пересекаться на квартире у подруги.
Мерхольд узнал об этом и запретил Гейман принимать Райх и Есенина.
- Вы знаете, чем это кончится. Они снова сойдутся, и это ее убьет.
Вы помните,
Вы всё, конечно, помните,
Как я стоял,
Приблизившись к стене,
Взволнованно ходили вы по комнате
И что-то резкое
В лицо бросали мне.
Вы говорили:
Нам пора расстаться,
Что вас измучила
Моя шальная жизнь,
Что вам пора за дело приниматься,
А мой удел —
Катиться дальше, вниз.
Любимая!
Меня вы не любили.
Не знали вы, что в сонмище людском
Я был как лошадь, загнанная в мыле,
Пришпоренная смелым ездоком.
Не знали вы,
Что я в сплошном дыму,
В развороченном бурей быте
С того и мучаюсь, что не пойму —
Куда несет нас рок событий...
Считается, что это произведение поэта посвящено Зинаиде Райх. Сын Константин Есенин уверял, что это так и есть.
Он на всю жизнь запомнил сцену. Есенин стоял у стеты в столовой , в пальто с шапкой в руках. Поэт лишь изредка говорил. Райх энергично ходила по комнате, бросая жесткие слова.
Уже взрослым сын спросил у Райх: «Это про тот случай». Она лишь улыбнулась в ответ.
Простите мне…
Я знаю: вы не та —
Живете вы
С серьезным, умным мужем;
Что не нужна вам наша маета,
И сам я вам
Ни капельки не нужен.
Живите так,
Как вас ведет звезда,
Под кущей обновленной сени.
С приветствием,
Вас помнящий всегда
Знакомый ваш
Сергей Есенин.
Константин уверял, что мать рассталась с Есениным из-за так называемых "мужиковствующих".
Мариенгоф настаивал, что Райх - еврейка, а сын уверял, что ее фамилия немецкая и дед Константина по матери немец Николай Райх из Селезии, а мать дворянка Анна Викторова.
Есенин жаловался потом другой своей увлеченности Августе Миклашевской:
- Меня с Райх рассорил Мариенгоф. Рассорил, а сам женился на актрисе.
На похоронах поэта Райх была с Меерхольдом и кричала: «Ушло наше солнце».
Не буду приводить здесь печальных фотографий, но если посмотреть фото, у Райх самый отчаянный вид из всех. Она не могла держаться на ногах.
- Я буду жить жить с дыркой в сердце до конца своих дней, - так она говорила о своем первом браке.
А жизнь вертела колесо судьбы дальше...
Казалось, что все налаживалось. Дом режиссера полная чаша. Каждый выходной Зинаида организует вечеринки, на которые мечтают попасть многие из московской богемы.
В 1930 Меерхольд везет в Париж Гоголеского «Ревизора».
Театр полон, парижские журналисты строчат лестные отзывы, шестикомнатная парижская квартира завалена цветами.
Но Райх пишет молодому пианисту Льву Оборину пророческие строки:
«Глупое мое сердце все в тревоге; как дальше, чем кончится, всего боюсь,все страшно».
Получается, что сердце у Райх глупым не было…
В середине тридцатых Меерхольд ставит пьесу по произведению Дюма-младшего «Даму с камелиями».
Райх шьют необыкновенные костюмы. Под старину, роскошные. Лимонное шелковое , черное бархатное.
Ей за сорок. Она уже какая-то другая, но все еще пленяет. Уже не девочка неуклюжая, что так понравилась Есенину.
Меерхольд заказывает у скульптора Наталья Данько статуэтки.
Своеобразная реклама тех лет.
Спектакль настолько известный, что на него приезжает Сталин. Он не досматривает спектакль до конца.
Жувущая в роскоши акриса, изображающая даму легкого поведения. И это для народа? Эстетство. Буржуазность.
Сразу начинается травля. Театр закрывают, а Зинаида якобы пишет вождю письмо, в котором намекает, что ему нужно поучиться театральному искусству у ее мужа.
Письма никто не видел, но в Москве судачили, что оно было. Неужели до такого дошла в своей смелости?
Спектакль действительнот не понравился Сталину, или он уже ехал в театр «накрученный» против режиссера? Неизвестно. Да и был ли визит? Все что есть - это обрывки воспоминаний.
А вот обвинение в буржуазности и эстетстве серьезное по тем временам преступление.
Быть может все банальнее — припомнили давнее покровительство режиссеру от Льва Троцкого.
Однажды к ленинградской квартире Меерхольда подъезжает черный воронок. Режиссеру обвиненяют в террористической деятельности. А еще Меерхольд якобы шпион работающий даже на Японию.
Везут в Москву на Лубянку. Режиссера страшно пытают, а потом расстреляют 2 февраля 1940 года.
Зинаиды уже как полгода не будет на земле. Палачи не были бы палачами если бы они не рассказали об убийстве актрисы.
Однажды июльской ночью в их дом пробрались душегубы. Они нанесли десятки ножевых ранений в сердце и одно в шею. Скорая приехала, но Зинаида только успела сказать: Я умираю».
Ее похоронили в том самом бархатном черном сценическом платье. Недалеко от Есенина.
Проводить в последний путь не пришел никто из тех, кто вертелся на знаменитых богемных вечеринках Райх.
Осмелилась лишь одна немолодая балерина - Гельцер.
Квартиру у Татьяны и Константина отобрали. Подели на пополам. Одну часть отдали водителю Берии, а другую его восемнадцатилетней протеже.
Архивы Сергея Есенина и Константина Меерхольда молодежь перевезла на дачу под Балашихой. Потом архивы забрал Сергей Эзейштейн.
Небольшую дачку близ Балашихи Зинаида Райх купила на гонорары от продажи книг Сергей Есенина. Так, что все -таки что-то от поэта детям досталось.
Эту дачу Константин Есенин сохранял долгие годы. Даже не менял старые доски на скрипящем крыльце. Сохранял половицы, которые помнили шаги из прошлого.
Сгорела дача совсем недавно в 2022 году.
Время и страсть всегда безжалостны. Любовь всегда права.
Любимая!
Я мучил вас,
У вас была тоска
В глазах усталых:
Что я пред вами напоказ
Себя растрачивал в скандалах.
Но вы не знали,
Что в сплошном дыму,
В развороченном бурей быте
С того и мучаюсь,
Что не пойму,
Куда несет нас рок событий…
С уважением, Татьяна.