Глава 24. Точка невозврата
Их отношения обрели новое, глубокое измерение. Теперь, когда призраки прошлого были выведены на свет, Данила словно сбросил с плеч тяжелый груз. Он стал спокойнее, чаще улыбался, и его улыбки больше не были защитными оскалами. Они были настоящими.
Они проводили дни вместе, наслаждаясь простыми вещами. Учеба, совместные обеды в столовой, прогулки по городу, которые теперь не были бешеными гонками на мотоцикле, а неспешными променадами, когда они могли говорить обо всем на свете или просто молчать, наслаждаясь присутствием друг друга.
Он стал внимательным и заботливым. Мог заметить, что она замерзла, и отдать ей свою куртку. Купить ее любимый шоколад. Однажды, когда у Алены сильно болела голова, он сидел с ней в общежитии, читал вслух отрывки из ее учебника по литературе с таким комичным пафосом, что она смеялась сквозь слезы.
Они много говорили о будущем. О той самой маленькой квартире, о планах на стажировку, о том, как летом он поедет с ней в Высокое — познакомиться с ее мамой и посмотреть на те самые звезды.
— Только, чур, без коров, — шутил он. — Я с ними не в ладах.
— А ты попробуй подойти с добром, — отвечала она, — они чувствуют настроение.
Он смотрел на нее, и в его глазах было столько нежности и обожания, что у нее перехватывало дыхание. Это была та самая любовь, о которой она мечтала, — страстная, но не разрушительная; глубокая, но не тягостная.
Их физическая близость росла постепенно, как естественное продолжение этой эмоциональной близости. Поцелуи у ее двери становились все длиннее и страстней. Объятия — все крепче. Они исследовали друг друга, как неизведанную страну, полную чудес, и каждый новый шаг был взаимным и желанным.
И вот наступил тот вечер. Они смотрели фильм в его квартире, на том самом диване, где когда-то разыгралась их первая драма. Но теперь все было иначе. Они лежали, переплетенные, и его рука нежно гладила ее волосы.
Фильм закончился, но они не двигались. В тишине комнаты было слышно только их дыхание. Данила повернулся к ней, его лицо было серьезным в свете экрана.
— Алена, — он прошептал ее имя, и в его голосе была вся вселенная чувств.
Она посмотрела ему в глаза и увидела в них не страсть, а вопрос. И обещание. Обещание бережности и уважения.
Она кивнула. Словно давая разрешение не просто на близость, а на полное доверие, на слияние не только тел, но и душ.
Он поцеловал ее, и этот поцелуй был медленным, сладким и бесконечно нежным. Он не торопился, словно боялся спугнуть хрупкость момента. Каждое его прикосновение было вопросом: «Так?», и ее ответом был вздох или легкий стон одобрения.
Он снял с нее свитер, потом свою футболку. Его пальцы дрожали, когда он расстегивал пуговицу на ее джинсах. Он был уязвим, и в этой уязвимости было больше мужества, чем во всей его прежней браваде.
— Ты уверена? — он спросил шепотом, уже на пороге главного.
— Да, — выдохнула она, обнимая его. — Я люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя. Больше всего на свете.
И когда они наконец стали одним целым, не было ни боли, ни страха. Было только чувство полного единения, как будто две половинки наконец нашли друг друга. Это было нежно, страстно и совершенно правильно.
Он не отпускал ее и потом, прижимая к себе, как самое дорогое сокровище. Они лежали в темноте, слушая, как бьются их сердца, постепенно успокаиваясь.
— Я никогда не чувствовал себя так, — прошептал он ей в волосы. — Так… цельно.
— Я тоже, — ответила она, прижимаясь к его груди.
Они заснули в самых нежных объятиях, которые она когда-либо знала. Наконец-то, после всех бурь и испытаний, они обрели друг друга.
Алена проснулась от легкого поцелуя в лоб. Рассвет только начинал окрашивать небо в перламутровые тона. Данила уже не спал, опершись на локоть, и смотрел на нее с таким обожанием, что ей стало тепло внутри.
— Доброе утро, — улыбнулась она.
— Лучшее утро в моей жизни, — ответил он и поцеловал ее снова.
Они лежали и смотрели, как комната наполняется светом нового дня. Дня, который казался началом чего-то абсолютно прекрасного.
— Знаешь, — сказал он, играя ее пальцами. — Я вчера купил кое-что.
Он потянулся к тумбочке и достал маленькую коробочку. В ней лежали два простых, но элегантных браслета из белого золота.
— Это… чтобы мы всегда чувствовали связь, — он сказал немного смущенно. — Даже когда не вместе.
Он надел один браслет ей на запястье, а она — ему. Они сияли в лучах восходящего солнца, как символ их новой, чистой связи.
Она была на седьмом небе от счастья. Все было идеально. Слишком идеально.
Пока они собирались, чтобы пойти завтракать, ее телефон завибрировал. Сообщение от неизвестного номера.
«Поздравляю, кажется, ты победила. Он твой. Надеюсь, ты готова ко всем последствиям. Слабые всегда расплачиваются за сильных.»
Сообщение было без подписи, но Алена почувствовала ледяной укол в сердце. Она узнала этот ядовитый слог. Лиза. Казалось, она отошла в сторону, но, видимо, продолжала наблюдать из тени.
Данила, заметив ее побледневшее лицо, взял телефон.
— Кто это?
Прочитав, он помрачнел.
— Просто зависть. Выбрось из головы. Она не посмеет больше ничего сделать.
Он обнял ее, и его объятия были по-прежнему надежными. Но тень, брошенная этим сообщением, уже легла на ее душу. «Слабые всегда расплачиваются за сильных». Что имела в виду Лиза? И была ли она готова к этой расплате, если она действительно наступит?
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))