Эксперты РАНХиГС констатируют: 75% мирового флота и 90% морского страхования контролируются Западом, создавая критические риски для стран Мирового большинства
Корпорации из США, Европы и их союзников доминируют в ключевых сегментах мировой логистической инфраструктуры, что создает стратегические риски для стран Мирового большинства. К такому выводу пришли эксперты Центра межотраслевой экспертизы «Третий Рим» РАНХиГС в докладе «Стратегическая архитектура мировой торговой логистики».
История вопроса:
Аналитики констатируют, что западные компании контролируют почти три четверти мировых контейнерных перевозок. Всего три оператора – датский Maersk, швейцарско-итальянская Mediterranean Shipping Company и французская CMA CGM – суммарно занимают более 45% рынка контейнерных мощностей. Перевозчики из стран Мирового большинства, за исключением китайской COSCO, входящей в пятерку лидеров, значительно уступают им по глобальному охвату. В Западной Африке на долю западных компаний приходится до 85% контейнерных перевозок.
Аналогичный дисбаланс наблюдается в авиационной отрасли. Лишь шесть из четырнадцати ведущих мировых грузовых авиакомпаний базируются в странах Мирового большинства, и их совокупная доля рынка уступает мощностям американских и европейских перевозчиков. География авиамаршрутов также отражает сложившуюся асимметрию. Почти половина международных пассажирских перевозок в Латинской Америке ориентирована на Северную Америку, в то время как прямое авиасообщение между Латинской Америкой и Африкой практически отсутствует, вынуждая пассажиров летать через европейские или ближневосточные хабы.
Эксперты подчеркивают, что зависимость проявляется не только в контроле над транспортными активами, но и в управлении критически важными географическими точками и вспомогательными сервисами. Ежегодно через Суэцкий канал проходит около 12% мировой торговли, через Малаккский пролив – почти 25% морской торговли нефтью и более 40% глобальных контейнерных перевозок. Панамский канал, обеспечивающий около 6% мирового товарооборота, становится все более уязвим к климатическим изменениям. Эти узкие места интегрированы в западную морскую инфраструктуру и страховые режимы. Более 90% морской торговли страхуется на лондонском рынке Lloyd's или через европейских перестраховщиков. Аналогичная ситуация с логистическим программным обеспечением, фрахтовыми платформами и глобальными системами бронирования, которые также в основном контролируются западными компаниями.
Эта архитектура создает не только коммерческую зависимость, но и политическую уязвимость, поскольку решения, принимаемые в Вашингтоне, Лондоне или Брюсселе, могут напрямую влиять на торговые потоки других стран. Яркими примерами стали кризисы: во время пандемии COVID-19 западные судоходные линии переориентировали мощности на более прибыльные транстихоокеанские маршруты, что привело к росту фрахтовых ставок между Восточной Азией и Южной Америкой более чем на 500% в 2019-2021 годах. После начала кризиса на Украине в 2022 году западные страховщики отказались от работы с российскими грузами, вынудив Россию оперативно создавать альтернативные схемы с азиатскими партнерами.
Страны Мирового большинства рассматривают эту ситуацию не только как риск, но и как возможность. Стремительный рост взаимной торговли, например, внутри объединения БРИКС+, который за последние 20 лет увеличился в пять раз, создает достаточный масштаб для развития собственных логистических коридоров, платформ и страховых систем. Как отмечают в РАНХиГС, государства осознают необходимость создания двух-трех альтернативных сценариев для ключевых маршрутов и платежных схем для повышения устойчивости своих экономик. Таким образом, логистика, долгое время определявшаяся ограниченным набором компаний и хабов, становится одной из ключевых арен конкуренции в переходе к многополярной мировой экономике.
Напомним, к 2026 году логистический сектор столкнется с необходимостью балансировать между ускоренным внедрением инноваций и сохраняющейся экономической и геополитической неопределенностью. Такой вывод содержится в анализе компании Transporeon, согласно которому успех компаний будет зависеть от способности сочетать быструю адаптацию с неизбежной цифровой трансформацией повседневных процессов. Ключевым элементом повышения устойчивости и конкурентоспособности станет комбинация человеческой интуиции, качества данных и способности интегрировать разнородные системы. LR