В социальных сетях у 23-летней Веры из Бурятии долго висел статус, который позднее заставил содрогнуться всех, кто ее знал: «Жизнь как монета. Можно потратить на что угодно, но только один раз».
Эта ничем не примечательная фраза, после событий зимы 2016-2017 годов стала выглядеть как зловещее предзнаменование. Молодая мама стала жертвой жестокого преступления, и, несмотря на усилия следствия, её останки так не были обнаружены.
Мечта о столице
Вера, уроженка небольшого поселка в Бурятии, как и многие ее сверстники, мечтала о переезде в большой город, видя в нем возможности для построения карьеры и обустройства жизни. После расставания с мужем она приняла решение, что момент для перемен настал.
Планы у девушки были четкими и продуманными: сначала самостоятельно обосноваться в Москве, найти стабильную работу, а затем перевезти к себе свою двухлетнюю дочь, которая на время переезда матери осталась с бабушкой и дедушкой.
В столице Вера смогла устроиться на должность администратора в один из фитнес-центров. Однако, как это часто бывает с теми, кто только начинает жизнь в мегаполисе, дела шли не так гладко, как хотелось бы. Покорить столицу наскоком не получилось.
Город требовал больших финансовых затрат и усилий для адаптации. Тем не менее, девушка не теряла надежды и продолжала работать над осуществлением своей цели. Все ее мысли были лишь о том дне, когда она сможет воссоединиться с дочерью.
«Помогите найти дочь!»
Последний раз на связи с родными Вера была накануне Нового 2017 года. После 30 декабря 2016 года ее телефон внезапно перестал отвечать, абонент находился вне зоны доступа. Девушка перестала выходить на связь и в социальных сетях, что для нее было абсолютно нетипично. Осознав, что произошло нечто страшное, родственники забили тревогу и начали активные поиски.
В отчаянии мать пропавшей обратилась к журналистам и общественности. Ее слова тогда облетели многие бурятские и московские СМИ:
– Куда она пропала, мы и предположить не можем, – говорила тогда журналистам мама Веры. – Просим помощи у всех: помогите найти дочь!
Этот призыв не остался без ответа. Жители Бурятии, а затем и другие неравнодушные граждане, откликнулись на беду. В социальных сетях создавались группы, распространялись ориентировки, волонтеры координировали свои действия.
В итоге в активные поиски было вовлечено несколько тысяч человек.
«Мужчина сажал ее такси, но она вырвалась»
Следствие, тем временем, вело свою работу. Ключевой зацепкой, которая помогла сдвинуть дело с мертвой точки, стали показания таксиста. Представители московской полиции рассказывали:
– На след помог выйти таксист. Он рассказал, что в ночь с 30 на 31 декабря 2016 года подъехал по указанному адресу. Веру сажал в машину мужчина. В итоге она никуда не поехала, вырвалась и вернулась к нему.
Эта информация позволила оперативникам выйти на человека, который, по всей видимости, последним видел Веру живой. Им оказался 28-летний москвич по имени Сергей. При проверке его телефона была обнаружена переписка с пропавшей девушкой в социальной сети.
Однако на первых допросах молодой человек всячески отрицал свою причастность к исчезновению Веры. Он настаивал на той версии, которую, вероятно, подготовил заранее. Мол, легли спать, проснулся, а ее уже нет.
Днем – банковский клерк, вечером – татуировщик
Сергей, на тот момент, задержанный по подозрению в причастности к исчезновению девушки, работал рядовым клерком в одном из московских банков. Ничем не примечательная и рутинная работа.
Однако у молодого человека было хобби, которое в итоге стало способом знакомства с потенциальными жертвами. В свободное от основной работы время он набивал татуировки, и даже превратил свою квартиру в импровизированный салон.
Клиентов, в основном клиенток, Сергей находил через социальные сети. Именно таким образом, по данным следствия, он познакомился и с Верой. Девушка договорилась с ним о встрече, чтобы сделать татуировку. Как позже он сам давал показания:
– У нее не было денег. Я сказал, что оплачу дорогу. Встретил ее у своего подъезда и оплатил такси, как и договаривались.
«Верни телефон»
Первоначальная версия Сергея о том, что Вера сама ушла из его квартиры, продержалась недолго. Решающим моментом в расследовании стало применение полиграфа. В московском МВД рассказывали:
– Прокололся на полиграфе. Во время прохождения процедуры он стал плакать и признался в убийстве, после чего написал явку с повинную.
Именно тогда следствие и общественность узнали детали той новогодней ночи. После того как Вера приехала в квартиру к Сергею, они, по его словам, немного выпили на кухне, после чего он «предложил выбрать эскиз будущей татуировки».
Что произошло дальше, доподлинно известно только со слов самого обвиняемого. Между ним и Верой началась ссора. Сергей попытался выпроводить неспокойную гостью, даже усадил ее в такси, которое вызвал ранее. Однако через несколько минут девушка вернулась к его квартире с обвинениями в том, что он украл ее мобильный телефон. Она требовала либо вернуть телефон, либо компенсировать его стоимость.
Конфликт разгорелся с новой силой. По словам Сергея, он схватил Веру за шею и задушил. Свое состояние он описывал так: якобы не сразу понял, что делает. Придя в себя, он положил тело в ванну, а сам отправился спать. Только проснувшись, он осознал весь ужас произошедшего. Тогда Сергей и начал продумывать план, как избавиться от тела.
В итоге он выбросил одежду убитой в мусорный контейнер рядом с домом. Затем, взяв нож, он разделал тело, и упаковал Веру в черные полиэтиленовые пакеты, после чего на такси вывез их к одному из водоемов в районе Химок, где и сбросил.
«Моя дочь жива!»
Тимирязевский районный суд Москвы, рассмотрев все материалы, вынес Сергею приговор: 9 лет и 6 месяцев колонии строгого режима. Однако осужденный не согласился с вердиктом суда и подал апелляционную жалобу. Что, впрочем, ни к чему не привело.
Но даже вынесение приговора не принесло покоя семье погибшей девушки. Самое страшное для них – это отсутствие возможности похоронить Веру. Останки, которые Сергей, по его словам, выбросил в лесопарковой зоне у водоема, несмотря на многомесячные поиски с привлечением волонтеров и кинологов, так и не были обнаружены.
Для матери Веры эта история была не закончена. Женщина продолжала верить в чудо до последнего, отказываясь мириться с официальной версией следствия. На новость о том, что Сергей подал апелляцию, она отреагировала безразлично. Когда журналисты «Комсомольской правды» позвонили ей, чтобы узнать комментарий, женщина ответила кратко и эмоционально:
– Не хочу ничего комментировать, – вздохнула мама Веры. – Он подал на обжалование? Ну и пусть, его законное право. А дочь моя жива, слышите! И не беспокойте меня больше.
По материалам «КП»-Иркутск