Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Царьград

Дневники Нонны Мордюковой: «Ты меня ненавидишь, а я боюсь тебя, как немецкую овчарку»

Нонну Мордюкову привыкли видеть сильной женщиной, которая одним взглядом могла построить всю съёмочную группу. Но личные дневники актрисы, показанные к её столетию, раскрыли совсем другой образ — ранимой и очень одинокой матери. Она старалась удержать семью, которая уже развалилась. Архивы нашли родственники: пожелтевшие страницы, крупный размашистый почерк и удивительная честность. Мордюкова записывала всё. Размышления о ролях, заметки о работе, но больше всего страниц посвящено сыну Владимиру, рождённому в её браке с Вячеславом Тихоновым. Для неё он был вселенной и одновременно постоянной болью. Сын рос фактически без родителей. Оба были в разъездах, на съёмках, и Володя рано оказался среди сомнительных компаний. Наркомания разрушила его жизнь, а мать — до последнего пыталась понять, как спасти уже взрослого человека, который терял себя на глазах. В дневнике она признавалась: «Ты меня ненавидишь, а я боюсь тебя, как немецкую овчарку». Эти короткие строки передают всю ту тревогу, кото
Оглавление
Фото: Коллаж Царьград
Фото: Коллаж Царьград

Нонну Мордюкову привыкли видеть сильной женщиной, которая одним взглядом могла построить всю съёмочную группу. Но личные дневники актрисы, показанные к её столетию, раскрыли совсем другой образ — ранимой и очень одинокой матери. Она старалась удержать семью, которая уже развалилась.

«Я боюсь тебя, как немецкую овчарку…»

Архивы нашли родственники: пожелтевшие страницы, крупный размашистый почерк и удивительная честность. Мордюкова записывала всё. Размышления о ролях, заметки о работе, но больше всего страниц посвящено сыну Владимиру, рождённому в её браке с Вячеславом Тихоновым. Для неё он был вселенной и одновременно постоянной болью.

Фото: Коллаж Царьград
Фото: Коллаж Царьград

Сын рос фактически без родителей. Оба были в разъездах, на съёмках, и Володя рано оказался среди сомнительных компаний. Наркомания разрушила его жизнь, а мать — до последнего пыталась понять, как спасти уже взрослого человека, который терял себя на глазах. В дневнике она признавалась: «Ты меня ненавидишь, а я боюсь тебя, как немецкую овчарку». Эти короткие строки передают всю ту тревогу, которая преследовала её дома, когда сын становился агрессивным и непредсказуемым.

Фото: Коллаж Царьград
Фото: Коллаж Царьград

С Тихоновым отношения сошли на нет. В больнице они стояли рядом, но словно чужие. Мордюкова отмечала, что справляется одна, хотя ей очень страшно.

Записки о кино и о рабочей жизни

Были в дневнике и другие записи. Она рассуждала о ролях, вспоминала съёмки. Например, рассказывала, как на фильме «Женитьба Бальзаминова» добивалась нужной интонации целых двадцать девять дублей и шутила, что партнёр уже был напуган её объятиями. Но даже эти моменты выглядели короткими передышками среди постоянной тревоги. После смерти сына она почти перестала писать.

Фото: Коллаж Царьград
Фото: Коллаж Царьград

Жизнь актёра кажется блестящей, но семьи нередко расплачиваются за эту внешнюю красоту. Владимир падал всё глубже, а поднять его никто не смог. В записях она спрашивала, как жить рядом с человеком, который вспыхивает без причины, и признавалась, что боится сорваться сама, потому что она «не железная». Когда сына положили в больницу, она металась по коридорам и пыталась понять, за что ей такое испытание.

Владимир умер в 1990 году. После его смерти Мордюкова погасла. Друзья говорили, что вместе с сыном она потеряла и себя. Сегодня её дневники показывают женщину, которая умела играть сильных, но сама жила с болью, которую трудно выдержать даже самым стойким людям.